Бездыханная - Стелла Камерон

– Будьте готовы утром покинуть остров.

– Нет! – выпалила она.

– Господи, вы просто невыносимы.

– Знаю. – А если бы он знал, каково ей сейчас, то расхохотался бы и ушел. – Я невыносима, но вы тоже. В этом смысле мы с вами два сапога – пара.

– Утром, – повторил он.

– Ни за что! – Увидев, как Брейкер направился к двери, она торопливо добавила: – Если я завтра уеду, вы пожалеете, что не познакомились со мной поближе. Кстати, почему этот остров называется Хелл? На ад здесь совсем не похоже.

– Вряд ли вам будет тут интересно.

– Мне интересно все, что касается вас, мистер Брейкер.

Поколебавшись, он вернулся от двери.

– Меня зовут Синджун. Только не спрашивайте, откуда мой отец выкопал такое странное имя. Я никогда не мог добиться от него объяснений: то он был слишком пьян, чтобы понять мой вопрос, то слишком трезв, чтобы суметь на него ответить. Друзья всегда звали меня Сином. – Брейкер медленно подходил к девушке, и та невольно затаила дыхание. Хотя она его не видела, но ощущала его близость. – Когда я вырос, некоторые люди продолжали считать, что именно Син – мое настоящее имя. Мне повезло. Бруно Кертц понял, что у меня есть не только пара кулаков, а еще талант пилота и мозги, которые он заставил меня использовать по назначению. Бруно дал мне очень много, и я постарался не остаться в долгу. Он был великим человеком, мне его не хватает.

– Название острова, – напомнила Анжелика.

– Это просто. – Брейкер поднес к лицу прядь ее волос. – Приятный запах. Весенние розы… и немного океанской соли. Очень приятный.

Она снова напряглась – да, этот человек умел обольщать женщин. У Анжелики Дин не хватало времени на мужчин, да ей и не попадался такой, с кем захотелось бы заняться сексуальными играми. Но теперь она испытывала явное сексуальное влечение к человеку, которого считала врагом. А что еще хуже – Брейкер тоже чувствовал ее влечение и, кажется, собирался им воспользоваться.

– Название острова, – повторила она.

– Ах да, Хелл. – Он бережно собрал ее волосы в пучок на затылке. – Медовая блондинка. Это должно выглядеть на солнце очень сексуально.

Анжелика не шевелилась, говоря себе, что ни в коем случае не поддастся, несмотря на всю привлекательность Брейкера.

– Так о чем мы говорили? – спросил он.

– О названии острова.

Брейкер легонько провел пальцем от ее маленького уха до едва заметной ямочки на подбородке.

– Да, Хелл. Ну, если мое имя Син, то и остров должен называться соответственно, разве не так? Син и Хелл. Грех и ад. Взгляните на меня, мисс Дин. Прошу вас.

Собравшись с духом, Анжелика вскинула голову.

– Конечно, глаза у вас карие и, держу пари, очень красивые на солнце.

– Мистер Брейкер, вы когда-нибудь встречали женщину, которая не тает от вашей близости?

– Не знаю, а это так? – улыбнулся он, и его зеленые глаза блеснули.

– Может, вам пойдет на пользу встреча с женщиной, которую вы не сумеете обольстить, как вы думаете?

– Возможно. Хотя я думал, вы здесь, чтобы написать мою биографию.

– Разумеется, – быстро ответила Анжелика, заметив, что его взгляд опустился ниже ее подбородка. – Не стоит придавать слишком большое значение некоторым моим вопросам. Иногда меня несколько заносит.

– Правда? – Брейкер погладил ее по шее. – Сомневаюсь, что вас может куда-то занести без вашего на то желания.

– Кажется, вы считаете, что я для вас открытая книга.

– Да? – Он придвинулся совсем близко. – Вы же не станете меня обманывать, мисс Дин?

Неужели он собирается…

– Нет, мистер Брейкер.

– Хорошо. Меня зовут Синджун, и я хотел бы услышать, как вы произносите мое имя.

Да, он собирался ее поцеловать.

– Синджун.

А чего, собственно говоря, она испугалась? Так она сможет быстрее добиться от него желаемого. Она заставит его довериться ей, а потом разорвет на клочки. Тем не менее Анжелика призналась себе, что очень хочет ощутить его прикосновение.

– Неужели вы действительно думаете о моей биографии?

– Я никогда еще не была настроена так серьезно. – Она прилагала все усилия, чтобы не потерять над собой контроль.

– Но почему? Только честно.

Нет, ответить честно она не могла.

– Вы человек нашего времени, может, один из представителей плеяды необычайно сильных людей, которых мы, возможно, больше не увидим. Мир изменился. Люди перестают верить в чудесные сказки, и скоро все забудут про Золушку.

– Мне тоже не нравится сказка о Золушке.

– Я придумаю другую волшебную историю.

– Придумаете?

– Обязательно. – Не выдержав, Анжелика закрыла глаза, поскольку ей ужасно хотелось узнать, как он целуется.

Его губы слегка коснулись ее уст.

– Как вас зовут друзья? – прошептал Брейкер.

– Анжелика. Или Энджел.

– Син и Анжелика! Грех и Ангел, круг замкнулся. Дайте мне ваши губы, Анжелика…

– Не стоит.

– Не только стоит, но и необходимо. Мы должны получше узнать друг друга, чтобы вы написали мою биографию исходя из собственного опыта. – И он поцеловал ее в шею.

– Я взяла за правило никогда не смешивать дело с…

– С удовольствием? Тогда считайте это исследованием.

Когда Брейкер крепко прижал девушку к себе, та почувствовала, что слабеет.

– Значит, разрешите мне написать вашу биографию? – пролепетала она.

– Я думаю об этом.

Его руки скользнули под халат, начали гладить плечи, и Анжелика напряглась. Господи, почему Брейкер оказался таким красивым? Неужели и она не устоит перед его обаянием, как множество других женщин?

– Может, отложим разговор до завтра? – пробормотала Анжелика.

– Нет проблем. – Он заглянул ей в глаза, и она, как ни старалась, все же не сумела отвести взгляд.

– Думаю, нам самое время пожелать друг другу спокойной ночи.

– Вы правы. Спокойной ночи, Энджел. Не бойтесь, я не ем красивых женщин, даже таких маленьких, очень сексуальных и с красивой грудью.

Анжелика в очередной раз покраснела.

– Это ваш принцип, – сказала она.

– О да! Один поцелуй, ангел, и я уйду, чтобы думать о том, как мы будем с вами в следующий раз… разговаривать.

– Хорошо. – Она положила руки ему на плечи и закрыла глаза.

Поцелуй был сначала почти неощутимым, потом стал более страстным, и когда Анжелика невольно приоткрыла рот, его язык тут же проник внутрь, устроив репетицию того, что случится, если они с Брейкером окажутся раздетыми и он войдет в нее.