Твоя вина - Мерседес Рон

– Хочешь, помогу тебе расслабиться?

«Этот взгляд, нет, не смотри на меня так, пожалуйста… не сейчас, ты безумно красивый в своей рубашке, а я полный отстой».

– Я расслаблена, – солгала я.

– Помочь тебе подготовиться? – Ник убрал прядь волос с моего лица, и я растаяла от нежного жеста.

Николас помогает мне учиться? Это не могло закончиться хорошо.

– Не нужно, – процедила я сквозь зубы. Мне было страшно, что если он останется, мы окончательно завязнем во всем этом, и, хотя Ник был очень хорош, я не могла рисковать.

Он снова соблазнительно улыбнулся. Я завороженно наблюдала, как он делает шаг назад. Ник засучил рукава рубашки, снял туфли, сел на кровать и взял учебник.

Я вздрогнула, представив, как мы лежим на постели, занимаясь совсем другими делами, не имеющими ничего общего с учебой. Ник начал перелистывать страницы, пока не добрался до места, где я оставила закладку.

Я забыла обо всем: об экзаменах, о вступительном испытании в университет. Теперь мне просто хотелось забраться к Нику на колени и провести кончиком языка по его губам.

Я начала приближаться, однако Ник покачал головой и вскинул глаза.

– Стой там, Рыжая, – весело приказал он. – Мы будем учиться, а когда я тебя проверю, может, и поцелую.

– Только один раз?

Он рассмеялся и сосредоточился на параграфе в книге.

– Давай начнем, Рыжая, когда мы закончим, обещаю снять твое напряжение.

Ник говорил спокойно, но все мое тело затрепетало и содрогнулось.

Спустя два с половиной часа я выучила все, что надо, от начала и до конца. Ник оказался хорошим учителем, к моему удивлению, он обладал терпением и объяснял материал простыми словами, будто это была сказка. Я стояла, слушая, как он говорит о гражданской войне, внимательно и по-настоящему заинтересованно, он даже рассказал мне то, чего не было ни в книге, ни в моем конспекте.

Когда я пересказала Николасу тему от корки до корки, он гордо улыбнулся, и его небесно-голубые глаза заискрились желанием.

– Ты получишь десятку, Ноа.

Я широко улыбнулась и бросилась в его объятия. Ник схватил меня в охапку и прижал к себе. Мы бухнулись на кровать, и он страстно поцеловал меня. Я засунула язык ему в рот, и он впился в него, а затем прикусил и пососал губу.

Я застонала, когда его рука спустилась вниз к моим бедрам. Он приподнял мою ногу и обхватил ее. Видя его тело так близко, я невольно закатила глаза, сладость и удовольствие унесли меня на седьмое небо.

– Я разозлился, прочитав твое сообщение, – сказал он, поднимая мою футболку и с восторгом целуя в живот.

Я на миг закрыла глаза и выгнула спину.

– Представляю, – ответила я, глядя на него.

Ник покачал головой: он наблюдал за мной радостно и возбужденно.

– Но мне понравилось учиться с тобой, Рыжая… и я понял, чему еще могу тебя научить.

Сказав это, он снял с меня шорты, и я осталась в трусиках. Теперь его рот находился слишком близко к моему телу, и я не могла быть спокойной.

Я встрепенулась и приподнялась на матрасе.

Рука Ника легла на мой живот, останавливая меня.

– Я обещал тебе поцелуй, Рыжая?

Он смотрел мне прямо в глаза, а я таяла. Когда я поняла, что он имеет в виду, невольно напряглась.

– Ник… не знаю, готова ли я… – Мы никогда не делали ничего подобного, и мне вдруг захотелось вскочить с кровати и убежать.

Николас склонился надо мной, опершись локтями на кровать, и нежно посмотрел на меня.

– Просто расслабься, – сказал он, уткнувшись носом в мою шею и осторожно целуя меня.

Я полуприкрыла глаза и попыталась свернуться клубком под его телом.

– Ты такая милая… – добавил Ник, его губы спускались по моему животу, легко касались кожи, вызывая у меня мурашки.

Когда он добрался до места назначения, то на несколько мгновений замер. Мне показалось дико эротичным видеть его между своих ног, с этим взглядом чистого желания – желания только меня, ни кого-либо другого.

Ник осторожно потянул мои трусики вниз, и мне было так стыдно, что я крепко зажмурилась, соглашаясь, но не зная, понравится мне это или нет, хотя и не собираясь о чем-то еще думать.

Он начал по очереди целовать мои бедра, потом деликатно раздвинул мне ноги, устраиваясь посередине, и я вздрогнула.

То, что было дальше, было хуже, намного хуже, чем я воображала.

– Боже! – воскликнула я, не в силах удержаться от ответных движений.

Он схватил меня за талию, и я вдруг почувствовала, как его поцелуи очерчивают круги на моей коже… Я позволила себе потеряться в его ласках в этот прекрасный момент. Когда я почувствовала, что уже слишком возбуждена, жестом попросила у него передышку.

– Это даже лучше, чем я себе представлял, – признался он, останавливаясь на мгновение и погладив мои бедра. Я взглянула на Ника: он уставился на меня сверкающими глазами. – Хочешь, чтобы я продолжил?

Черт…

– Да… пожалуйста, – выдохнула я. Последнее, что я увидела, прежде чем снова закрыла глаза, как на его лице появилась улыбка. Но я снова увлеклась его ласками, пока они не стали настолько интенсивными, что я вцепилась в покрывало.

Боже! Только что у меня был самый эротический опыт в жизни!

Когда я пришла в себя, Николас уперся подбородком мне в живот и смотрел на меня так, будто нашел сокровище на дне океана.

Я покраснела, а он засмеялся, откатился в сторону и лег на бок. Я накрылась частью сбившегося покрывала, а Ник притянул меня к себе, заключив в объятия.

– Ноа… скажи, почему мы не делали этого раньше.

Я уткнулась лицом в его грудь. Николас не раздевался, но мне не нужно было и смотреть, чтобы понять, насколько у него сильная эрекция.

А должна ли я сделать то же самое?

Я слишком разнервничалась, но Ник чмокнул меня в макушку и встал с кровати.

– Ты куда? – спросила я, когда он зашагал к двери.

– Если я не уйду сейчас, то проведу здесь ночь, – объяснил он чуть дрожащим голосом.

Я схватила штаны, валявшиеся на подушке, и поспешно их надела. Слезла с кровати и подбежала к Нику.

– После пятницы у нас впереди будет целое лето, Ник.

Я любовно его обняла.

Николас сжал меня в ответных объятиях и смиренно вздохнул.

– Если ты не получишь десятку на экзамене, будешь иметь дело со мной.

Я рассмеялась и отстранилась, чтобы понаблюдать за парнем.

– Спасибо… за все, – сказала я и сильно покраснела.