На ромашке не гадай - Лаура Дэниелз

Джин умолкла, глядя куда-то мимо плеча Салли. Та немного подождала, затем нетерпеливо спросила:

– И что дальше?

Встрепенувшись, Джин перевела взгляд на нее.

– Дальше я подумала: в самом деле, почему я так спешу превратиться в клушу, занимающуюся только домом и детьми? Разве ради этого стоит ставить крест на любимой работе, карьерном росте и прочих подобных вещах?

– То есть ты отдала предпочтение собственным интересам, так? – уточнила Салли.

– Именно. По-моему, я имею право на осуществление личных планов. Ведь не напрасно я столько лет училась в университете, затем шлифовала мастерство на практике, прилагала немалые усилия, чтобы чего-то добиться в этой жизни, а потом вдруг хлоп – и все летит к чертям, моя профессия оказывается перечеркнутой, а саму меня обстоятельства превращают в нечто наподобие служанки, чьей основной заботой является ведение дома, вытирание сопливых носов и регулярная смена подгузников!

– Да, понимаю… – протянула Салли. – Ведь с Тимом ты всего этого не знала. Зато Энди хлебнул полной мерой.

Джин поморщилась.

– Не думай, я прекрасно осознаю, почему Энди не спешил снова погружаться в подобные хлопоты. И потом, как я только что сказала, меня саму перестала привлекать подобная идея.

– Тем более что один ребенок у вас уже есть, – поддакнула Салли.

– Вот именно. Вернее… – Джин задумалась. – Нет, вообще-то я не против того, чтобы у нас с Энди появился собственный ребенок, но… Ох, кажется, я совсем запуталась!

– А Энди захотелось малыша прямо сейчас? – обронила Салли.

– Да, прямо сейчас – это ключевой момент всей истории. Когда я успела передумать, настроилась совсем на другое, Энди вспомнил о прежних планах. И теперь я должна все ломать только потому, что ему так захотелось! – Джин наконец положила в рот ломтик мяса и принялась нервно жевать.

Салли молчала, словно для того, чтобы дать ей поесть, но через несколько минут произнесла:

– Знаешь, существует способ выйти почти из любого кризиса.

Джин взглянула на нее.

– Какой?

– Переговоры.

Услышав это, Джин неожиданно рассмеялась.

– Ты предлагаешь мне привязать на прутик белый флажок и отправиться с ним к Энди?

Салли тоже хохотнула, представив себе подобную картину.

– А что, неплохой способ разрядить обстановку! Но я имела в виду серьезную беседу, в ходе которой вы могли бы найти рациональное зерно.

– Хорошая идея, – вздохнула Джин. – Жаль только, что в данном случае она совершенно бесполезна.

Салли нахмурилась.

– Почему?

– Потому что мы с Энди больше не беседуем. Нет, разговариваем, конечно, но о каких-то мелочах, а не о том, что действительно важно. По-моему, мы вообще забыли, как это делается.

На лице Салли появилось выражение, как у человека, присевшего отдохнуть на кочку, но вскоре обнаружившего, что это муравейник, обитатели которого весьма решительно настроены на защиту своего жилища.

– Э-э… ну, брак вообще штука непростая, верно? – неуверенно пробормотала она. – А кроме того, супруги со временем настолько привыкают друг к другу, что им и разговаривать не нужно, потому что все понятно без слов.

– Или они думают, что понятно, – мрачно усмехнулась Джин. А вообще-то я сама виновата, добавила она про себя. Добровольно поставила себя в положение ведомой, а Энди – в положение лидера. Если бы не это, ситуация была бы иной. И мы не ожидали бы друг от друга заведомо известных реакций.

– Знаешь, а все-таки свой ребенок – это нечто особенное, с приемным не сравнить, – медленно произнесла Салли. – Конечно, вы с Энди обожаете Тима, мне он самой нравится, симпатичный малыш, но если ты родишь своего, кровиночку, который будет похож на тебя и…

– Ну спасибо! – сердито перебила ее Джин. – Сначала Энди, теперь ты!

Салли обескураженно заморгала.

– Что я такого сказала?

С досадой положив нож и вилку, Джин хмуро заметила:

– Пойми, если бы мне действительно был необходим ребенок, я давно бы родила его, но дело в том… – Неожиданно она умолкла, почувствовав спазм в горле. К ее глазам подступили слезы. Глупо… Ох как все глупо! Джин взяла висевшую на спинке стула сумочку, открыла и принялась шарить внутри. Но пока она этим занималась, слезы уже вовсю катились по ее щекам.

– Что ты ищешь? – спросила Салли. – Дать тебе что-нибудь?

– Салфетку, – всхлипнула Джин. – Пожалуйста…

– Ты… плачешь? Ох, боже мой! – Салли схватила со стопки лежавших на столе салфеток верхнюю и протянула Джин. – Вот, держи.

– Спасибо. Я не плачу, просто у меня… у меня… – Ее горло вновь сжалось, и, закрыв лицо руками, она разрыдалась.

Вечером, сидя в гостиной на диване, Джин читала книгу – вернее, делала вид, что читает. Рядом Энди и Тим играли в настольный хоккей.

– А? Как я тебя?! – азартно восклицал Тим.

– Подумаешь… – отвечал Энди. – Я твоего полузащитника сейчас обойду справа и… так… получай шайбу в ворота!

– Ох! Повезло тебе, папа. Но ты рано радуешься. Сейчас мы сделаем так… потом так… и…

– Эй-эй! Куда! Погоди…

– Есть! – крикнул Тим. – Ура-а! Счет три – один в мою пользу. Теперь ты должен мне две слойки «Ежик с яблоком»! – Он повернулся к Джин и радостно сообщил: – Мам, я выигрываю!