Невеста Соболя - Полина Довлатова

Смешно, Соболь, ну не поверил же ты, драматичным стенаниям одиннадцатилетней прыщавой соплюхи.

— Ладно, — выдавливаю, прочистив горло. — Пойду Климу позвоню. Что-то он задерживается. Прийти уже пол часа как должен был.

В конце концов, пусть Паха со своей сестрой сам разбирается. Почему она уехала, и что там из себя представляет её хахаль. Меня их семейные дела вообще не касаются.

Вернувшись в комнату, падаю на диван и набираю номер Клима. Но тот не берёт ни после третьего, ни после пятого, ни после девятого гудка.

Что за чёрт?

Перезваниваю снова. А потом ещё раз и ещё. До тех пор, пока раза с седьмого, не слышу, наконец, хриплый голос друга на том конце провода.

— Соболь… тут такое дело… Я в больнице в общем. Меня подстрелили.

Глава 5. Соболь

Мы с Сашкой несёмся по широкому коридору больницы, подбегаем к стойке регистратуры и почти хором начинаем орать, чтобы нам как можно скорее сказали, на каком этаже и в какой палате лежит Клим.

— Поспокойнее можно, молодые люди? Здесь вам не базар, — гнусавит медсестра, что-то лениво печатая на клавиатуре. — Полное имя больного?

— Климов Павел Николаевич, — выдыхаю я, крепко стиснув Сашину ладонь.

Она стоит чуть позади и не перестаёт рыдать, холодными пальцами сжимая мою руку. И это, млять, мучительно — душу на части рвёт, потому что я ничего сделать не могу, чтобы её успокоить. Мне даже сказать нечего, так как Клим ничего не объяснил, и сообщив, что его подстрелили, сразу сбросил вызов.

Я пытаюсь затолкать самые жуткие домыслы о том, что с ним могло произойти, как можно глубже. Ради Сашки. Она и так перепугалась. Я просто, млять, не вправе сейчас усугублять её истерику.

— Вы родственники? — уточняет медсестра, бросив короткий безразличный взгляд на ревущую Саню.

— Д…да… Я родная сестра. К…климова Александра Николаевна.

Её голос дрожит. Да и не только голос. Вся она трясётся от страха и тревоги за брата.

Он же, млять, всё, что у неё осталось. Больше у Сани никого нет. Я и Клим.

— Документы покажите.

Саша дрожащими руками достаёт из сумки паспорт и показывает медсестре.

— Вашего брата только что прооперировали. Он пока находится в реанимации. Подробности можете узнать у врача. В палату вас могут не пустить.

— Как это могут не… пустить? — всхлипывает Саня.

Каждый её всхлип в моей груди ядерным взрывом отдаётся.

— Слав, почему нас не пустят к Паше?! Все так плохо, Слав?! — ревёт она, уткнувшись мне в плечо.

Кабздец полный! Хрена с два нас не пустят! Никогда своими связями не пользовался ни на работе, ни в личной жизни, но сейчас готов на все, что угодно, даже если Землю придётся перевернуть, лишь бы не видеть этих зареванных глаз.

— Мы родственники. С чего бы нас не пустят?! — почти рыкаю на медсестру, которая никак не реагирует на мой тон.

— Уточняйте в отделении интенсивной терапии. Вам на седьмой этаж. Лифт в той стороне. До конца по коридору, затем направо и ещё раз направо.

Больше я эту безразличную ко всему бабу не слушаю, а, крепче сжав Сашину руку, тяну её в сторону лифта. Через минуту мы забегаем в кабину, и я жму на кнопку седьмого этажа.

Мля, только бы все не было слишком серьёзно. Я не представляю, что с Сашей будет в противном случае.

«Твою ж мать, Клим, что у тебя произошло?! Как тебя подстрелить умудрились?!»

Пока лифт едет, Сашка не перестаёт прижиматься ко мне и тихо плакать. Рубашка насквозь пропиталась её слезами, а ощущение такое, будто мне дыру в груди выжгли.

— Сань, все хорошо будет, я тебе обещаю. И к Климу нас пустят, веришь мне? Не плачь, пожалуйста, — обхватив ладонями щеки девушки, я утыкаюсь лбом в её лоб и изо всех сил пытаюсь успокоить.

Сам-то понимаю, что успокоить Сашу может только одно — информация о том, что с Климом все в порядке. Но я, млять, не могу просто так стоять и наблюдать, как она рыдает.

В зале ожидания, расположенном на седьмом этаже прямо перед отделением интенсивной терапии, полно ментов. Этого я, по сути, ожидал. Если Клима ранили, то наверняка это связано с тем утырком, которого он уже несколько месяцев пасет.

Почти всех присутствующих я знаю лично.

— Сань, ты, сядь вот сюда, — подвожу девушку к небольшому дивану и почти силком усаживаю, игнорируя её сопротивление. — Посиди немного. Я сейчас переговорю кое с кем и вернусь за тобой.

Сашка упрямо качает головой и вскакивает обратно на ноги.

— Нет! Я с тобой пойду, Слав! Я имею право знать. Всё знать! Не нужно ничего от меня скрывать!

— Я не стану скрывать, Саш. Просто верь мне ладно? Я быстро.

Губы девушки дрожат. Она обхватывает плечи руками и смотрит на меня затравленным взглядом. Не хочет отпускать. А я не хочу, чтобы о ситуации с Климом ей кто-то посторонний рассказывал. Сначала я сам должен выяснить, насколько все хреново.

В итоге Саня все же кивает, позволив мне уйти.

Времени не так много. Зная эту упрямицу, могу с точностью сказать, что терпением и послушанием она не отличается.

— Здорово, Савва, — протягиваю руку Савелию Ветрову — напарнику Клима.

Последнее дело они тоже вместе ведут, насколько мне известно.

— Уже в курсе? — кивает Савва, пожав руку, а взгляд мне за спину кидает.

На Сашку смотрит.

Я встаю боком, чтобы держать в фокусе Сашину хрупкую фигуру. Она так и не села на диван. Топчется рядом и глаз с меня не сводит.

— Давай рассказывай. чё с Климом и насколько все серьёзно? Желательно