Пустышка - Дина Павлова

— Знаешь, я что-то волнуюсь, — Ане делают маникюр, а мне — прическу. Празднество должно начаться уже через два часа, время еще есть, и я в одной рукой держу стакан с апельсиновым соком, а во второй — сотовый. Социальные сети и красивые картинки помогают убить время.

— Я тоже, — поднимаю глаза на Аню, — там еще Арминэ будет, она и вовсе та еще…

Я хочу сказать «ведьма», но даже у стен есть уши, поэтому, вздохнув, тут же перевожу разговор на другую тему:

— Как Миша?

— Мы расстались, — вздыхает Аня, не сводя глаз с ногтей, на которых мастер маникюра вырисовывает какую-то то ли звездочку, то ли елочку.

— Окончательно?

— Ругались-ругались… А смысл продолжать отношения когда он мною постоянно недоволен? Будто я виновата что не умею готовить и убирать. Может я и вовсе не хочу этим когда-либо в жизни заниматься? Вот ты же домашними делами не занимаешься?

— Нет, я даже не контролирую работников по дому. Это делает свекровь.

— И тебя это не обижает?

— Нет. Я никогда подобным не занималась, — пожимаю плечами. На самом деле меня это не то чтобы напрягает, скорее расстраивает. Анжела была полноценной хозяйкой дома, а мне не доверяют, — а если брать хозяйство в свои руки, то это надо контролировать абсолютно все, понимаешь? Если Тигран скажет, я научусь. Но пока…

Понимающе кивает, но в ее сжатых губах я улавливаю то ли недовольство, то ли злость…

— Кстати как Тигран? Вы же позавчера из Парижа вернулись?

Аня переводит разговор на другую тему, а я и рада. Кому еще, кроме нее, рассказать про путешествие? Тем более что так хочется поделиться впечатлениями и показать редкие фото.

— Да, это было чистое волшебство!

— Не сомневаюсь…

— Да, прости, я и забыла, — вскакиваю с места и, придерживая одной рукой прядь волос, которую еще не успели уложить в прическу, достаю из выдвижного ящика тумбы коробочки, повязанные бантиками. По загоревшимся глазам Ани вижу, что ей не терпится посмотреть что внутри. — Я хочу тебя поздравить с наступающим Новым годом!

Кладу подарки на стол, глядя, как Аня ерзает на стуле, изнывая от любопытства — а коробочку и не откроешь, пока лак не высохнет!

— Что там?

— Увидишь. — смеюсь. Она кусает губы, но усилием воли успокаивается.

— Ладно, расскажи, где были в Париже?

— Во всех культурных местах: в опере, музее, даже на кладбище сходили, на могилу Эдит Пиаф… — задумчиво улыбаюсь, — хорошо провели время.

— А где жили? — Аня спрашивает это с искренним любопытством и, видя что она действительно хочет услышать все подробности, я начинаю рассказывать от и до. Все впечатления, мысли, небольшие события… Даже что подавали на завтрак в отеле. Наконец, когда ногти Ани высыхают, она открывает подарки и, конечно же, приходит в полный восторг. Вскочив с места, она целует меня в щеку, не скрывая счастья:

— Боже мой! Это ты в Париже купила?

— Да, — киваю.

— И дорого?

— Давай не будем об этом, — подмигиваю, а Аня лезет к себе в сумку и вытаскивает оттуда небольшую коробочку с красным бантом:

— Не знала что подарить, надеюсь понравится.

Я понимаю что Аню смущает что она не может мне делать равноценные по стоимости подарки, но сам факт… Это безумно приятно.

— Я уверена что понравится, — с этими словами я тяну за концы ленточек. Внутри оказывается футляр для айфона, очень красивый, с узорами. Я невольно улыбаюсь. Красивый, Аня старалась угодить. — Какой классный! Я такой и хотела!

— Тебе правда нравится?

— Правда, — киваю.

— А что тебе подарил Тигран? Или он после двенадцати тебя порадует?

— Уже, — я несколько секунд думаю, стоит ли Ане показывать все, но потом понимаю, что все равно увидит. — Пошли, тут много.

И, поднявшись, мы идем к гардеробной комнате, где вытаскиваю с десяток платьев, шубу, обувь и… Колье. Аня замирает над драгоценностью:

— Это сколько же оно стоит?!

Я прикладываю палец к губам и произношу совсем тихо:

— Очень дорого.

И тут же убираю коробку обратно в сейф. Не надо чтобы персонал видел подобные вещи. Я с улыбкой возвращаюсь обратно в кресло, а Аня — на диван. Повисает молчание. И я внезапно понимаю, что настроение моей подруги испортилось.

Глава 7. Лиля. Праздник

На часах ровно три, и мы с Аней в полной боевой готовности идем в зал, где будет происходит торжество. На мне — шикарное ожерелье и платье из элитного бутика Парижа… Аня выгляди немного скромнее, но тоже дорого. Наша задача — произвести впечатление манерами, воспитанием и своим шармом.

Я знаю что выгляжу потрясающее. А еще я знаю что для семьи Тиграна важно не просто иметь дорогую одежду — это каждый может себе позволить. Важно уметь «держать лицо». Это то, чего добивается от меня муж, то что я делать не особенно-то и умею. Я никогда не была в центре внимания, я выросла в интернате, но никто не будет делать мне поблажек, особенно в этом доме. И, натянув на себя улыбку, я мысленно готовлюсь ко встрече с гостями.

В большой семье много подводных камней, и каждый надо обойти, ни в коем случае не показывая что не соответствуешь фамилии и своей роли.

Когда я выхожу в коридор, первым ко мне подходит Тигран: критично меня оглядывая, он удовлетворенно кивает и только после этого наклоняется ко мне и, поцеловав в шею, тихо произносит:

— Лиля, ты