Дерзкие мечты - Дженнифер Блейк

— Никак! Послушайте…

— Нет, вы послушайте, — перебил он тоном, не терпящим возражений. — Я не оставлю вас здесь одну в такое время ночи. Если вы не хотите, чтобы я отвез вас домой, разрешите мне хотя бы поехать следом за вами. Нет, я не правильно выразился, я все равно поеду за вами, хотите вы того или нет.

Джолетта долго смотрела на его решительное лицо с непреклонным взглядом.

— Но почему? — потребовала она. — Почему такая заинтересованность?

— Таков мой характер, привычка, вколоченная в меня персиковым хлыстом очень умным негром-управляющим, который придавал большое значение подобным вещам. Еще я открываю двери и уступаю место дамам — просто ничего не могу с собой поделать.

Ответ молодого человека не удовлетворил Джолетту, но она не могла найти благопристойного повода подвергнуть его сомнению. Мими тоже придавала большое значение манерам и моральному долгу. Девушка сжала губы и отвернулась, однако, пока они шли к тому месту, где в темноте стоял ее запертый «Мустанг», она более не выражала протестов.

Мужчина, назвавший себя Роуном, взял у нее ключи, отпер дверцу и заглянул внутрь, чтобы убедиться, что на заднем сиденье никого нет, затем сделал галантный жест, означавший, что теперь ей можно сесть в машину.

Джолетта не могла позволить ему перещеголять себя в учтивости. Она протянула руку и, когда он пожал ее, произнесла:

— Спасибо за то, что спасли меня. Я вам благодарна.

— Несмотря ни на что? Это очень благородно с вашей стороны. — Он с улыбкой смотрел на нее сверху вниз.

— Нет, в самом деле…

— Не стоит благодарности, — заверил ее Роун. — Я благодарен вам за предоставленную возможность.

Было бы неразумно спрашивать, что он имеет в виду. Она убрала руку.

— Тогда спокойной ночи.

Он отступил назад, давая ей возможность сесть в машину. После того как она устроилась на сиденье, он повернулся и направился к серебристому «Бьюику» с табличкой прокатной компании на заднем бампере.

Сидя за рулем, Джолетта нервничала, наблюдая в зеркале заднего вида горящие фары его машины. Она понимала, что молодой человек запомнит дорогу по улицам Французского квартала в сторону озера. Кроме того, ее беспокоило, что случайно встреченный ею незнакомец узнает, где она живет.

Но девушка волновалась напрасно. Когда она свернула к жилому комплексу, в котором находилась ее квартира, Роун Адамсон мигнул ей фарами и проехал дальше, не останавливаясь. На иной поворот событии, сказала себе Джолетта, она бы не согласилась.

Тем не менее она повернула голову и посмотрела вслед удалявшимся габаритным огням его машины. Разжав пальцы, крепко сжимавшие руль, Джолетта поднесла руки к губам. Они горели, и прикосновение пальцев ощущалось болезненно.

Такое случилось последний, раз месяцев шесть назад, когда она позволила мужчине стать ей достаточно близким, чтобы целовать ее. Именно столько времени прошло с тех пор, как ее жених Чарльз поцеловал ее в последний раз.

Они очень давно знали друг друга. Коренастый блондин, Чарльз был товарищем по играм, другом, братом, единственным мальчиком, с которым она встречалась в школьные годы. Их близость сложилась естественно, начавшись со скромного поцелуя при расставании и достигнув апогея после официального обручения, примерно два года спустя, в спальном мешке на берегу Миссисипи. Когда они поступили в колледж, Чарльз хотел, чтобы они вместе сняли квартиру где-нибудь поблизости от студенческого городка, но Джолетта отказалась. Она понимала, что Мими не одобрит ее поступок. Тем не менее все часы бодрствования они проводили вместе. Вместе посещали консультации у врача по поводу предотвращения беременности, вместе строили планы, обсуждали свой будущий дом и семью, детали церемонии бракосочетания, которое в конце концов должно было состояться. Вместе, всегда вместе. Джолетта уже купила себе платье из золотистого шелка, расшитого жемчугом и радужными бусинками. Их свидетели должны были быть в голубом, в тон основному цвету оконных витражей в маленькой викторианской церкви на Ривер-роуд, где состоится церемония.

Но по разным причинам день бракосочетания так никогда и не был назначен. В то лето, когда они закончили колледж, родители Чарльза захотели, чтобы он поехал с ними на охоту в Африку. Потом, после продолжительной болезни, умер дедушка Чарльза, и он счел эгоистичным думать о своем счастье в такое время. Чарльз продолжал копить деньги, чтобы заплатить первый взнос за их будущий дом и отложить немного для медового месяца на Карибах. Куда им спешить, в конце концов? Впереди вся жизнь.

Джолетте же казалось, что ее жизнь словно остановилась, v но доводы Чарльза о необходимости отсрочки выглядели настолько убедительными и практичными, что она послушно копила деньги, продолжая жить с Мими. Потом Чарльз потратил свои сбережения на покупку «Мазды-Миаты» с откидным верхом — автомобиля цвета электрик.

Когда Джолетта увидела спортивную машину, появившуюся перед парфюмерным магазином, в груди у нее что-то сжалось. Она посмотрела на Чарльза, который стоял немного в стороне, уперев руки в бока и гордо улыбаясь. Ее голос немного дрожал, когда она наконец заговорила:

— Ты… не хочешь, чтобы наша свадьба состоялась, Чарльз, не правда ли?

— Что ты имеешь в виду? — спросил он, делая шаг назад.

— У тебя есть кто-нибудь другой? Ты должен сказать мне.

— Никого, клянусь, — возразил он протестующе. — В чем дело?

— Я только хочу понять, по какой причине ты променял наше будущее на машину? Он нахмурился.

— Это мои деньги: я заработал их своим трудом и считаю, что имею право распоряжаться ими как хочу.

— Да, но ты говорил…

— Я знаю, что я говорил. Но, боже мой, Джолетта, мы будем женаты вечность, и тогда я уже не буду чувствовать себя свободным.

— Ты имеешь в виду, что тебе хотелось бы встречаться с другими женщинами? — Она знала, что он всегда провожал глазами любую привлекательную женщину, даже когда был с ней, но надеялась, что он избавится от этой привычки, когда повзрослеет.

— Почему бы и нет? — воинственно воскликнул Чарльз. — Возможно, тебе тоже следует встречаться с другими мужчинами. Это могло бы внести приятное разнообразие в жизнь. Очевидно, что мне никогда не удавалось вызвать твоего восторга на сей счет.

— Я не жаловалась, — робко возразила она.

— Может, надо было жаловаться, возможно, это помогло бы. Но так, как у нас с тобой идут дела… — Он пожал плечами. Джолетта прочистила горло.

— Я не знала, что у тебя такие чувства.

— Теперь знаешь.

Прошло немало времени, прежде чем она смогла заговорить, преодолевая спазм в горле:

— Ну что ж, думаю, я тоже не хочу выходить замуж за человека, который так мало обо мне заботится. — Непослушными пальцами Джолетта нащупала кольцо, которое он ей подарил. Оно легко снялось, потому что было велико ей с самого начала. С размаху припечатав кольцо к его ладони, она сжала вокруг него его пальцы. — Забери это… и уходи, сейчас же уходи.