Лилия Для Повелителя - Мария Суворова

— Бабуль, — тихонько позвала, — может, расскажешь, наконец, чего ты так боишься? От кого мы прячемся? Может, раньше я была ребенком и мало понимала. Но сейчас я имею право знать.

Поблекшие темные глаза в окружении сеточек морщин взглянули на меня. Она сидела так долго, молчала. А я не решалась потревожить ее мысли. Как и раньше не решалась задать так мучившие меня вопросы. Но сейчас внутри словно прорвалась плотина, выпуская наружу страхи и сомнения. Уже года два минуло, как я поняла, что бабуля чего-то мне не договаривает. Но она всегда умело уходила от моих расспросов, ссылаясь на мою фантазию. Или на болезнь, что действовало на меня куда эффективнее. Тревожить больную старушку я не могла.

— Я же говорила, Лила, — нарушил тишину ее усталый голос. — Твоих родителей убили. И я боюсь за тебя, вдруг убийцы и за тобой придут?

— Но ты же говорила, это были разбойники, воры! — нетерпеливо воскликнула. — Зачем им я?!

— Я не уверена, детка, — бабушка вздохнула, снова отводя взгляд. — Возможно, твой отец нажил врагов. Знаешь… есть люди, которые ни перед чем не остановятся, пока не уничтожат всю семью своего недруга.

— И что это за враги такие? — я скептически изогнула бровь. — Где отец, бывший обычным торговцем, мог их нажить?

— Не знаю я, Лила! Да и поздно уже. Пойдем спать, — она зевнула, грузно поднимаясь с кресла. И, чуть проведя рукой по моим волосам, пошла к своей кровати. — Считай это старческими причудами. Я просто боюсь потерять еще и тебя, детка.

— Спокойной ночи, бабушка, — укрыла ее одеялом и поднялась к себе.

У меня не было причин не верить, но в душе против воли зародились зерна сомнения. Слишком напуганной она выглядела, когда я рассказала про Гвардию. Не похоже, что только в документах дело… Да и зачем разбойникам, убившим родителей, нужна я?

За всеми мыслями, кружащими в голове, я и не заметила, как уснула. Мне снился сон. Сильные руки обнимали меня, прижимая к твердому мужскому телу. Горячее дыхание приятно щекотало, когда низкий бархатный голос шептал мне на ухо: «Моя… навеки…». И ощущение безграничного счастья теплой волной разливалось от сердца по всему телу…

Проснулась я с улыбкой и на удивление хорошо отдохнувшая. Лица посетившего мой сон мужчины я не видела, но сомнений не было. Конечно, это был Оливер! Может, Светлые Боги послали мне знак, что меня ждет счастливое будущее рядом с любимым?

Глава 4

Я привычно скользила между столиками, обслуживая посетителей. Но Боги сегодня повернулись ко мне спиной. Клиентов было немного, и никто не оставлял чаевые. Я не представляла, как смогу расплатиться за аренду дома. После вчерашнего Рей вряд ли оставит меня в покое. И хотелось скорее откупиться от его приставаний. Но больше всего мое сердце болело за бабушку Энни. Возможно, и можно было бы отыскать мага, который смог бы помочь. Но не сейчас, когда вокруг рыскали ищейки короля. Если где-то в городе и были незарегистрированные маги, они все затаились.

— Лила, — отвлекла меня Моника, которая помогала мне, — ты где вообще витаешь?

— Лекарь, который приходил от тебя, — вздохнула, решив поделиться своими проблемами, — сказал, что поможет лишь магический артефакт, но где же мне найти мага?

— У меня таких клиентов не было никогда, — пожала плечами подруга. — Мы обязательно что-нибудь придумаем, не расстраивайся.

Я улыбнулась. Поддержка близких была важна для меня. А Моника стала для меня близким человеком. Да, наше мнение часто не совпадало и порой она бывала груба, но именно Моника стала моей единственной подругой.

— Спасибо, — взяла свой поднос и направилась в зал, — мне одной попадаются жадные клиенты?

— А ты им улыбнись, и они станут добрее, — подмигнула мне Моника. — Это всего лишь улыбка, я не говорю тебе прыгать к ним в койку.

Она часто мне говорила, если я буду приветливее с клиентами, то и они проявят щедрость. Но как только я старалась последовать ее совету, эти озабоченные проявляли готовность отыметь меня прямо в зале. Не смотря на то, что в таверне имелись шлюхи, готовые удовлетворить любые их потребности.

— Ясных дней, господа! Ваши напитки, — выжала из себя улыбку. — Не желаете копченого окорока? Повар постарался сегодня, и он как никогда пряный и хрустящий, — точнее я бы сказала, горелый, но нам нужно его продать.

— Неси свой окорок, милашка.

Я уже развернулась, чтобы пойти на кухню, но почувствовала, как тяжелая ладонь шлепнула по моей ягодице. Каждый раз мне хотелось повернуться к эти мерзким ублюдкам, дать пощечину или треснуть по голове подносом, но… мне нельзя терять работу. Эта мысль засела в голове и заставляла терпеть любые издевательства.

Под конец смены, когда клиенты разошлись кто куда: по комнатам — из дальних земель или по домам — местные, я вспомнила, что Олли обещал помочь мне.

Я видела его лишь однажды, когда пришла. Быстро поцеловав меня, он ушел к себе наверх, сказав, что у него много работы.

Прибравшись в зале и, помыв все столы, я тихонько поднялась на второй этаж. Ничего страшного, если немного отвлеку его, разузнаю, удалось ли ему раздобыть нужную мне информацию. Проходя мимо комнаты Моники, услышала громкие стоны девушки и хриплый голос мужчины, подбадривающий ее. Кровать скрипела, ударяясь о стену с глухим стуком. Раздался звонкий шлепок и, осознав всю пошлость происходящего, я ускорила шаг, почти убегая вперед по коридору. Моника как-то сказала, что, если клиент неплох лицом и действует умело, она получает удовольствие от работы. И сейчас я невольно получила подтверждение ее словам. Может, и я смогу когда-нибудь испытать подобные эмоции от близости с Оливером. Ведь моя сексуальная жизнь только началась.

Когда до комнаты моего жениха оставалась пара шагов, я насторожилась, уловив звуки подобные тем, которые слышала какую-то минуту назад. Сердце пропустило удар, а дыхание перехватило. Это не может быть тем, что я думаю!

Без стука распахнула дверь и застыла на пороге. Кровь, кажется, отхлынула от лица, ноги вдруг стали мягкими и отказывались держать. И, чтобы не упасть, мне пришлось вцепиться в дверной косяк. Я стояла, судорожно хватая ртом воздух, которого резко стало не хватать. И смотрела, как на Оливере — моем Оливере! — скачет верхом другая женщина, громко постанывая. Длинные черные волосы разметались по голой спине. Они не сразу меня заметили, а когда Олли повернул лицо в мою сторону, мне стало тошно. От картины, разворачивающейся перед