Половинки нас - Ана Ховская

и крупный инвестор – не чувствовал себя в роли обычного извозчика, обязанного подчиняться прихотям нанимателей, и не знал, что такое похмелье в жару, с мухами, мошками и отсутствием всяких цивилизованных удобств. Да, он бывал в аскетичных условиях, когда с собой только палатка, вода, сухпаёк, консервы и газовая горелка… Но это не горы! Радовался одному, что автобус был с кондиционером.

«Ну, Петя, устрою я тебе путёвку с женой в какой-нибудь Задрыпинск в отеле «Всё исключено»!– мстительно думал он, вжимая педаль газа, надеясь скорее распрощаться с пассажирами.– Пусть Мишка ищет другого водителя на обратный путь… Мне работать надо, а не этой ерундой заниматься…»

Но тут почувствовал, как его локтя коснулась чья-то рука. Он оглянулся. Рядом стояла Вера и кивала куда-то на дорогу.

– Простите, Миш, вы помните мою просьбу?

Мирон чуть не представился своим настоящим именем, но, поймав в зеркале заднего вида лицо Сергевны, подумал: «Это же всего лишь мимолётная встреча, а брата подставлять нельзя».

Он сфокусировал взгляд на дороге и увидел впереди заправочный комплекс. Это была приличная станция с большим магазином, кафетерием и туалетной комнатой.

– Прощу прощения, кажется, одну мы уже проехали?– хмуро ответил он, действительно забыв о просьбе женщины, и перестроился в правый ряд.

– Ничего страшного,– улыбнулась Вера.

– Эй, мы не планировали больше остановок?! Там, на базе, щас займут нашу беседку, кто виноват будет?– тут же послышался голос Сергевны, а за ней и ещё кто-то начал ворчать.

Мирон бросил недовольный взгляд в зеркало заднего вида, остановился у станции и безапелляционным тоном ответил:

– Стоянка одну минуту.

– Я быстро!– выскользнула из салона Вера и побежала в магазин.

Мирон тоже хотел выйти, чтобы купить воды и кофе, но с собой была только топливная карта, а телефон почему-то перестал ловить сеть. «Ну отлично! Теперь я остался ещё и без связи»,– обняв широкий руль и склонив голову над ним, терпеливо вздохнул он.

Прошло чуть меньше минуты, и послышался короткий стук. Мирон выпрямился и открыл дверь Вере.

– Ну слава богу, где тебя носит?– возмутился кто-то из мужчин, уже хорошо выпивший.

«Ладно, осталось пятнадцать минут пути, обратно за тридцать домчу, и смою эту дорожную пыль, напьюсь кофе в офисе!»– подумал Мирон, боковым зрением отмечая, как Вера быстро вбегает по ступенькам, бросает что-то на сиденье и снова оказывается рядом.

– А это вам – за приятную атмосферу и лёгкое вождение,– солнечно улыбнулась она и протянула высокий бумажный стакан с кофе и стеклянную бутылочку минеральной воды.– С минералкой кофе всегда вкуснее…

– Вы читаете мои мысли!– восторженно выдохнул Мирон и потянулся к стаканчику и бутылке.

Минеральная вода оказалась прохладной. Кофе он поставил в подстаканник, а бутылку тут же открыл и сделал несколько жадных глотков.

– Не за что!– добродушно кивнула Вера и, не дожидаясь от него благодарностей, вернулась на свои сиденья.

Мирон с невероятным удовольствием ощутил, как живительная влага обволокла пищевод, и облегчённо вздохнул, закрыл дверь и тронулся с места.

На душе посветлело. Необычно, но такой простой жест совершенно незнакомой женщины вызвал в нём лёгкую радость бытия. А с первым глотком кофе он буквально почувствовал, как оживает и наполняется энергией нового дня. Совсем нового для него. С простыми людьми, обременёнными обычными земными делами. Даже с этой премилой Верой, которая так ненавязчиво сделала его утро приятным и избавила от раздражительных мыслей.

– Спасибо!– с запоздалой благодарностью оглянулся он.

Но Вера, обнимая свой стакан кофе, уже снова дремала.

Глава 7

Автобус въехал в ворота базы отдыха и остановился у беседки, на которую указала Сергевна.

– Уф, успели! Никого ещё нет! Давай, Миша, выгружай наши харчи и убирай махину,– скомандовала она и грузно вышла из салона.

Мирон дождался, когда выйдут все, вспомнил, что багажное отделение можно открыть кнопкой на панели управления, и спустился к нетерпеливо орущей командирше.

Пассажиры тут же разбрелись по территории, а ему пришлось под настойчивые распоряжения старшей вынуть ящики с бутылями и занести в беседку, затем вернуться за остальным.

У багажного отделения, согнувшись в три погибели, топталась женщина в сарафане с маками. Она пыталась стащить на землю один из пакетов с фруктами, который Мирон по указке Сергевны задвинул в самый угол, чтобы ничего не раскатилось.

Понаблюдав за женщиной несколько секунд, он скрестил руки на груди и с усмешкой спросил:

– Что вы делаете?

– Ну я… это… помочь хотела вам…– высунулась голова Златозубки.

Мирон снова едва удержался, чтобы не поморщиться от её специфичной внешности, но только прищурился:

– И как, получается?

Женщина сморщила свой острый нос, разогнулась и пожала плечами. Но это нисколько не выглядело искренне или робко, как той хотелось продемонстрировать: заискивающие глаза так и сверлили Мирона.

– Позволите мне разобраться с пакетами?– снисходительно произнёс он, вскинув густую бровь.– Я немного тороплюсь…

– У вас ещё рейс?– послышался за спиной знакомый голос.

Это была Вера.

– Рейс?– недоуменно переспросил Мирон и снова вспомнил, что сегодня он не на своём месте, а впереди ещё несколько поездок.

«В чём идея Алёны? Что должно случиться, чтобы выбить меня из привычной колеи? Маршруты разные, но содержание одно – вот такое…»– и с досадой взглянул на Златозубку.

– Да, у меня сегодня плотный график.

– Тогда желаю вам не скучать в дороге,– добродушно улыбнулась Вера и кивнула на пакеты.– Мы с Лилей заберём остальное…

– Я помогу,– настойчиво ответил Мирон, наклонился и, поддев ручки оставшихся пакетов одной рукой, с лёгкостью вынул груз и отнёс в беседку.

– Эх, какой мужчина!– услышал он писклявый голос Златозубки. Но придыхание, с которым это было произнесено, вызвало только изжогу.

Когда Мирон вернулся к автобусу, «сарафан в маках» всё ещё крутился рядом, щебеча что-то на ухо своей коллеге, а та задумчиво улыбалась, жевала травинку и будто не слушала её вовсе.

– До встречи вечером,– попрощался Мирон, глядя только на Веру, и слегка удивился, что ему почему-то расхотелось уезжать.

Вера всё ещё была в тёмных очках, но после его обращения смотрела на него. Вынув травинку изо рта, она хотела что-то ответить, но её перебила Златозубка:

– А здесь река, лесок, песочек, так красиво… Оставайтесь с нами? Мы вас накормим…

– Спасибо. Я не голоден,– сухо ответил он.

Лилия разочарованно потопталась на месте, крутнулась и, пожав плечами, отошла.

Мирон взглянул в небо и вздохнул самому себе:

– Да, красиво… Но я больше горы люблю…

– Так ведь горы – далеко. А эта красота вот она, бери и наслаждайся,– непринуждённо развела руки Вера, скромно кивнула на