Наследница. Страж моего сердца - Мария Плума

― Это не я, — замялась дама, ― Это от синьора Микеле.

― Да, какая разница!

Моему возмущению не было предела. Я схватила розы и хотела бежать с ними к воде, но увидела, что в сосуде она была — значит, они могли пить. Дама и половина людей смотрели на меня почти с открытыми ртами. Я взглянула на Лутиана и поняла, что переборщила, наверняка здесь все по-другому. Но срезать розы… Что ж за такой жестокий мир здесь? Я уселась за стол. Дама ушла, оповестив, что блюда подадут через пять минут. Как только она скрылась из вида, я обратилась к цветочкам:

― Вам больно, миленькие? — и начала их гладить по бутонам и стебелькам.

― Ни разу не видел женщины, которая бы так волновалась из-за букета роз, — к столику подошел мой усатый спаситель. ― Меня зовут Лоренцо Манчини, всегда к вашим услугам синьора Амелия.

Усатый вновь взял мою руку и поцеловал. Из-за его спины показались люди в белом с подносами. Он назвал меня Амелия?

― Не буду мешать вашей трапезе. Не прощаюсь!

Я была в недоумении. По Лутиану было видно, что он озадачен не меньше моего.

― Синьора Эспосито, ваше блюдо Канирэла с мауном. А это для вашего котика.

Перед нами поставили два потрясающе пахнущих блюда. Мы с Лути вновь переглянулись — аромат был похож на тот, что подается в Рэдинии. Как только люди с подносами ушли, мы буквально набросились на еду. Когда я попробовала первую ложку, то не могла поверить своему языку — это, действительно, мое любимое блюдо. Но как такое возможно, если плоды мауна растут только в Рэдинии. Для Лутиана подали это же блюдо. Конечно, он его обожал, но как об этом узнали здесь?

― Миана, ты что-нибудь понимаешь? — сказал Лутиан, облизывая передние лапки. Да, все то время, пока мы ели, он сидел прямо на столе. Хорошо, что наш столик был дальше остальных — животные в этом мире сидят под столом. И как такое возможно?

― Нет! — я тоже облизывала пальцы, потому что они были в соусе. ― Кажется, меня с кем-то спутали. Я не Амелия, не синьора Эспосито, не Миа в конце концов…

И тут, я вспомнила красавца с ореховыми глазами. Сколько я слышала о влюбленности, читала о ней, да и мама рассказывала о любви к папе… А ведь получается это было неправдой… Любовь сотворил Красный Лорд или как его настоящее имя — Калистен Сангрей…

― Синьора Эспосито, вас к телефону.

Я вздрогнула, когда около меня появился полный человек в синем костюме. Он держал в руках что-то прямоугольной формы и протягивал мне. Я взяла и начала слышать какой-то голос, исходящий из этой штуковины. Я могла различить имя Амелия, но остальное практически невозможно было расслышать.

― Говорите громче, я не слышу. — Я подняла голову на полного мужчину и пожала плечами. Сообщая таким образом, что мне не слышно. Он посмотрел так, как смотрел дядя — мамин брат, который учил меня играть на саксофоне. А это совершенно не мой инструмент. И я поняла, что делаю что-то не так. Но что? Мужчина дотронулся до своего уха. Потом еще раз. Я пожала плечами. После чего он взял этот предмет и поднес к моему уху.

«Скоро узнаешь» — донеслось до меня, а после раздались странные звуки. Подобные тем, что я извлекала из пресловутой трубы. Голос был мужским и не очень приятным. Я вновь подняла голову на Алонзо Бьянчи, по крайней мере, так было написано на прямоугольнике приколотом к синему костюму. Он без лишних слов и каких-либо эмоций на лице, взял у меня прямоугольную штуку и ушел.

― Кто там был? — Лути сел ко мне поближе.

― Без понятия. Мужской голос и я смогла различить слова «скоро узнаешь». Но и этот человек называл меня Амелией. Меня просто спутали с кем-то. Это и неплохо — мы вкусно поели. Но нам лучше уйти отсюда и пойти, туда, где медальон.

― Ты помнишь, как идти? — Лути рассматривал одну из своих лап. ― Вот смотрю я и думаю, кто такой этот котик: кошка, утка или летучая мышь?..

Я засмеялась, а потом мне стало не смешно:

― Я не помню куда идти…

― Может, стоит воспользоваться этим недоразумением, а?

― Может…

Я встала из-за столика и начала оглядываться по сторонам.

― Ищешь того прижималу?

― Нет, что ты! Я нет… Эх… Он красивый, правда?

― Словно с полотен великих художников, хих.

― Очень смешно.

― Синьора что-то желает? — к нам подошел еще один мужчина в белом.

― Пойти в свою комнату.

― Я вас провожу, меня зовут Габриэль.

Я взяла сосуд с розами в одну руку, а на вторую пытался уместиться Лути. Но у него ничего не получилось — пусть он и не дракон уже, но весит много.

― Я это возьму, синьора, — Габриэль протянул руки, и я отдала ему сосуд.

Лути тут же запрыгнул на меня. Эта довольная драконья морда поежилась, а потом он вытянул передние лапы и повис на мне, подмигнув зеленым глазом. Конечно, кататься на ручках, что еще нужно огромному дракону… Мужчина повел нас вдоль столиков, уже начинало темнеть, повсюду загорались разноцветные огоньки, начала звучать музыка. Я все оглядывалась в надежде увидеть того, кто так красиво играет и поет, но не увидела. Дальше нас повели по огромному залу — как же там было красиво: большие лампы на потолках из множества маленьких хрусталинок, мягкие диваны повсюду, дивные растения в больших горшках, почти зеркальный пол. Лути спрыгнул с моих рук, ему хотелось здесь все осмотреть. Потом Габриэль завел нас в небольшую комнату и нажал что-то на стене. Двери закрылись, и я почувствовала странные вибрации.

― Зачем вы закрыли двери? Что вы сделали?

― Не понял синьора? Мы поднимаемся в ваш номер.

― Остановите немедленно! Я не хочу здесь находиться. Что вы себе позволяете? Запирать меня…

Не успела я договорить, как двери открылись, и я выбежала прочь из этой маленькой комнатенки. Лутиан выбежал за мной. А наш проводник еще пару мгновений оставался внутри, и выражение его лица было таким, словно он проглотил большой лимон. Ну да, иногда я бываю вспыльчивой…

― Идемте, синьора Эспосито.

Миновав длинный коридор, мы оказались возле белой двери. «Какие они здесь все чистюли» буркнула я про себя, вспоминая сегодняшние улиточные бои на море с усатым господином, и