ДоГадалась - Ольга Александровна Валентеева

– Знакомьтесь, – представил меня Дмитрий Андреевич, – один из лучших руководителей нашей компании Павел Константинович Симонов и его очаровательная спутница… Татьяна?

Узнал, надо же. Таня улыбнулась и кивнула. А Дмитрий уже представлял иностранцев – Джона Фармера и Ника Тейнота. Типичные англичане – сдержанные, серьезные. Их сопровождал переводчик, хотя, более чем уверен, господа неплохо понимают по-русски. Но переводчик тоже – дело статуса.

Сразу говорить о делах никто не стал. Мы обсудили погоду, прошедшие праздники. Татьяна молчала, как я и советовал, только улыбалась в нужных местах и кивала. Бесценная спутница. Я даже порадовался, что пригласил именно её. После закусок плавно перешли на возможные договора.

– Я сейчас вернусь, прошу простить, – улыбнулась Танечка и скрылась в дамской комнате. Я тут же забыл о ней, полностью переключившись на Фармера и Тейнота. Расписывал наши возможности и перспективы, предлагал варианты, в которых наша фирма может взаимодействовать с их филиалами в России. И, кажется, мы начинали приходить к взаимопониманию, хотя иностранцы упрямились и не желали упускать свою выгоду, как и я – свою. Дмитрий Андреевич не вмешивался. Значит, всем доволен. Коллеги же пытались вставить свое слово, но я не терпел конкурентов даже среди коллег. Их дамы тоже заскучали и скрылись в туалете. И вовремя, потому что мы перешли сугубо на дела.

Минут пять спустя я подумал, куда же провалилась Татьяна. А потом она появилась в дверях, и я сразу понял: что-то не так. Вот только что именно, осознать не успел.

* * *

Татьяна Никифорова

Никогда и нигде не чувствовала себя настолько лишней! Сидела и таращилась на англичан, будь они неладны. И зачем им переводчик, если, уверена, они нас понимают и без него? И Павел, скорее всего, тоже говорит по-английски. Я сама прекрасно понимала, о чем речь – с моим-то образованием переводчика. Как меня занесло в фирму перевозок? А кто сейчас работает по специальности? Получила заочно второе высшее и работаю себе. Но не об этом речь, а о том, что с каждой секундой становилось все более нудно. Конечно, меня не развлекаться позвали, но быть молчаливым приложением тоже не хотелось. Решила пойти припудрить носик. Зашла в кабинку туалета – на самом деле, больше перевести дух. А за тонкой стенкой, так понимаю, располагалась курилка, потому что оттуда едва уловимо тянуло дымом. Причем, «тамбур» был общий, и из него расходилось две двери.

Я уже собиралась уходить, как вдруг услышала разговор в соседней комнате. Конечно, благодаря тому, что дамы беседовали громко и ничуть не стеснялись, что их могут услышать. Или просто об этом не задумывались?

– Ой, скука смертная! – говорила одна, кажется, спутница начальника офиса из пригорода. – Не понимаю, зачем нас таскать на эти деловые встречи?

– Как это зачем? – рассмеялась вторая. – Для понтов, разве неясно? Мальчики выпендриваются друг перед другом, у кого девка краше.

– Ой, девочки, – это уже третья, – видели, кого Симонов с собой притащил? Деревенщину какую-то, готова поспорить.

– Ника-то ему дала от ворот поворот. Говорит, подарил ей какую-то дешевенькую брошку, и радуется. Ну, она и высказала ему все, что думала.

– Еще бы не высказала, учитывая, что всем рассказывала, что он ей в Новый год сделает предложение.

Я уже не различала, кто что говорит, но сама превратилась в слух. А девчонки зло рассмеялись. Конечно, это ведь так приятно – обсуждать отсутствующих. Не говорю, что сама этим не страдала. Мы с подругами тоже любили перемыть косточки знакомым, но не злословили, а просто делились новостями. А здесь же дамы получали удовольствие от того, что поливали кого-то грязью.

– А с другой стороны, Ника что, и правда хотела бы Симонова в мужья? – это, кажется, снова первая. – Девочки, давайте будем откровенны – он далеко не красавец. Может, и был бы, если бы не хмурился все время. Опять-таки, подарить на праздник брошь – что за чушь? Может, у бабули своей одолжил?

Девчонки снова захихикали.

– Да, ты права, скучный он, – фыркнула вторая. – Вот, знаешь, бывает, вроде ничего в человеке и нет, а харизма так и прет. А тут – пусто. Как рыба, честное слово.

– Ника говорила, что и в постели звезд с неба не хватает, – хмыкнула третья, видимо, подруга той самой Ники. – И ей уже надоело придуриваться.

Обычное женское злословие, только мне почему-то стало обидно. Нет, не за деревенщину, а за Паука. Да, Паук – мужчина специфический, с ним сложно работать, но, в конце концов, это мой начальник! Кто дал им право его обижать? Хоть и заочно.

– Печально, когда с тобой встречаются только из-за денег, – припечатала первая «ледя», а я не выдержала и шагнула в «тамбур». Они как раз тоже выходили из курилки, распространяя вокруг себя фруктовый запах дамских сигарет. Увидели меня, насторожились. Я же прикинулась сущей дурочкой – неоценимое умение с таким начальством, иначе навесят все обязанности, какие только можно. Остановилась у зеркала, вроде как поправить прическу. А затем зевнула, прикрывая ладошкой рот.

– Не выспалась? – иронично спросила дама номер один.

– Ой, девочки, – махнула рукой. – Разве с таким мужчиной, как мой Пашка, выспишься?

Все трое уставились на меня. Они, видимо, поняли все правильно: я – не девушка Павла, а всего лишь спутница на вечер.

– Подожди… Таня, да? – подступилась ко мне самая бойкая. – Так вы с Павлом вместе?

– Да, – пожала плечами. – И уже давно. Все никак не могла дождаться, пока Пашка бросит свою мымру. Но, с другой стороны, это полезно было. Люди думали, он с Никой встречается, и в нашу жизнь никто не лез. Только я Паше поставила ультиматум: или она, или я. Вот он и бросил эту бестолочь.

– Почему бестолочь-то? – уставилась на меня дама номер два.

– А что, умную? – хмыкнула я.

– И то верно, – шепнула Никина подружка.

– Но Паша ведь у меня добрый, – несло на крыльях вдохновения. – Не стал бросать бедняжку накануне праздников, сделал так, чтобы она его бросила. Вроде как. Вы ведь понимаете, о чем я?

И подмигнула девчонкам, которые от моих откровений разинули рты.

– Жаль, подарок его не надела, – повела плечами. – Побоялась потерять. Такое колье! Прямо носить страшно. Я говорю: «Паша, зачем разоряться?». А он сказал, что для меня ничего не жалко. Теперь вот намекает, что лучше узаконить наши отношения, а я не знаю… Это ведь до свадьбы у всех романтика, а потом? Зато на коттедж