Притворись нашей мамой - Регина Янтарная

Демид

Недоуменно смотрю на тётю Таню. Такой решительно настроенной я её не помню.

– Что судачат во дворе? – ожесточённо спрашиваю у неё.

Если наша няня считает, что я – профи должен верить в сплетни, окружающего мира, тогда выслушаю.

Женщина смотрит на меня выразительно.

– Вчера сосед из жилого комплекса «Ласточка» приходил к своей зазнобе в наш подъезд. А с собой он Шарика привёл!

– Шарик, – это тот рыжий питбультерьер? Морда, как у твари. Смотришь на неё, и, кажется, что псина готова самостоятельно прокормить не только себя, но и хозяина?

– Он самый! А ты слышал, что вся округа стонет от этих двоих. Злыдни! Ходят без намордников.

– Который из них? – шучу.

Но тётя Таня не реагирует, хмурит брови.

– Оба!

– Это как? – округляю глаза.

– Хозяин людям житья не даёт, а питбуль – детям!

– ЖК «Ласточка» в пятистах метрах от нашего дома! Притом комплекс огорожен забором.

– Щас! – женщина всплёскивает руками.

– Он псину свою в наш подъезд вчера притащил. И отпустил погулять. Одну. Пока развлекался с соседкой!

– Он же старый? – упёрся я, не понимая, при чём здесь моя семья. – Какие шуры-муры?

– Демидка, ты, что упоротый такой? Может, чай они пили. Под каждую юбку не заглянешь! А случилось это «дело» ровно в два ночи!

– Откуда поминутная информация? – опешил я.

Наши камеры какой-то говнюк разбил. Именно вчера. Не люблю я совпадения. Вот и вчера подумал, что Серый всё подстроил, на пару с подельницей.

– Соседка в глазок увидела.

Ничего себе! Я до сих пор не получил официальную информацию с камер!

Вернее, получил, но решил не вскрывать электронное письмо до утра. Не к спеху.

Чайкина сидит. Расколю её как грецкий орешек – сдаст Серого с потрохами.

Алёнушка дома.

– И-и? – бросаю нетерпеливые взгляды на алые помидорки и зелёные попки свежих летних огурчиков, которые расселись в идеальном порядке в тарелках.

– Баба Валя из второго подъезда видела, как «Шарик» в два часа ночи гнал Алёнку по улице.

– Чего? – более нелепой легенды даже представить не мог. – Тётя Таня! Ты смотри, не ври мне. Тебя кто-то попросил Злату Чайкину защитить?

– Эх, ты! Следователь! Не совестно тебе? Закрыл на два месяца невинную девушку?

Злюсь.

– Смотри! – тётя Таня двигает ко мне телефон, юзает ватсап, выбирает нужное видео, нажимает на стрелочку запуска ролика.

Подобного зрелища я не ожидал…

Меня всего затрясло, едва я опознал в бегущем от собаки ребёнке Алёнку.

Впившись ногтями в скатерть, побагровел.

Но это было не всё!

Кажется, мои «любимые» соседи, которым я слишком сильно доверял, решили меня добить.

Едва дочка скрылась, как во дворе появилась ночная няня Галя с парнем.

Может, они побегут за ребёнком?

Кольнуло нехорошее предчувствие. Ошибся. Парочка застыла посреди двора в крепком засосе, а потом, как ни в чём не бывало, направилась в подъезд.

Волоски на шее встали дыбом.

– Тварь!

– Кто из них? – прошипела дневная няня.

– Все! Галя! Сосед! Шарик! Наказать их надо? Да?

Взглянув на Татьяну Ивановну, возникло ощущение, что её сейчас от гордости расплющит.

Не ответив, женщина перевела взгляд на сковороду с котлетами.

– О женщине нужно подумать в первую очередь? – указала она на мой промах.

– О какой? – выпаливаю я.

От гнева, переполняющего меня, перестал соображать совсем. Готов спустить на головы этих троих все небесные кары. Собственноручно.

***

Демид

Свидетели не просто дали показания, в которых я заблудился.

Они сняли с себя ответственность, подставив невиновного человека. Всё как в плохом кино!

А меня выставили идиотом!

Галя – ещё тот хамелеон. Было видно по её глазам, что хочет рассказать правду. А потом вдруг решила поменять показания.

А сосед – гадёныш!

Заставлю его пса до конца дней ходить в наморднике по улице. Если надо будет, охрану приставлю.

Алёнка – маленькая вредина, могла же ночью рассказать, что случилось! А то всё несла какой-то бред, что тётя Злата хотела познакомить её с Наташей, поэтому привела к себе домой.

– Демид, не думала, что ты чёрствый сухарь! – выдаёт няня, раскладывая по тарелкам пюрешку с котлетками.

– Тёть Тань! Не лезь под кожу!

Непосвящённым в наши отношения подобное общение покажется фамильярным. Но мы-то знаем, что я заменяю ей сына, который живёт и служит на чужбине, она мне – мать.

Тяну руки за куском хлеба.

– Руки убери, – няня осуждающе смотрит на меня. – Златушка голодная там, небось.

С моих губ срывается вздох!

– Ну, ошибся! С любым следователем может случиться подобный казус.

Не привык слушать от Татьяны Ивановны упрёки в свой адрес. А тут нате! Выслушайте! Распишитесь, гражданин начальник!

– Слушай меня, плохого не подскажу. Езжай, забирай свою Злату Чайкину!

– Хорошо, – цежу я. Зная точно, что не поеду сам.

Как я посмотрю ей в глаза?

– Папочка, мы за Золотцем едем? – от дверного проёма отделяется хрупкая фигурка дочери в жёлтом платьице.

– Егоза! Давно здесь стоишь?

Прокручиваю в уме, что она услышала. Что могла запомнить.

– Едем…

–Сейчас? – голубые глаза задумчиво глядят.

– Завтра утром.

Отдаляю час расплаты. Завтра суббота. Обычно с утра мы идём в парк. К этому моменту дочь забудет про наше, скажем так, «необычное дело».

– Хорошо! Успею.

– Что успеешь?

– Нарисовать рисунок!

Твою дивизию! Теперь точно не забудет. Рисование для неё святое занятие.

И если дочка хочет посвятить рисунок Кудряшке, то пиши, пропало.