Статус: все сложно - Дарья Белова

“У меня свидание. Вопрос: стоит ли переходить черту, если это способ снова убежать от себя?”

Откладываю телефон и смотрю на Мишу. Он напоминает мне одного человека, с которым также пыталась забыться.

Ответ на сообщение приходит быстро.

“А что для тебя значит перейти черту, Апраксина?”

Меня бросает в пот. Крупные капли стекают по спине.

– Черт! Черт! Черт! – ругаюсь я.

– Что-то случилось? – голос Миши участливый.

Смотрю на него, будто он оказался напротив меня только что. Ведь на доли секунды я забыла о его существовании.

“Извини, я не тебе”

Пытаюсь удалить то сообщение, что по ошибке отправила Глебу. Он был последним, кому я писала сообщение, всего лишь одна строчка – ссылка с локацией. Надо было удалить сразу, чтобы в первых рядах был наш чат с девочками. Но глупая Мила этого не сделала.

“Хм… обидно. И что за черта то? Мне просто любопытно”

Снова откладываю телефон. Зачем отвечать на его сообщение? Оно ничего не значит. Просто ошибка. Моя ошибка.

“Вы излишне любопытны, Глеб Навицкий”

Все-таки пишу ответ и улыбаюсь.

Это не остается незамеченным от Миши. Тот пытается взглядом зацепить сообщения.

– М?

– Ты улыбаешься… – взгляд гуляет по моему лицу, пытаясь найти там ответы.

– Подружка написала, – нагло вру я, ни тени сомнения.

“Грешен. Сознаюсь. Как свидание?”

Такой сладкий звук входящего сообщения. Греет душу. Солнышко, чьи лучи будят по утрам.

“Превосходно. Лучше еще не было”

Я провоцирую. На кончиках пальцев легкое покалывание. Это нетерпение. Хочется то и дело вертеть в руках телефон и смотреть на экран, чтобы в случае чего, сразу открыть входящее сообщение.

– Ты в курсе, что мы едем на гастроли с постановкой? Видела список городов?

– М? – уже не в теме. Его голос отдаленный. Он мешает, отвлекает.

– Я, например, очень хочу в Питер, а потом Сочи. Представляешь, отыграл спектакль и идешь отдыхать, развлекаться. Не зря я мечтал быть актером.

– Мне казалось, ты танцор? – взгляд от экрана не отрываю. Гипнотизирую его. Но пока тишина. Люблю, когда мое слово последнее, но не сейчас. Особенно не хочется это с Глебом. Чувствую себя проигравшей.

– Ты права. Но танцор тот же актер, правда. Мы можем не только играть, но и показывать все, что чувствуем, через тело, да? – Миша пытается снова вернуть меня в беседу. А я не совсем здесь. Оболочка только. Сознание куда-то уже улетело. Наверное, в те времена, когда нам было хорошо.

“Обидно, балеринка. А как же карамельный поп-корн? Я, между прочим, его тогда отдельно заказывал. В том кинотеатре он был галимым!”

“Хм, не помню”

“Сучка! Балетная сучка, вот кто ты”

“Узнаю тебя, Навицкий!”

Злюсь. Снова оскорбляет. Но почему-то сижу и улыбаюсь.

– У тебя загадочная улыбка, – встревает Миша, – ты вообще очень красивая, Милка.

Миша опускает взгляд, рассматривает свою тарелку, где не осталось ни капли сгущенки.

– Спасибо, – отвечаю.

Мы выходим из кафе. На улице совсем темно. Город во власти ночи. Но они уже теплые, только легкий ветерок перебирает пряди волос, что выбились из прически.

– Спасибо за вечер, Мила. – Миша берет меня за руку, несмело. Я еще чувствую его неловкость. Понимаю, что я ему нравлюсь, даже слишком. Под неоновой вывеской кафе его кожа кажется белоснежной, а в глазах множество бликов, что они стали похожи на драгоценные камни. Красиво. Мне нравится такая картинка.

– И тебе спасибо за приглашение. Извини за, – я показываю на телефон, что еще держу в руке. Нет, сообщение уже не жду. Я вообще ничего не жду от Глеба Навицкого. Это бесполезно. А нет, только развода.

– Понимаю. Подружки.

Я лишь пожимаю плечами. Говорить правду – неправильно. Да, этот тот случай, когда эти правила надо соблюдать. А врать я не вижу смысла.

– Я бы предложил проводить тебя до дома. Но знаю, что ты на машине.

А вот здесь тебе минус, Миша. Предложить бы мог. Теперь не узнаешь, согласилась бы я или нет.

На прощание он клюет меня в щеку. Да, именно так. Это не поцелуй. Но даже такое касание хочется стереть. Отпечаток его губ на своей коже жжет. Неприятно и противно.

Мистер М говорит, что если тебе неприятно, то не надо терпеть. Надо ценить свои чувства. Не идти против себя. Но важно понять свои истинные желания и истинные эмоции. Что я испытываю? Что я чувствую?

Проклятый Мистер М. Даже в такие моменты его слова всплывают в памяти.

Дохожу до машины, завожу двигатель. Сейчас это обыденные вещи. А какое-то время назад я зареклась садиться за руль. Никогда и ни за что.

“Апраксина, переписываться с мужем на свидании… ай-ай-ай. Где Ваши манеры, госпожа экс-Навицкая?”

“Ты меня отвлекаешь!”

“Уже перешла черту?”

Ничего не отвечаю. Пусть думает, что хочет. Но, признаюсь, несколько раз брала в руки телефон, когда придумывала достойный ответ. С нотками сарказма. Или просто шутливую фразу.

Домой доехала уже за полночь.

У меня маленькая квартира-студия. Папа хотел купить другую, побольше. Но я не вижу смысла. Здесь мне уютно. Комфортно. Как говорят, мой дом – моя крепость? Вот именно так.

Уснула быстро. Так всегда бывает после выступлений.

А утром я вижу непрочитанное сообщение. Глеб.

“Он не стоит того, чтобы ты переходила черту с ним. Балеринка, он ел блинчики со сгущенкой!!!”

 Глава 6

Мила.

Свой выходной я обычно использую по максимуму. Встаю позже обычного, валяюсь в постели, могу посмотреть последние серии фильма.

Только потом варю себе эспрессо и думаю над тем, чем занять оставшуюся половину дня.

Прочитав сообщение от Глеба не находила себе места. Мысли разные. Начиналось все безобидно: он просто проходил мимо и увидел нас в окне. А потом я навыдумывала невозможное: ему не все равно и он проследил за мной. Как иначе он узнал про наш заказ в кафе?

Может, стоит этот вопрос задать ему?

Беру в руки телефон, открываю нашу переписку и зачем-то пробегаюсь глазами по этим строчкам. Внутри разносится тепло, а улыбка расплывается. Я вспоминаю его взгляд, его касания. Как таяла, как сгорала. И как оборвалось все в один миг.

Телефон отложить не успеваю. Он загорается.

“Зойка”

– Мы будем через пять минут у тебя. – Тон, не терпящий возражений.

– Через пять?

Я смотрю на свою студию. Кровать незаправлена, на тумбочке у кровати