Мои планы на тебя - Йара Тёмная

– Нам всем хорошо известно благодаря кому Флир завалилась. Вы выслеживали её, адепт Блад.

– Ну, это не моя вина, что она вызвала во мне интерес, как противник.

– Действительно, – с усмешкой ответили ему.

– Пантерёныш, прыгай выше! Тебе надо поймать, а не увернуться.

И я прыгала. Не то, чтобы выдохлась, но устала, да. Метнув в тёмного взгляд полный немой ненависти, я наконец рассчитала траекторию полёта пики и… поймала её. Ладонью, в которой теперь зияла дыра, поскольку пика прошла насквозь.

– Аш-ш-ш-ш-ш!

– Выставить конечность – это не самое главное, – усмехнулся ублюдок и метнул следующую пику, от которой мне пришлось буквально отпрыгнуть.

Откуда-то изнутри поднялась волна гнева, готовая выплеснуться наружу. Я подпрыгнула и пока ещё невредимой ладонью перехватила другую летящую пику, которая тоже рассекла мне кожу, но уже не так сильно.

Шаг по земной насыпи, вздымающий клубы пыли и свободное движение рукой, которая выпускает чужую материю. Блад среагировал молниеносно. Я внимательно следила за тем, как он перехватил летящий к нему металл и всё с той же усмешкой метнул обратно, вынуждая отступить и зашипеть от новой порции боли.

– Айш-ш-ш-ш!

– Не против меня, Панта.

– Вижу у вас прогресс. Не будем беспокоить. Завтра ожидаю на портальной площадке. Парадную одежду получите у мисс Мантер в отделе хозяйственных нужд.

Проклятье! Как же я ненавижу эту академию! Ладони и бок болели так сильно, что хотелось разреветься и изматерить удаляющиеся фигуры, но вместо этого я стояла и внимательно следила за руками тёмного, которые держали оставшиеся метательные ножи. Он не торопился их бросать в свою порядком измученную жертву. Более того, когда посторонние ушли с полигона, растворил их и быстрым шагом двинулся ко мне, протягивая руки.

Поняла, что он хотел взглянуть на полученные раны, но показывать ничего не собиралась, а потому, стоило ему только приблизиться, едва не зарычала.

– Покажи, Панта, – приказал он.

– Да пошёл ты!

Не в первый раз ведь. Дойду до лекарей и всё нормально будет. Ну, останется пара шрамов, которые будут реагировать лёгкой болью на изменение погоды, но…

– Я сама справлюсь!

Шаг. Рывок. Боль.

– Не тр-р-ронь! – прорычала, перехватывая его руку.

Толчок. Рывок. И я уже не стою. Лежу на пыльной земле с задранной до груди кофтой.

– Ар-р-ргх!

– Сейчас мы её вытащим, Пантерёныш, потерпи.

Я дёрнулась и едва сама не взвыла от боли.

– Лекари справятся лучше!

– Справятся, да, киса, но вся проблема в том, что это модернизированные пики. Если её не вытащить, она тебе там всё раскурочит. Я, честно говоря, не ожидал, что ты ТАК захочешь её поймать.

– Да иди ты! – ответила хрипло и взвыла, когда его пальцы проникли в рану на животе.

– Пойду, Панта. С тобой и пойду.

Через мгновение он уже крутил эту железную штуку в пальцах, а я всеми силами старалась держаться за реальность, хотя боль медленно, но верно тянула на дно.

– Почти всё.

Он поднял меня на руки и понёс прочь с полигона. А я и не сопротивлялась. Во-первых, очень устала. Во-вторых, это его вина.

– Завтра последний день, – хрипло проговорила я, – Что будет после него?

Блад посмотрел на меня без тени улыбки, но продолжал нести.

– Почему ты спрашиваешь? Знаешь ведь ответ.

Знаю. После бала в академии будет распределение адептов. Нас закрепят где-то, за кем-то и зачем-то. Всё почти секретно. Известно лишь, что мы поступим на службу, или империи, или своего нового хозяина.

Но мне всё равно было как-то… грустно, что ли? Да, я откровенно не переношу на дух этого тёмного, который странно себя ведёт, нагло и насмешливо разговаривает со мной… но при всём, при этом уже второй раз раненную несёт на руках. И вообще, за эту неделю я поняла, что он странно на меня влияет. У меня от встречи с ним на полигоне сердце замирает, после чего зашкаливает пульс, а когда он говорит это своё «Пантерёныш» я чувствую, как бегут по спине и затылку радостные мурашки.

Передав меня лекарям, он коротко кивнул, прощаясь и ушел. Теперь я увижусь с ним только завтра, а всю ночь буду банально мандражировать перед выступлением в императорском дворце, поскольку совершенно в себе не уверена, хоть и поняла, как правильно нужно ловить эти треклятые пики.

***

Свой выходной наряд я забрала только к полудню. Было сложно маневрировать между профессорами, каждый из которых лично желал обсудить наше приветствие императора. А ещё и наставления пришлось выслушивать. Стараться не смотреть на императорскую чету, минимум слов, а лучше вообще не разговаривать. Не сметь дерзить, не приближаться и следить за тем, чтобы во время показательного боя не внести смуту в стан императорских щитовиков, которые там непременно будут. Отличился лишь благожелательный профессор Оттоэ, который рассказал про магию на входе во дворец и предупредил, что там многие вещи могут показаться странными, и посоветовал пообщаться с адептами других академий. Только и успевала заверять, что мы будем тихи, скромны и покладисты.

Когда в назначенное время я приблизилась к портальной комнате, Блад уже ждал меня у входа. Парадный костюм сидел на нём идеально, будто по нему и шили. Волосы его, как обычно, были собраны в низкий хвост, а на нижней части лица находился неизменный рабочий атрибут. Маска.

Женское платье имело наплечники, которые можно использовать во время боя, как дополнительную защиту. А поскольку наши владельцы часто личности публичные, то и мы в парадном ходили нередко. А к нему нужно привыкнуть.

Блад стоял и так же внимательно смотрел на приближающуюся меня, не выказывая при этом никаких эмоций.

– Прекрасно выглядишь, Пантерёныш.

Я не стала говорить, что он тоже хорошо смотрелся в костюме. Хотела пройти мимо, но краткое прикосновение к пальцам заставило обернуться и удивлённо посмотреть на него.

– Пожалуйста, не поранься на демонстрации.

– Беспокоишься обо мне? – уточнила пораженно.

И мне было чему удивляться. Блад тот, кто являлся причиной многих смертей светлых в академии.

– Не о тебе, – усмехнулся он. – Демонстрация должна пройти безупречно, киса.

Вот с… сволочь!

Одернула руку, словно он продолжал держать за неё и открыла дверь, где нас уже ждал сопровождающий. Спокойно прошла на портальную площадку, не выказывая абсолютно ничего, но вся раздираемая при этом изнутри.

Почему-то больно. Не то, чтобы я во что-то верила или рассчитывала. Да я признаться, о тёмном старалась даже не думать! Но…

Не важно. Я – светлый мистик. Я щит, который может и должен