Заноза для Чудовища - Алисия Перл

– С-с-с…– сквозь зубы зашипел муженёк, а я, испугавшись, что по глупости своими проверками сделала ему больно, подскочила, неловко рукой натолкнувшись на некую бугристость в брюках крокодила.

Он сдавленно замычал.

На моё счастье, в этот же самый момент экипаж остановился, и лакей распахнул дверь, к которой я и ломанулась, напугав несчастного парня своим лихим и немного растрёпанным стараниями его светлости видом.

Остановилась я уже около тяжёлых резных дверей, дожидаясь герцога у входа в имение. Шикарное, насколько успела заметить, пока неслась от экипажа. По традиции, впервые супругу в свой дом муж вносит на ручках.

Супруг появился спустя пару минут, заметно прихрамывая, когда я придирчиво изучала странного вида кусты кислотно-жёлтых роз. Будучи высаженными по периметру поместья, они абсолютно не вписывались в окружающий ландшафт.

Вообще-то я очень люблю растения, в частности розы. Когда был жив отец, у меня была личная теплица, где я собрала самые редкие сорта.

Но конкретно с этими кустами мы не подружимся: нос, который умудрилась сунуть в кислотный бутон, желая понюхать, нещадно чесался, а сама я расчихалась до позорных соплей и слёз из глаз. Похоже, у меня впервые в жизни на что-то появилась аллергия.

– По традиции, порог нового дома жена должна пересечь на руках у мужа, – произнёс герцог, на что я смогла только в очередной раз чихнуть. – Вот видишь, правду говорю.

– Не стоит, – отмахнулась от идеи следовать традициям. – Можете просто взять меня за руку. У вас нога болит.

– Элла, если ты переживаешь, что я тебя случайно уроню, не бойся, этого не случится, – нахмурился мужчина, недовольный моим отказом.

– Вот дались вам эти пережитки. Я – девушка современная, в приметы не верю…

Не успела договорить, как мир резко перевернулся и я оказалась легко перекинута через твёрдое плечо. Вот так попой вперёд меня бесцеремонно и внесли в мой новый дом.

Глава 7. Элла

Глава 7. Элла

Супруг не только через порог меня перенёс в таком виде, но и донёс до покоев на втором этаже. Свалив мою тушку, словно мешок с картошкой на огромную кровать, герцог, не говоря больше ни слова, удалился, чтоб спустя десяток минут вернуться с несколькими небольшими пузырьками в руках.

– Это зелья от аллергии, – пояснил он, заметив как я, щурясь воспалёнными глазами, пытаюсь прочитать мелкую надпись на этикетке. – Первые три раза необходимо принимать каждые двадцать минут. Затем три раза в день в течение недели, чтоб окончательно прошли симптомы.

– Вы так уверены, что это именно она? У меня такое впервые с организмом. Может, стоит вызвать лекаря? – спросила, устало откидываясь на подушках.

– Уверен, – произнёс герцог, присаживаясь на край кровати и отмеряя нужную дозу лекарства. – У тебя пыльца на носу. У меня на эти цветы такая же реакция.

– Зачем вы их держите тогда, да ещё и рассадили в таком количестве? – возмутилась я, послушно выпивая лекарство.

– От подарков её величества не положено отказываться, – даже не видя его лица из-за своих слезящихся глаз, чувствовала, что мужчина скривился. – Дары этой с-с…сказочной доброты души женщины принято выставлять на самом видном месте в доме. Дабы остальные, кого не одарили королевской милостью, видели, восхищались и завидовали.

О, как я тебя понимаю, дорогой супруг! Если наша с-с…сердобольная королева Патрисия решила тебя облагодетельствовать своей милостью, она это сделает, не смотря ни на что. Твоё мнение при этом учитываться не будет.

Именно с лёгкой руки королевы почти два года назад, когда погиб отец – барон Гринвуд, моим опекуном назначили змеищу-мачеху. Её же, не меня – единственную родную дочь почившего барона, королева сделала единственной наследницей моего поместья и титула. Левую тётку вместо родной крови.

Род Гринвуд пусть и не из древних, но всегда был одним из сильнейших в Виттаре. В моей семье всегда рождались сильные маги. А сейчас во главе рода поставили слабосилку, дети которой не унаследовали даже крупицы магического дара.

И как удачно для мачехи оказалось, что барон Гринвуд якобы не оставил завещания, оспорить которое не смогла бы даже сама королева. А ведь оно было! Я это точно знаю!

Гр-р-р.

Ненавижу! Обеих!

В особых случаях магически одарённых людей могли признать самостоятельно дееспособными до полного раскрытия дара к двадцати одному году, но не раньше восемнадцати лет. Мне как раз уже исполнилось на тот момент восемнадцать, и я даже успела поступить в Академию.

Я неоднократно писала ходатайства в высший магический суд, отсылала даже прошения его величеству, но все они неизменно возвращались спустя время либо как не доставленные адресату, либо с пометкой «отклонено».

Только потому, что моё имя уже значилось в списках студентов, мачеха не смогла лишить меня, помимо титула и дома, ещё и возможности развивать свой и без того не маленький от природы потенциал. И я зубами вцепилась в возможность учиться, словно голодный зверь в кусок свежего мяса. Это был мой последний шанс на светлое будущее, которого меня в одночасье лишили с лёгкой руки королевы.

Так что придётся нам с супругом искать компромисс. Потому как в мои планы на ближайшие годы абсолютно точно не вписывается рождение герцогских наследников, ради которых он на мне женился.

***

Герцог приходил ещё два раза с положенными перерывами, чтоб дать мне лекарство. Он уже успел переодеться в простую рубашку и хлопковые свободные штаны и выглядел очень по-домашнему.

После третьей порции лекарства, отёк спал и супруг спросил, буду ли я ужинать. Прислушалась к своим желаниям, и поняла, что перебив аппетит вкусняшками в дороге, сейчас с куда большим удовольствием предпочла бы хорошенько поспать и набраться сил. Всё же приключения последних дней давали о себе знать.

Ричард не стал настаивать и, пожелав спокойных снов, удалился, а я кое-как приняла душ и нырнула в сладкие объятия подушек и одеяла.

Снилась мне моя спонтанная свадьба. Вот открываются двери храма, в руках у меня странного вида цветы, перевязанные голубой лентой, по всей видимости, имитирующие букет невесты. Пока иду по ковровой дорожке к алтарю, где меня уже дожидаются, приходится немного пригибаться в бок.

Почему? Не вижу. Картинка расплывается,