Повелительница барсов. Попаданка и строптивый - Дарья Светлая

К слову, а правда ли, что вы все без исключения хотите попасть в заветную спальню его величества? Вам действительно нужна близость с тем, кого вы видели хорошо, если два раза в жизни? Вы правда уверены, что это нужно вам для счастья? Даже став фавориткой, любая из вас однажды будет свергнута новой игрушкой императора. Вы не становитесь моложе, а на невольничьем рынке всегда найдется кто-то посвежее. В конечном счете, даже несмотря на секреты, которыми я с вами поделилась, занять высокое положение в этом дворце удастся лишь нескольким. Так какой смысл вам всем сражаться за право бежать к тупику? Что вы получите в награду? Возможность ободрать руки, со всей силы стуча в замурованные двери?

— Мы хотим хотя бы попытаться. Все мы! — ответила одна из девушек, и по залу прокатился одобрительный гомон.

— Что ж, тогда поднимите руки, кто из вас считает, что пробудил в себе Богиню!

Увидев лес поднятых рук, я удовлетворенно кивнула.

— Великолепно! А теперь идите к себе, наденьте то, что хотите, и причешитесь так, как хотите. И больше ни перед кем не склоняйте головы! Помните: каждая из вас является Богиней! Свободное время рекомендую посвятить рисованию. Каждая из вас должна нарисовать новую себя: сильную, красивую и свободную! Ту, что никогда не станет подчиняться чужой воле и никому не позволит навязать себе чужие желания, потому что рождена быть свободной! И не забудьте: Богиня никогда не прячет взгляд: она всем смотрит в глаза!

Перед ужином явившаяся в зал Сидония была весьма удивлена атмосферой, которая царила в гареме. Заметив, что одна из наложниц при появлении смотрительницы не смотрит в пол, как полагалось по местному этикету, ихи Сидония преисполнилась гнева.

— Как ты смеешь смотреть на меня, рабыня? А ну, встань!

— Я не должна исполнять ваши приказы.

— Это почему же? — прошипела смотрительница, потянувшись к поясу, к которому был прикреплен короткий кнут.

— Богиня никому не обязана подчиняться, — уверенно, с доброжелательной улыбкой произнесла девушка, заставив Сидонию задохнуться от негодования.

— Нахалка! Я покажу тебе сейчас Богиню! Я сейчас всем вам покажу, что бывает с теми, кто не повинуется власти императора!

Резкий, уверенный взмах кнута! Вот сейчас лицо или плечи бедняжки украсит алая, набухающая кровью полоса, но… та наложница в желтых шелках, которая настаивала, чтобы я поделилась со всем гаремом своими “секретами”, вскочила и поймала кончик кнута в полете. А затем, быстрым движением намотав его на кисть, резко выдернула оружие из рук пожилой смотрительницы.

— Каждая из нас — Богиня. У вас нет права поднимать на нас руку! — заявила она, глядя в глаза смотрительнице гарема. — Верно, девочки?

— Да! — раздалось со всех сторон.

Только теперь ихи Сидония поняла, что попала в весьма невыгодное положение. Она опасливо огляделась, но не видела вокруг себя ни одного опущенного взгляда, ни одного испуганного лица, ни одной склоненной головы.

— Где ваша почтительность?! Я доложу императору о том, что вы тут устроили.

— Нет, не доложите, — произнесла брюнетка, стоящая за спиной ихи Сидонии. — Давайте-ка накажем эту старуху так, как она хотела сейчас наказать Дисильяр? Ведь богини карают тех, кто относится к ним непочтительно! Верно я говорю?

По залу пронесся одобрительный гомон. Вскоре смотрительница оказалась окружена.

— Стража! Стра… — крик смотрительницы потонул в гомоне толпы, и очень скоро ихи с кляпом во рту была привязана к одному из столбов. К слову, перед этим в рот ей засунули горсть специй. Несчастная вся покраснела и мычала, смаргивая слезы, изо всех сил стараясь выплюнуть кляп.

Между девушками завязался спор, сколько ударов нужно выдать Сидонии и кто именно станет карающей дланью. Похоже, эта дама насолила многим, поскольку приложить руку к ее наказанию хотелось всем и сразу.

Я же продолжала сидеть в стороне, у окна, изредка поглядывала на шоу под названием “Накажи смотрительницу” и лениво попивала лиллу — местный аналог щербета.

В суете никто из девушек не заметил, что двустворчатые двери гарема чуть приоткрылись, а затем растворились шире.

В образовавшемся проеме застыл изумленный эрд Солер. Оборотень быстро оглядел зал, пытаясь понять, что происходит. Взгляд голубых глаз остановился на мне. Любуясь замешательством на лице воина, я насмешливо отсалютовала ему бокалом с лиллой.

Эрд Солер коснулся браслета на правом запястье. Тот засветился, и через миг зал наводнили стражники. Им пришлось повозиться, чтобы утихомирить цветник императора и разогнать по комнатам. При этом им приходилось быть осторожными, чтобы самим не понести наказание за порчу имущества императора.

Когда ихи Сидонию отвязали и отправили к целителю — залечивать обожженный специями рот и несколько окровавленных полос от кнута на спине, — я потихоньку влилась в толпу девушек, бредущих в общую комнату.

Но стоило мне сесть на свою постель, как появившийся ниоткуда эрд Солер, схватив меня за запястье и вздернув на ноги, прошипел:

— Судя по твоему довольному виду, беспорядки устроила действительно ты!

— Что вы, эрд Солер! Как бы я смогла? — издевательски улыбнулась в лицо оборотню, чувствуя, что от крепкой хватки на запястье останутся синяки.

— Тебя сдали твои же “ученицы”, жрица! — прорычал разозленный эрд, зрачки которого сделались вертикальными. — Я отведу тебя к императору, чтобы он выбрал тебе наказание.

Барс связал мне руки за спиной и, вцепившись теперь уже в плечо, потащил по коридорам дворца. Однако когда мы достигли цели, хранитель покоев поведал, что его императорское высочество изволит отдыхать в саду, и меня поволокли уже в сад.

Арнау отыскался в тенистой беседке у небольшого озерца. Увидев его, я поняла, почему девушки из гарема готовы поубивать друг друга ради одной ночи с ним.

Император был весьма красив. Правильные черты лица, удивительно ровный тон кожи, длинные черные волосы, которым позавидовала бы сама фаворитка, и бархатные карие глаза в окружении черных ресниц, под дугами горделиво изогнутых бровей.

Простоватый балахон из белого шелка не мог скрыть широкие плечи и безупречную осанку.

Когда мы приблизились, Арнау неподвижно восседал на скамье, лениво взирая на водную гладь, и даже не повернул головы, словно нас тут не было.

Проклятый оборотень схватил меня за волосы и швырнул к ногам императора, чтобы с поклоном доложить:

— Ваше императорское величество, в гареме произошел мятеж. Его организовала эта рабыня.

— Мне уже донесли, — ровным тоном произнес император. — Зачем ты пришел?

— Я явился спросить, какое наказание вы прикажете ей назначить?

— Неужели? Я думаю, наказание должен понести в первую очередь ты.

— Ваше императорское величество! Я