Помощница на заказ - Альма Либрем

Я расплылась в улыбке. Интересно, почему Кирилл так боится своей маменьки? Она что, пригрозила, что оставит его совсем без денег, если он вдруг не будет её слушать и делать то, что она ему говорит? В самом деле, там такая железная леди, что с неё и не такое сделать станется.

— Хорошо. Обещаю вести себя очень послушно, — кивнула я. — Пойдем?

Кирилл вздохнул. Очевидно, представлять меня матери он не имел ни малейшего желания, но понимал, что должен. Интересно, договор он наш ей покажет или воздержится, решит не шокировать? Что-то мне подсказывало, что Кирилл не горел особым желанием откровенничать с матерью и раскрывать такие детали нашего с ним сотрудничества. Может быть, даже надеялся, что всё останется в тайне.

К тому же, Анжелики Пантелеевны всё нигде не было. Кирилл заглянул как минимум в половину комнат, поднялся уже на третий этаж и, дернув очередную дверь, застыл на пороге.

— Это как понимать?! — возмущенно воскликнул он. — Вы что, совсем с ума сошли?

Я заглянула через плечо Воронцова и присвистнула.

Ну что ж, возможно, наше общение с его матерью будет не настолько неудачным, как боялся того Воронцов.

Анжелика Пантелеевна, та самая "дама строгих правил", о которой мне с таким упоением рассказывал её драгоценный сын, занималась тем, что обустраивала чей-то был. Этим самым "кем-то", если я опознала правильно, была длинноногая брюнетистая девица с немного растрепанным каре — наверное, уложить забыла сегодня утром? Всё же, хорошо, что я длинные волосы отрастила, права была Оля, это раз в двадцать удобнее.

Длинноногая девица, следуя примеру Кирилла и его матери, не разулась и спокойно топтала дорогущий ковер своими босоножками. Насколько я могла оценить высоту каблука, барышня эта, если встанет, ростом будет с Воронцова — и зачем такое натягивать?! Это я могу позволить себе шпильки, а зачем ей, какой-то там модельке, наряжаться в обувь, в которых она похожа на башню?

Незнакомка была стройна, но, надо сказать, с формами. По крайней мере, грудь на месте, ещё и выгодно подчеркнута полупрозрачной блузкой. Джинсы, облипавшие те самые длинные ноги, на которые я в первую очередь обратила внимание, явно стоили как половина моего гардероба. В ушах серьги, цена которым измеряется в тысячах долларов…

Накрашена зато с умом. Сверкает хищно серыми глазищами, могла бы — убила б меня уже за то, что стою рядом с драгоценным Воронцовым и смею не падать на колени при виде Её Величества.

Анжелика Пантелеевна была поприятнее незнакомки. С нею я уже сталкивалась пару раз в офисе, потому выдавила из себя тихое "добрый день", надеясь не привлекать особенного внимания — пока Кирилл официально не обозначит, кто я такая и почему здесь. Женщина выглядела как всегда великолепно и строго, и даже дома не изменяла своим любимым бежевым туфлям-лодочкам, черным деловым брюкам и светлым блузам, идеально ложившимся на её стройную фигуру. Я знала, что Анжелике Пантелеевне на самом деле сорок девять, но выглядела она на молодые такие тридцать пять, красиво и достойно. Рядом с нею та самая девица в джинсах — и то меркла.

И вообще, на месте любого мужчины я б проигнорировала ту крашеную выдру и направилась бы к Анжелике. Но я не мужчина, а Кирилл, как единственный представитель сильного пола в нашей новообразовавшейся компании, сейчас буквально полыхал от гнева. Смотрел на мать так, словно застал её с любовником, а не вешающей вещи какой-то девушки в шкаф. Я даже насторожилась, с подозрением покосилась сначала на Кирилла, а потом на Анжелику, но ничего, ожидаемо, так и не поняла. С этими мажорами вообще не ясно, что происходит!

— Сынок, — радушно улыбнулась Анжелика Пантелеевна. — Ты уже вернулся! Это очень хорошо. Понимаешь ли, Ася поссорилась со своим отцом…

— И ты, дай угадаю, предложила ей пожить у нас? — язвительно поинтересовался Воронцов. — А разве у Аси нет трех десятков подружек, которые с удовольствием подставили бы ей плечо в такой трудной ситуации? Ася, да ведь у тебя, кажется, и личный счет есть? Почему же ты не сняла квартиру?

Ася — та самая длинноногая брюнетка, — демонстративно закатила глаза, сложила тонкие руки на животе и хрустнула своими тонкими пальцами. Эх. Иметь такую внешность и, очевидно, прятать в этой миловидной головке совершенно куриные мозги!

Вот за что я уважала Олю, так это за то, что она была умной и порядочной. Да, иногда позволяла себе быть чуть более занудной, чем следовало, но зато никогда не изменяла собственным правилам и не крутила хвостом перед мужчинами. Если честно, я даже завидовала подруге: приятно, когда везет с первого раза. Вот она встретила своего "первого и единственного", и, наверное, так с ним никогда и не расстанется. Да и зачем? Вот, женаты уже.

Мне не повезло. Одни козлы на пути.

И вороны, будь проклят этот Воронцов!

— К сожалению, папа это предусмотрел, — пожала плечами Ася. — И заблокировал мне счет. Мне не к кому было обратиться… И я первым делом, разумеется, вспомнила про тетю Лику. Разумеется, она не оставила меня в такой неприятной ситуации и предложила пожить у вас!

— Да? — скривился Кирилл. — Как это мило. А меня уже спрашивать не надо?

— Ну ты же не оставишь девушку в беде, — улыбнулась Анжелика. — Асеньке нужна помощь… А что это за девушка с тобой?

Я наконец-то сделала полшага вперед, подталкиваемая Кириллом, и он уже за моей спиной прошипел, как та змея перед атакой:

— Мама, познакомься, это моя личная помощница, Ксения…

— Лисницкая, — подсказала я. — Деловые бумаги, сопровождение на важных мероприятиях и, — я стрельнула глазами в Воронцова, — кофе в постель, если, конечно, шеф пожелает.

— А больше ничего в постель не будет? — фыркнула Ася, вклиниваясь в разговор.

— В зависимости от оплаты, — лучезарно сообщила я, — могу обеспечить так же завтраком. Вам тоже надо? Я могу огласить прейскурант.

— Смело, — ухмыльнулась Анжелика Пантелеевна. — И что ж, Кирилл, зачем ты привел помощницу в наш дом?

— В мой дом, — раздраженно напомнил Кирилл. — И я привел её потому, что она будет здесь жить.

Анжелика перевела взгляд на Асю, потом посмотрела на меня и раздраженно кашлянула. Судя по всему, идея Кирилла её, мягко говоря, не порадовала. Но сам Воронцов был непреклонен. Очевидно, я ставала таким себе делом принципа.

Интересно, как бы себя в этой ситуации повела Ольга?

Впрочем, Анжелика Пантелеевна её хорошо знала и наверняка устроила бы сыну