То, что нужно мне... - Катерина Ли

— Ваш, — подтверждает Герман, вставая с неудобного стула.

— Как же так получилось? — охранник разводит руками.

— Простите за беспокойство, Евгений Михайлович, — Василиса вежливо благодарит охранника и кивком показывает Герману идти на выход. Он пожимает растерянному Евгению Михайловичу руку и идет за Василисой.

— Я про Вас совсем забыла, — виновато говорит Вася уже возле машины.

— Я не в обиде. Может, поужинаем? — ну а что? Надо пользоваться моментом.

— Это вряд ли. Я сбежала с тренировки, — Василиса осматривает себя. Чудесный вид, Герману очень нравится!

— Шикарно выглядишь, — выдает он в своей манере, улыбается обольстительно уголком губ.

— Напрашиваетесь на штраф? — стерва возвращается. А Герман, оказывается, успел за день соскучиться…

— Ну… это вряд ли. Мы же не на работе.

И, правда. Василиса вздыхает, но ее выражение лица не меняется.

— Это ничего не меняет. Ужина не будет, — говорит спокойно. — Надеюсь, больше ситуация не повторится. До свидания, Герман, — садится с машину и уезжает. А Герман лишь улыбается.

— До свидания, Василиса, — говорит в пустоту и идет к своей машине.

7

И как Василиса могла забыть, что в одном из кабинетов остался Герман? И он тоже хорош, сидел как мышка, ни видно, ни слышно не было.

Когда ей позвонил охранник и сообщил о сработавшей сигнализации, Вася даже удивилась. Ну, право, ни разу за всю историю ее агентства никто не пытался туда влезть. Да и зачем? Не печатные же станки выносить. Они неподъемные! Чтобы их расположить в агентстве, пришлось вызывать кран и вытаскивать огромные стеклопакеты из панорамных окон. Это было феерично! Хорошо, что помещение было свободной планировки, и стены возвели уже после того, как расставили по местам станки. А так было бы нереально как-то их поднять и разместить.

Настроение Васи подстегнул своим поведением и сам Герман. Ну, надо же… думал, она согласится на ужин? Как бы ни так! Она его босс, он внук ее клиента! Да и она старше него на несколько лет… Это неприемлемо!

Василиса возвращается мыслями к утру, когда за Германом закрылась дверь кабинета. Ее мобильный ожил, и на экране засветилась фотография Арсения. Он долго говорил и искренне удивлялся, почему Василиса ушла, не разбудив его. А Вася не тот человек, который будет что-то скрывать или обманывать. Она, правда, пыталась не обращать внимания на то, что между ней и Арсением ничего не выходит. Правда, пыталась получать удовольствие. Но в итоге ни-че-го не вышло. И она, наконец, сказала мужчине об этом. Он тоже внимательно выслушал, и лишь сказал, что не ожидал услышать такое по телефону. А потом просто сбросил вызов. Василиса посмотрела с растерянностью на потухший экран мобильного, вздохнула и вернулась к работе.

И вот, припарковавшись у спортзала, она смотрела на огромные светящиеся окна и не хотела возвращаться к тренировке. Вошла в здание и пошла прямиком к раздевалке за вещами. Своему тренеру написала сообщение, пообещав, что на следующей тренировке обязательно отработает прогул, и поехала домой.

Как ни странно, Герман больше не провоцировал. Он все так же приходил в офис в неподобающем виде. Василиса оценила его рубашку, да! Черная, с красным рисунком. Вася даже не поняла сначала, что с этим рисунком не так… а когда пригляделась — потеряла дар речи. На темной ткани красные фигуры совокупляющихся людей. Это что, позы из Камасутры? Тогда Василиса ничего не сказала, а потом привыкла, что Герман может что-то такое вычудить. Бороться с ним не было ни сил, ни желания. Только в том случае, когда он переходил границы дозволенного и нарушал субординацию, она его штрафовала. Но то ли он успокоился, то ли она пересмотрела свое отношение к этому парню, они больше не цеплялись за слова и вполне мирно существовали в одном рабочем пространстве.

Неделя пролетела, и Герман то был в разъездах по городу, то просиживал часами в кабинете за ноутбуком. Василисе было любопытно, что же он там делает. Но спросить она не решалась.

А в это утро один из заказчиков озадачил ее своим желанием в рекламных целях создать сайт. Вася ходила сама не своя и спрашивала у ребят, смогут ли они заняться этим вопросом. Даже собрала мини совещание. Но все лишь пожимали плечами.

— Я могу этим заняться, — говорит громко Герман, вальяжно развалившись на небольшом диванчике у стены и закинув ноги на низкий столик. Все ребята, включая Василису, удивленно к нему оборачиваются. — Что вы на меня так смотрите?

— Вы умеете создавать сайты? — переспрашивает Василиса, будто могла за минуту до этого ослышаться.

— Угум, — Герман встает и не спеша подходит к обступившим рабочий стол Васи ребятам. — Более того, я могу технически сопровождать проекты. И много чего еще…

— И почему, спрашивается, молчал? — восклицает Марго. Вид у нее довольно решительный, словно она собирается отчитывать Германа, как провинившегося мальчишку.

— Ну, вы и не спрашивали… да и должность у меня здесь другая.

— Надеюсь, я не пожалею о своем решении, — говорит Василиса тихо, но все оборачиваются на ее реплику. Распрямив плечи, Вася смотрит в наглые глаза Германа. — Проект Ваш. Если справитесь, Герман, можете рассчитывать на щедрые комиссионные.

— Не уж-то я заслужил повышение?

— Пока нет. Но у Вас есть возможность зарекомендовать себя.

— Я не подведу, — говорит он уже серьезнее и протягивает Василисе раскрытую ладонь. Она секунду мешкает, но отвечает рукопожатием. Ребята начинают аплодировать, чем удивляют Василису. И чему, спрашивается, так радуются? Но тут она вздергивает бровь и пару раз хлопает в ладоши, привлекая внимание.

— Работу никто не отменял, — и ей беспрекословно подчиняются, расходясь по своим местам. Даже Герман уходит в кабинет, забрав с собой папку с заданием. Напоследок оборачивается, но Василиса уже вся в работе, и не обращает на него внимания.

Герман не подвел, и создал два проекта для заказчика. На выбор, так сказать. На встречу он едет вместе с Василисой. Она садится на заднее сиденье, что дает возможность Герману время от времени смотреть на нее. Она до жути деловая! Даже по дороге к заказчику что-то бесконечно просматривает в планшете, принимает звонки и успевает корректировать работу ребят. Герман недоумевает, как