Мои любимые преступнички - Ирина Соркина

Ученый сиял от счастья, широкая немного глуповатая улыбка не сходила с его лица.

— Лутте, вы…, - она немного отдышалась, — вы великий учёный и…, если бы я не была помолвлена, то вышла бы за вас, не задумываясь!

Последняя фраза словно громом поразила ученого. Он опустил голову и завыл какую-то заунывную песню. А потом стукнулся головой об снег и театрально разрыдался.

Журналисты умирали со смеху, но не издавали ни единого звука, чтобы не испортить запись. А низенького наоборот пробило на слезу. Похоже, он поверил во весь этот цирк. Наверное, он очень сентиментален. Кэрн подошёл к нему и спокойно попросил микрофон словно вообще ничего не происходило. Ему, видимо, все эти игры Лутте давно наскучили. Он повернулся к Аниль:

— Чего же хотят керинчане? Я постараюсь исполнить любую их просьбу!

— Простите меня, Кэрн, я не могу говорить, когда Лутте так страдает!

— Поверьте Аниль, это его стандартное шоу, он даже ни одного слова не поменял! Мы живём в одном доме, и я..

Лутте резко встал и сурово пошел на Кэрна:

— А ещё друг называется! Как ты можешь так говорить! Бессердечный, жестокий, грубый! И зачем только керинчане выбрали такого человека президентом!

Взбешённый ученый шел на Кэрна, с видом разъяренного быка.

Президент ласково посмотрел ему в глаза:

— Я не хотел тебя обижать, давай вместе послушаем, что нам скажет Аниль! Раз ты так влюблен, дай ей слово!

Лутте сразу переключился на девушку:

— Я буду слушать с благоговением каждое ваше слово, каждую букву…Я ваш раб навеки, о волшебная Аниль. Вы неземная красавица, конечно, после… моей Назидочки!

Глава 17

Аниль достала микрофон из пушистой красной сумочки, идеально подходящей к ее шубе:

— Кэрн, вы так неожиданно стали президентом… Простите, это было шоком для многих…., - она смущенно посмотрела на него, но, увидев его добрую улыбку, решилась продолжить:

— Вы просто сами уверяли всех, что президентом станет Вилли, говорили, что недавно потеряли работу и с удовольствием каждый день будете выступать в наших передачах и рассказывать керинчанам сказки! Но вы теперь президент, и у вас, конечно, нет времени…., - она подняла на Кэрна взволнованные глаза. Чувствовалось, что ей трудно обсуждать это с Кэрном, но она пересилила себя и не знала, чего ждать.

Но в глазах президента было столько нежности, что она успокоилась и с надеждой посмотрела на него.

Кэрн поднял микрофон к губам. Его голос лился словно теплый мед, согревая всех своей мягкостью и теплотой.

— Для керинчан, — ответил президент, — у меня всегда найдется время! Кем бы я не был! Я никогда не откажу вам!

Журналисты аплодировали. Аниль была готова броситься обнимать Кэрна, но сдержалась.

— Кэрн! — воскликнула счастливая Аниль, — мы договорились, что вы будете рассказывать сказки каждый день в восемь вечера, но все изменилось, к сожалению, вы президент и….

— Ничего не изменилось! — ответил Кэрн, — я не нарушаю договоренности! Теперь каждый день в восемь вечера вам придется слушать мои сказки! — он засмеялся, — я не виноват, вы сами напросились!

Вдруг дверь нашего домика открылась и вышел Вилли. В руках у него блестел собственный микрофон. Он нарядился в белое парадное пальто. Обычно Вилли надевал его в исключительных случаях, похоже, сегодня нас ожидало что-то особенное.

Дорогие читатели, пишите комментарии, и мир Кернии станет еще удивительнее и прекраснее. Ведь совсем скоро ледяная страна превратиться в….это пока мой маленький секрет. Многое зависит от вас! Какой герой вам нравится, и кто лучше всего подойдет на роль президента Кернии?

Глава 18

Муж оглядел собравшихся, встретился взглядом с Кэрном, и тот схватил Лутте за руку и утащил подальше от камер, видимо, чтобы он не вздумал мешать выступлению моего супруга. Я оценила благородство нашего президента.

— Дорогие керинчане! — начал мой муж, — я не делаю великих открытий, и не умею рассказывать сказки и гипнотизировать вас, но я хочу наладить нашу жизнь! Сейчас лето, но каждую зиму мы не можем выходить на улицу, потому что там появляются страшные колебания, и люди сходят с ума! Они впадают в истерику, кричат, плачут. Наш великий Лутте изобрел устройство, и теперь мы можем гулять каждый день по пятнадцать минут зимой! Теперь я предлагаю вам новую идею, давайте построим подземный туннель! И тогда нам улица станет не нужна! Тунель будет связан с каждым домом. Мы сможем ходить на работу, друг к другу в гости, а если пустим по всему тунелю красивые лианы даже гулять там!

Вилли ни с кем не посоветовался, а сразу выдал свою идею керинчанам! Но он же не президент, так нельзя! Что скажут Кэрн и Лутте?! У нас в стране есть разные институты: научный, строительный, гуманитарный и другие. Ладно Кэрн и Лутте что-то придумывают и сразу объявляют это жителям. Но, Вилли не имеет такого права….

Я смотрела только на Кэрна, а вдруг он наконец взорвется и возненавидит моего мужа?! И будет за что! Вилли не стремился выставить его в хорошем свете. Наоборот, сказочник и гипнотизёр! О Лутте он говорил лучше, всё-таки великий ученый. А если Кэрн наконец обрадуется, что стал президентом и захочет расправится с неудачливым соперником? И тогда он вышлет нас из Кернии! Я закрыла лицо руками. Нет, лучше даже не думать об этом! Кэрн на такое не способен!

Глава 19

— Это замечательная идея, Вилли, — услышала я громкий голос президента.

Я убрала ладони от глаз, не веря своему счастью. Кэрн с таким восхищением смотрел на моего мужа, словно тот раскрыл ему тайну мироздания.

Вилли опять покраснел, но сейчас от гордости.

— Я уверен, — продолжал президент, — все оценят твой замысел. Сколько лет мы мучаемся, боясь страшных колебаний! И теперь наконец Вилли придумал выход!

Он обратился к жителям:

— Керинчане, давайте вместе построим тунель! Все, кто готов этим заниматься, приходите сегодня в дом ко мне и Лутте. Каждому желающему найдется работа. Мы обязательно вознаградим вас за труд!

Журналисты аплодировали, даже самый низкий. Похоже, сегодня мой муж наконец имел успех. Он сдержанно улыбался, но я знала, что в эту минуту не было на Нилии человека счастливее его!

Лутте вырвал микрофон у Аниль, забыв о том, что совсем недавно был по уши влюблен в нее и закричал:

— Вилли, а ты оказывается гениален! Я даже и не думал, что в твою странную голову могут прийти такие красивые мысли!

Эта похвала звучала весьма странно.