Грань. Выбор, которого нет - Майя Молчанова

— Или как. У меня не получается.

— Так проси деревья! Чего ты ждешь? От оборотней я не смогу тебя спрятать.

— Деревья?

— Ты в священной роще! Кого еще можно здесь просить о помощи!?

Я вполне осознавала насколько это странно разговаривать с деревьями, но с другой стороны одной странностью больше, одной меньше. Все это напоминало какой-то бесконечный неправдоподобный сон и единственное, что меня успокаивало — это то, что мама и сестренка в безопасности.

А я должна к ним вернуться, я обещала, поэтому права и времени на сомнения нет. Решительно прижавшись к шершавой коре ближайшего древесного гиганта, я мысленно и вслух несла всякую чушь, перемежающуюся просьбами о помощи. Я уже слышала, как скрипела чаща, и со стороны ручья кто-то стремительно приближался к поляне, когда вокруг моей талии обвилась толстая лиана, подтягивая вверх.

Стоило мне оказаться среди зелени раскидистой кроны дерева-великана, как на поляну выскочили два темных силуэта, а в моих волосах с любопытством завертелась саламандра. «Огненная саламандра!» — этот крик, к счастью, так и не сорвался с моих губ, но вот рефлексы сдержать было труднее, и я чуть не свалилась вниз, попытавшись сбить пламя, расползающееся по шее и волосам. Результата, как впрочем и боли, а также запаха паленых волос не было, поэтому спустя минуту я, в который раз за последние сумасшедшие сутки, успокоила себя мыслями, что все в порядке, все так и должно быть. А потом так же безмолвно, как и ящерка, перевела взгляд вниз.

Два огромных темных волка бродили между цветов, принюхиваясь к чему-то. И мне подумалось, что здесь какие-то неправильные хищники, но, в эту же секунду, фигуры зверей вытянулись, обретая вполне знакомые человеческие формы. Амбалы, имён которых я так и не узнала, стояли в нескольких метрах от меня.

Я невольно отпрянула, прячась за широкими ветвями, и Добби недовольно завозилась.

— Ну что ты дёргаешься? Обзор и так был ужасный, а теперь совсем не видно! — пробурчала она.

— Зато и нас они не увидят — прошептала я в ответ.

— Конечно, не увидят, я ведь скрыт бросила. И не услышат тоже, а вот запахи и ауру я прятать не умею, но с этим и деревья справляются, они ведь маги-и-ические! Дай лучше взглянуть.

Я нерешительно выглянула из листвы, прислушиваясь к разговору внизу. Про меня ведь говорят, грех не подслушать.

— Думаешь, она снова ушла через пути?

— А какие варианты? Здесь идеальное место для этого. Магический фон такой, что следы перехода вычислить невозможно, а других нет.

— Главный будет недоволен.

— У него сейчас и так достаточно забот. Игра ведь не окончена. Нужно собрать оставшихся членов Гибели короны. А девчонка… Найти ее — дело нескольких дней. Нужно всего-то провести ритуал поиска. Да и в любом другом месте после перехода остаётся след. Найдем.

— Что ж, тогда нас ждет интересная охота!

— Несомненно. А сейчас возвращаемся. Не стоит заставлять ЕГО ждать.

После того, как шаги оборотней стихли в чаще, ещё не меньше часа я лежала, прижавшись к ветвям и боясь лишний раз пошевелиться. Добби была со мной не согласна и болтала без умолку, но нужно признаться, этому я была даже рада, так спокойнее.

А с рассветом, после не слишком сытного, но всё-таки завтрака из корешков и ягод, рекомендованных саламандрой и опробованных мною на свой страх и риск, мы тронулись в путь.

Вы когда-нибудь видели утренний туман? Тот самый, что окутывает землю прозрачной белой дымкой, стелется по дорогам, ласкает листву, а после наливается розовым светом, растворяясь в лучах солнца. Наблюдать за этим можно с восторгом, если издалека… Из окна квартиры или за стеклом мчащегося по шоссе автомобиля он смотрится потрясающе. Уверена, каждый второй замирает в восторге и тянется за телефоном, чтобы запечатлеть момент.

Твиты, посты, лайки — для меня они остались позади. Сейчас же я была ближе к тем, кто сталкивается с его обратной стороной. Тем, кто хоть раз в жизни ходил в поход и просыпался поутру, продрогший от сырости на холодном одеяле, кто бродил по мокрой траве и умывался, просто пройдясь мимо ветвей усыпанного росой куста, и обязательно ловил особенно холодную каплю за шиворот.

Хотя, нужно признать, туман в окружении огненных цветов был особенным. Если описывать литературно, то с тихим шипением он поднимался над пламенем, искрясь радужными бликами и, словно сказочный мираж, исчезая в воздухе. Если же говорить жизненно, то первое, что приходит в голову: "На нем можно было бы сейчас котлетки на пару сделать". И поверьте, мой желудок придерживался второй версии. Но чего нет — того нет.

Охотник из меня никудышный. Хотя, даже это не так страшно, как сама мысль о том, как я буду потом освежевать тушу маникюрными ножницами. Поэтому, вспоминаем, что у каждой девушки периодически настает момент, когда приходит страшный зверь-Диета и с лозунгами "Нет жиру" и "Влезть в купальник до лета" вводит жесткие ограничения на питание. Будем считать, что ко мне она заявилась внепланово, но штука знакомая, а значит не страшная. В одной книжке про выживание и вовсе больше месяца люди только на воде жили и ничего, а мне всего-то пару дней потерпеть. А там… Либо я выйду к поселениям, либо уже другие люди (или нелюди) меня найдут, и станет уже не до еды. Мне так уж точно. Скорее я сама стану блюдом.

Словом, будем оптимистами… Вперёд и с песней!

[1] Культовая фраза героини романа Маргарет Митчелл «Унесенные ветром» Скарлетт О’Хары.

Глава 3

Есть мечта? Иди к ней! Не получается идти к ней? Ползи к ней!

Не можешь ползти к ней? Ляг и лежи в направлении мечты!

Владислав Успенский

Уже третий день мы идем по лесу. Ну как идем… Иду я, а саламандра с королевским величием восседает у меня на плече, периодически ворча, что ее, видите ли, укачивает. За это время я пересказала Добби все части Гарри Поттера и успела пожалеть об этом, ведь теперь она беспрестанно клянчит и ворует мои единственные носки! Пришлось срочно переходить на другие сказки.

Шел черед Бременских музыкантов, и я напевала знакомые с детства мелодии, когда заметила, что лес стал светлеть. Уже не было вокруг великанов с пышными кронами, бурный ручей превратился в тихую и степенную красавицу-реку. А вскоре появились и первые следы человеческого присутствия. Пропал сухостой, зато появились ровненькие пеньки и ухоженные тропки.