Феникс. Хозяйка огненных гор - Ирина Романова

– А потому что Хозяйки не о себе думали, а о мире! – возмутилась книга.

– А это запрещено – думать о себе? – склонила я голову, рассматривая мужчину.

Симпатичный, кстати…

Глава 5

Он застонал и открыл глаза, блин, лучше бы и не открывал. Всегда нравились такие вот блондины с голубыми глазами – озерами… Но полюбила я брюнета Гришу – козла…

– Пациент скорее жив, чем мертв, – констатировала я. – Домой сам доберешься?

– Нет… Далеко, мало сил и магии, – застонал он, прикрывая свои глазищи.

– Ну, давай, попробую я, – вздохнула я, чувствуя, что очень устала.

– У вас не хватит магии, и не стоит так напрягаться в вашем положении… – он вздохнул. – Не гоните, оставьте здесь, отлежусь – улечу сам.

– Хорошо, – обрадовалась я и поспешила в дом. Но на пороге остановилась: ну не могу я так – бросать раненого, ночью, на улице. Вздохнув, отругала себя за излишнюю жалость, вернулась к мужчине.

– Встать сможете? – наклонилась к нему.

– Попробую… – мне кажется, в его голосе прозвучало облегчение.

Я подала ему руку, он с трудом сел, а потом начал вставать. Подставив ему плечо, повела в дом, заводя в спальню и укладывая на сено.

Он толи быстро уснул, толи снова потерял сознание, но, главное – дышит. Я, махнув рукой, пошла на кухню, набрала воды в кружку, поставила в спальне на столе. Взяла новый плащ и, укутавшись в него, легла на другую половину кровати, благо, ее размеры позволяли это.

Уснула так быстро, что сама не успела ничего понять. Снились чужие лица… мешанина образов: кто-то что-то говорил, кричал, злился…

– Вам снились кошмары… – констатировал гость, едва я открыла глаза.

Потянулась, разминая затекшее тело, погладила свой животик. Пока проблем с беременностью не видно, но, надеюсь, их и не будет, до встречи с малышом осталось несколько месяцев. Я все успею!

– Возможно, я не помню, – села на кровати, посмотрела на мужчину. – Как самочувствие?

– Это вы к тому, что мне пора уходить?

– Нет, к тому, что, как честный мужчина, переспав с женщиной ночь, обязаны на ней жениться… – буркнула я, вставая.

– Простите? – видимо в этом мире так плоско не шутят.

– Да, сможете ли вы вернуться к себе домой? – вздохнула я и пошла к дверям.

– Вынужден констатировать, что нет. Мой магический резерв был вчера потрачен на то, чтобы не умереть, сейчас он едва на четверть пополнен. Хотя бы наполовину – и тогда я смогу вернуться на свой путь… – он вздохнул, поморщившись, сел.

– Ясно… – буркнула я и поспешила на улицу, мне срочно нужна уборная.

Выйдя из дома, завернула за него, обнаружив едва заметную каменную тропинку, ведущую к… развалинам.

Недолго думая, заскочила за ближайшие кусты.

После прошла к озеру, умылась, переплела косу, (как смогла без расчески), и вернулась в дом. Сейчас – завтрак, и можно слетать в город за покупками.

– Чего не гонишь, не место мужчине в этом доме! – книга сразу зажужжала, едва я открыла дверь.

– Это еще почему? – опять говорит странности без объяснения.

– Хозяйки гор были целомудренны… – начала она было весьма пафосным голосом.

– Ну, с этим поздно! – хмыкнула я, оглаживая животик. – Если они были «святыми», то это не значит, что я буду такой же!

– Но боги…

– Ты сказала, что им все равно, главное – чтобы мир был цел! – остановила я ее, начиная готовить на завтрак кашу, мою любимую овсянку на молоке.

– А меня покормите? – пришел мужчина, придерживаясь за косяк.

– Кто не работает, тот не ест! – оглянулась на него.

– М-м… Помою посуду? – он улыбнулся.

– Отлично, кашу будешь?

– Не совсем понял, что это, но буду все, и мне бы мяса… – он вздохом расположился за столом.

– Окей! – быстро разложила кашу по двум тарелкам, налила чаю.

Вытащила вчерашнюю картошку и мясо, ставя на печь подогреться.

– Что такое «ОКЕЙ»? – уточнил он, с осторожностью пробуя кашу.

Я еще положила сверху по куску сливочного масла и достала хлеб.

– Ну, типа, согласие, – накинулась я на еду.

– А в каком мире так разговаривают? – он, закончив с кашей, сам встал за вторым.

– Как «так»? Странно? – посмотрела на него: он, хоть и морщился от какой-то, видимо внутренней, боли, но все же двигался вполне сносно. – Нет, только я, потому что я не из этого древнего мира!

– Вы считаете его древним? Очень интересно услышать о вашем! – он вернулся за стол.

– Не болтай много! – высунулась книга из-за двери. – Нечего простым смертным знать о мирах не из этой ветви!

– А если не простым смертным? – он посмотрел на книгу заинтересованным взглядом.

– Ты равен богу? – фыркнула книга.

– Нет… – он удивленно пожал плечами.

– Вот и все! – скрылась она из вида.

– А имя у «не равного богу» есть? – посмотрела я на него.

– О, прошу прощения, что не представился! – он удивлено посмотрел на меня. – Как-то не до этого было! – он поднялся из-за стола и, прижав руку к груди, слегка склонил голову. – Лорд Кристофер, пятый! – и посмотрел выжидательно на меня.

– А ну да, Агнес, единственная и неповторимая, не ксерокопия, в общем!

– Такая могущественная леди – и без титула? – он снова сел за стол.

– С могуществом я пока не очень, а так – да, из простых я, – откинувшись на стуле, пила чай, наблюдая за ним.

– Ну, знаете ли, обладая такими задатками, и не пройти обучение – это не очень хорошо. А если сила выйдет из-под контроля, например, во время родов? Ведь сейчас сдерживающим фактором является ваш сын! Он, как очень сильное магическое существо, просто впитывает магию в себя! – он сейчас искренне был возмущен.

– Сын? – вот только это я и услышала.

– Да, мальчик, и вид его сущности мне неизвестен, нет его в наших мирах, – потом, успокоившись, сказал: – Вас обучать надо, мало обладать магией, нужно ее еще уметь сдерживать и контролировать!

– Я сама ее всему обучу, – раздался голос книги.

– Ты-то? Ага, – кивнула я, – с твоей вредностью – только обучать!

– Это я вредная? – снова она вернулось на кухню, – Да я столько видела, столько всего знаю…

– Бла-бла-бла… но делиться не буду, додумывай сама… Так?

– Нет, не так! Спрашивай, – напыжилась она, – я все знаю!

– Хорошо, – кивнула ей, – что за проклятие у драконов этого мира, и как это связано со мной?

– Что? Как ты узнала… – возмутилась она, – тебе это знание ни к чему!

– Ясно! Понятно! – поняла все правильно.

– Пожалуй, я выйду, помою посуду, – Кристофер встал и, собрав тарелки и кружки,