Кабачки для Калины - Яна Тарьянова

Калина долго дома не высидела. Осенью комбинат художественных ремесел получил большой заказ на оформление Ярмарки Урожая, на которую должны были съехаться фермеры со всего воеводства.

— Я уже нарисовала эскизы оформления ворот. Сделаю огромный венок с Берегинями, на украшение колонн-столбов срочно закупают материалы. Ты представляешь, нет шишек! Хоть самой в лес езжай! — сообщил Калина.

Светозар на всякий случай пошел и проверил кабачки — нет, шишки не выросли.

— Ты справишься? — спросил он. — Я-то буду тебя отвозить и забирать, когда не на дежурстве. Но Всеслав совсем маленький.

— Он отлично спит в корзинке. Я его кормлю, он превращается и укладывается спать, — ответила Калина. — А еще ему нравятся осенние гирлянды. Увидел плетенку из физалиса и хныкал, пока я ему не положила в корзину. Сжал в кулаке и заснул, представляешь?

— Весь в тебя, любит красивое, — усмехнулся Светозар. — Только низки сушеных грибов ему не давай, а то мало ли…

Слух о том, что ярмарка в этом году будет обережной, быстро облетел всё Лисогорское воеводство — даже рыбаки из красных графств засобирались, дали заявки на места в рядах с вяленой рыбой. Калине начали нести взятки, чтобы Берегини покровительствовали определенным рядам. Светозар принимал продукты на крыльце и врал без зазрения совести — каждому обещал, что именно у него торговля будет удачной. Они запаслись яблоками, луком, картошкой, чесноком, сушеными грибами, курагой и сушеной хурмой — волк ликовал и прикармливал волчонка сухофруктами. Светозара больше всего порадовала взятка раками — свой укроп сгорел без полива, но он украл охапку зонтиков у соседей, сварил все ведро, заставил Калину оторваться от эскиза оформления эстрады, и они сели есть раков на крыльце, плюясь клешнями и угощая всех соседей. В возмещение воровства укропа.

В дни ярмарки отряд, конечно же, перевели в состояние повышенной боевой готовности, поэтому на Берегинь Светозар посмотрел в бронежилете и с автоматом за спиной. Возле центрального входа стояла толпа, не желавшая проходить туда или обратно. Люди и оборотни прикасались к увитым лозой колоннам, отщипывали кусочки сухофруктов — на удачу — и яростно спорили.

— Лисички там сидят! Две рыженькие лисички, хорошенькие, одна мне кивнула, пообещала, что жену на ярмарке найду.

— Какие лисички? Две волчицы! Серые, с темными полосами на лбу! Говорят, что торговля картошкой будет удачной.

— Чушь несете! Там две медведицы, бурая и серая. Медовым рядам прибыток будет.

Светозар точно знал, что на венок над главным входом Калина повесила пару тряпичных кукол — вчера утром поспешно шариковыми ручками дорисовывала глаза, ресницы и рты. И бормотала наговоры. Он поднял голову — куклы были теми же, что дома. А потом в глазах поплыло, и он увидел двух полярных волчиц. Это, несомненно, были Калина с Есенией, потому что старшая Берегиня проговорила знакомым голосом: «Когда ты уже нормальную машину купишь вместо рухляди?», а младшая попросила: «Купи маринованного винограда и морковки по-шалисьи». Накатило и схлынуло — Светозара окликнул подчиненный, который отвел в сторону подозрительного рыжего лиса для проверки документов, и служба потекла своим чередом.

Морковку и виноград Светозар пошел покупать на следующий день — Калина оставила ему Всеслава и умчалась поправлять декор на грибных рядах. На завтрак пришлось варить пельмени — продуктов было море, но ничего готового — а Всеслава, чтобы он не пищал, успокоить большим черносливом. Отзавтракав, они отправились на ярмарку. Светозар за рулем рухляди, а волчонок в корзинке на заднем сиденье. Ряды с шалисьими соленьями Светозар запомнил и, поздоровавшись с волчицами-Берегинями, двинулся за морковкой. Помахивая корзинкой.

Знакомая шалиска нашлась возле бочки. И дед рядом стоял, что-то ей рассказывал. Светозар поздоровался, показал шалиске спящего Всеслава — та восхитилась, трижды сплюнув, чтоб не сглазить — а деду сразу сказал «спасибо».

— И дыни, и тыквы, и арбузы, и даже патиссоны с помидорами! Как только Калина капризничать начинала, они сразу выполняли!

Про тухлый и чешуйчатый овощ Светозар предусмотрительно промолчал.

— Половина магии наша, шакалья, половина ваша, семейная, — улыбаясь в бороду, ответил дед. — Такой урожай только у истинной пары может быть. Сразу ясно, что и ты жену любишь, готов ей арбуз в мае достать, и она тебя любит — ничего непосильного не требует, даже когда капризничает. Я, признаться, потом пожалел — а вдруг у вас в семье неладно, и урожая не будет? Хорошо, что не промахнулся. Ты семена-то с кабачков прибереги. Каждый год чуда не будет, жизнь не сказка. Но если сын или жена вдруг закапризничают, кусты проверяй. Хотя… твоей жене, может быть, и без капризов будут подарки дарить. Такие Берегини-шакалицы на венке замечательные, глаз не оторвешь. Левая — точно моя бабка в молодости.

Светозар насчет шакалиц спорить не стал, еще раз горячо поблагодарил деда, купил морковку и виноград и понес покупки в одной руке, а корзинку в другой. Решил, что Всеслав может проснуться, если на него сложить пакеты. С Калиной они встретились возле яблочных рядов. Жена тащила две авоськи — с раками и с баклажанами.

— Вот! — гордо возвестила она. — Подали!

Светозар обменял корзинку со Всеславом на авоськи, поцеловал Калину, доложил о покупке морковки и спросил:

— Нам еще что-нибудь нужно?

— Разве что укроп, — ответила Калина.

— Укроп не надо, укроп я у соседей украду, — пообещал Светозар и потащил авоськи к рухляди, всерьез задумавшись о том, чтобы купить нормальную машину — если сейчас опять заглохнет, раки могут до варки и не дожить. Они миновали арку, и пошли по улице, удаляясь от ярмарочной суеты. К парковке.

Берегини с венка посмотрели им вслед и помахали руками — со стороны могло показаться, что это ветер колышет кусочки ткани.

На самом деле нет. Они помахали и начали шептаться, обсуждая, скоро ли у Всеслава появится братик — Берегини точно знали, что у этой пары не будет дочерей, только сыновья. Знали потому, что полярная волчица не передаст дар по крови — это было написано на роду. Но, может быть, судьба сведет ее с наследницей-ученицей, и единение духа победит традиционный уклад вручения силы.

— Подождем, — шепнула старшая. — Узнаем.

— Узнаем, — отозвалась младшая. — Подождем.

Эпилог

Любезная моя Есения Андроновна!

Отмечу, что годы идут, а ничего не меняется. Я продолжаю питать к вам нижайшее почтение и желаю вам всего самого наилучшего. А так же сетую на отсутствие телефонных разговоров — переписка не может заменить чарующий звук вашего голоса.

А если серьезно, Сенечка, то я не знаю, как донести до тебя тот факт, что не надо бросать трубку после пяти минут разговора. Я уверен, что не хамлю. И не пытаюсь давить. Ну, мне так кажется.

Почему я должен все важные новости собирать по кусочкам из бесед с Калинушкой и Светозаром? Почему ты не делишься со мной информацией? Я уверен, что ты знаешь больше. Жду не дождусь, пока Всеславчик подрастет и будет пересказывать мне все разговоры и события. Я ни от кого не могу добиться, почему у них так странно плодоносят кабачки. Года три назад Калинушка хвасталась, что у них на кабачковых кустах растут арбузы, дыни и тыквы — вроде бы, Светозар купил у шакалов какие-то перепутанные семена. В прошлом году жаловалась, что кричала на кусты, а они всё равно не дали ей арбуза — бессмысленное действие, даже я, северянин, знаю, что у кабачковых кустов нет ушей. А в этом году у них — ну, по словам Калинушки — на кабачках с мая зрел виноград. Какие-то необъяснимые ботанические перверсии, ничего не понимаю.

По поводу драки. Мне даже не пришлось нажимать на все рычаги.