Оркестр - Мира Форст

Училище предоставляло своим студентам хороший зал-студию для репетиций. Только надо было записываться заранее. Как-то, у всех четверых совпало расписание, шла совместная лекция по теории музыки. Отпустили нас с нее пораньше, и мы направились в студию. Наше время еще не подошло, но все равно решили заглянуть. Вдруг повезет и она пустует? Тогда можно начать пораньше. На дежурстве в детском садике я сочинил слова для песни, посвященную всем матерям, и мне не терпелось поделиться ею с друзьями.

− Придурки! – услышали свирепый окрик, стоило только открыть дверь репетиционного зала.

В зале находились трое парней. Двое с гитарами и один за барабанной установкой. Ругался как раз тот, что за ней сидел. Мощный парень с бритым и татуированным черепом.

− Это он нам? – обозлился Савелий.

Быстро стало понятно, что не нам.

− Горыныч, мы же сразу предупреждали, что играем лирику. Нам трудно подстроиться под твой ритм, − оправдывался один из гитаристов.

− Вам что надо? – заметил нас бритоголовый.

− Может сыграешь с нами? – не ответил я на его вопрос.

− Я вас раньше не видел.

− Группа «РКС». Ищем ударника.

− Вот как. Что ж, может это судьба.

− Горыныч, мы пойдем? – с надеждой спросил один из гитаристов-лириков.

− Да, валите уже.

− Почему Горыныч? – уточнил Савелий.

− Олег Горячев, − представился барабанщик. – Мою фамилию на Горыныча переиначили.

− А я думал потому, что огнем дышишь. Вон как пацанов шуганул, − усмехнулся Савелий.

− Нам задание дали, совместную работу сделать. Сами видели, не получается совместно.

Так мы познакомились с Олегом, легко влившимся в наш коллектив.

Татуированным у него оказался не только череп, но и все тело. Учился Олег на третьем курсе, ездил на стареньком автомобиле отечественной марки, называемом «Буханка», и имел постоянный доход от перепродажи билетов на концерты известных музыкальных коллективов.

− У меня старший брат Максим работает в концертном зале «Великий» в должности управляющего, − пояснил Олег. – Он ведет переговоры с менеджерами групп о выступлениях, согласовывает время, дату. По правилам любого выступления музыканты обязаны предоставить определенное количество бесплатных и льготных билетов на свой концерт. Эти билеты на руки получает Максим. Часть он перепродает сам, а часть отдает мне.

− Нехилый у вас бизнес, − присвистнул Савелий. – А если поймают?

− Не должны. Макс осторожный. Он, как положено, бесплатные и льготные билеты администрации «Великого» сдает, просто не все. А сколько на самом деле билетов ему артисты выделили никто не интересуется.

− Если учесть, что «Великий» одна из самых больших площадок города, и концерты там проходят постоянно, у вас с братом неплохой приработок, − предположил я.

− Ага, − ухмыльнулся Олег. – На тату хватает. И «Буханку» купил.

− Зачем тебе такая развалюха? – спросил Ефим.

− Может уазик и выглядит древним, но вполне еще бодрый, − не обиделся барабанщик. – К тому же, вмещает в себя мой инструмент со всеми стойками и креплениями.

Когда он продемонстрировал нам личную ударную установку, Кирилл не удержался от вопроса:

− Это что, тоже на деньги от продажи билетов куплено?

Установка впечатляла. Не простейшая, как стояла в репетиционном зале училища, а одна из самых лучших, профессиональная, фирмы Mapex Drums. С двойными тарелками хет, с помощью которых ведется основной ритм, тарелкой крэш, дающей мощное звучание, бас-барабаном и звонким малым барабаном.

− Нет конечно, − любовно погладил одну из тарелок Олег. – Полгода назад, в «Великом» выступала группа «Иглы». Парни там полностью отмороженные. После концерта набухались и разгромили гримерку. Понятное дело, администрация комплекса полицию вызвала. Группу в участке несколько дней продержали. Их менеджер за это время смылся, прихватив весь инвентарь. Только ударные не забрал. Вот Максим потихоньку мне установку и привез.

− Смотрю, рисковые вы парни, − цокнул языком Савелий.

− Да ладно. Все равно барабаны кто-нибудь к рукам прибрал бы. Музыканты решили, что все менеджер украл. Они в «Великом» даже не появились, чтобы подробности выяснить. Я недавно читал, будто коллектив вообще распался.

К концу учебного года, когда у нас было написано и отрепетировано более пятидесяти песен, мы начали поиски клуба, где нам дадут выступить.

− Парни, я могу выпустить вас на сцену, но вам придется заплатить и самим сделать анонс своего выступления. Поймите, вас никто не знает, а в клуб ходят на раскрученных музыкантов. Я могу понести убытки, так как клиенты предпочтут пойти в другое заведение, где будут выступать более известные личности.

Так или примерно так, нам отвечали во всех крупных развлекательных клубах города.

− Что будем делать? – спросил Кирилл.

Мы собрались в детском садике, в ночь, на которую пришлась моя дежурная смена. Для дневной охраны и ночных сторожей в саду выделили достаточно большое помещение, куда складировалась сломанная мебель. Небольшие телевизоры транслировали сьемку видеокамер со всей территории сада. Во время моего дежурства частенько зависали тут с парнями. Предполагаю, что заведующая догадывалась о наших посиделках, но замечаний не делала, поскольку мусора после себя мы не оставляли, а я не забывал о своих обязанностях и исправно следил за тем, что происходит на экранах мониторов.

− Придется платить. Иначе, о нас никогда не узнают, − предложил Олег.

− Но ты же слышал, какую они все сумму заламывают. Даже в складчину это будет очень приличная доля с каждого.

− Нажиться хотят. Кир, представляешь, сколько таких, как мы, к ним приходит? Вот владельцы клубов и не упускают своей выгоды. Получают барыш не только с клиентов, но и с исполнителей.

− У меня хватит денег, чтобы полностью заплатить за наше выступление, − сказал Ефим. – Мама вчера деньжат подкинула.

− Слушай, Ефим, − слегка стукнул Савелий приятеля по плечу, − тебе мамхен столько монет дает, мог бы квартиру снимать. А ты в коммуналке ютишься.

− Меня устраивает.

В принципе, мы его понимали. В коммунальной квартире, помимо Ефима, проживал еще один парень, Игорь, студент какого-то технического вуза, и бабуля, которая принимала Ефима с Игорем за своих внуков. В связи с этим заблуждением, она считала своим долгом кормить молодежь, и потому, исправно готовила завтраки, обеды и ужины. Вставала она рано и следила за тем, чтобы «внучки» не проспали учебу. Спать ложилась сразу после выпуска новостей в девятнадцать ноль-ноль, и спала так крепко, опровергая