Запретная нота - Нелия Аларкон

Обручальное кольцо Датча сверкает на свету, когда он поднимает пиво.

— Я позволю ей самой собирать вещи. Даже позволю ей решить, где мы будем жить. Но я найму похоронное бюро, чтобы ей не пришлось думать обо всех этих деталях. У неё и так забот хватает.

— Ей все равно придётся руководить похоронщиками. Скажи им, чего она хочет. — Говорит Финн.

Я бросаю взгляд на брата.

— Откуда ты это знаешь?

— Это здравый смысл.

— Я бы предпочел, чтобы она вообще не связывалась с этими похоронами. Хватит того, что в прошлом году ей пришлось лгать полиции и фальшиво опознавать труп. В этом году она делает все заново. Вот только к её горю добавилось горе Виолы. Она не должна дважды проходить через процедуру поминок.

Я кручу барабанную палочку в пальцах.

— Я сделаю это.

Финн и Датч смотрят на меня.

— Что ты сделаешь?

Датч медленно моргает.

— Я спланирую похороны.

— Черта с два ты это сделаешь. — Ворчит мой близнец.

— Что плохого в том, что я планирую их?

— Ты? — Брови Датча взлетают к макушке. — Между тобой и Солом, я не знаю, кто больше прогуливает занятия. Ты едва появляешься на концертах трезвым и хочешь спланировать похороны матери моей жены?

— Уф. — Простонал я. — Ты собираешься бросать эту фразу как можно чаще, не так ли?

— Она моя жена.

Я снова резко вздрагиваю.

— Оставь его в покое. — Говорит Финн, переворачивая страницу. — Похороны выбивают у него медовый месяц. К тому же в понедельник у нас школа. Все станет гораздо менее романтичным. Он может испытать на себе все преимущества брака.

— Логично. Приходится опознавать труп свекрови, и это может помешать в спальне.

Датч хмурится сильнее и делает ещё один глоток пива.

Я опускаюсь в шезлонг рядом со своим близнецом.

— Да ладно. Давай я все спланирую. Это будет весело.

— Тот факт, что ты произносишь «весело» и «похороны» в одном предложении, уже плохой знак. — Сухо говорит Финн, не отрывая глаз от своей книги.

— Не помогает, Финни.

Финн смотрит на меня тяжелым взглядом.

— Не называй меня так.

Я ухмыляюсь.

Единственное, что я люблю больше всего на свете — больше, чем красивых девушек, стоящих передо мной на коленях, больше, чем сладкое соло на барабанах, когда по спине катится пот, больше, чем мисс Джеймисон, стреляющую огнем из своих глаз и говорящую мне отвалить к чертям…

Ладно, только не это.

Мисс Джеймисон, обстреливающая меня адским огнем, эти пухлые губы, слипшиеся, так и просящие, чтобы я их поласкал, — единственное, что я люблю больше, чем шутить со своими братьями.

— Отлично. — Датч зыркнул на меня. — Но ничего сумасшедшего.

— Ты бы назвал стриптизерш, вырывающихся из гроба, «сумасшедшим»?

— Зейн. — Рычит Датч.

Я ухмыляюсь.

— Понял. Пусть все будет со вкусом.

— Уважительно. — Огрызается Датч. — Виоле сейчас тяжело. Я не хочу, чтобы ей было ещё больнее после окончания службы.

— Посмотри, какой он отец.

Я показываю палец в сторону Датча.

Финн только закатывает глаза.

Звонит мой телефон.

— Чёрт. — Шиплю я себе под нос.

— Что?

Датч вздергивает бровь.

— Это Сол. — Я показываю им телефон. — Я сказал ему, что мы вернулись в город, и он приедет.

Финн садится прямо, на его лице появляется обеспокоенное выражение.

Смотрю на Датча. Это была его идея — не пускать Сола на свадьбу. Между этими двумя происходит что-то странное. А поскольку Сол нам как брат, единственное, что может вызвать трения, — это Кейди.

Я должен был догадаться, что так и будет, когда увидел, как мой близнец одержим и Рыжей, и Каденс Купер.

Я люблю своего брата.

Но я знаю, что ради Кейди он всадит нож в наши спины.

Он нашел бы способ вернуть нас из мёртвых — даже если бы для этого пришлось самому спуститься в ад. Но он все равно воткнет нож.

— Он будет в ярости. — Бормочу я.

Финн потирает затылок.

— Пусть. — Небрежно говорит Датч.

Хмурюсь в ответ.

— Мы так не делаем, Датч. Мы не ссоримся из-за девушек.

— Она не девушка. Она моя жена.

— Так ты сказал.

Мои брови сходятся вместе. Мне не нравилась мысль о том, чтобы оставить Сола в неведении. Теперь, когда настал момент расплаты, это кажется ещё более худшим решением.

Солу пришлось через многое пройти в этом году.

В основном по нашей вине.

Может, в большинстве случаев я и бессердечный ублюдок, но я сам виноват.

— К черту все это. Мне нужно пиво.

Спрыгиваю с шезлонга и иду в дом.

На обратном пути подслушиваю разговор Финна и Датча.

— Думаешь, папа тоже имеет к этому отношение?

— Я всерьёз подумываю, не нанять ли мне команду охраны для Кейди.

— Ей это не понравится.

— Да, но это лучше, чем если бы с ней случилось что-то плохое.

Я выхожу на площадку у бассейна.

— Папа замешан в этом дерьме? Да, у меня была такая же мысль.

Датч и Финн смотрят на меня.

— Что? — Опускаюсь на шезлонг, мои брови напрягаются. — Я не идиот.

— Никто и не говорил, что ты идиот. — Спокойно говорит Финн.

— Кто-то помог маме Каденс инсценировать её смерть. А теперь она, как ни странно, получила передозировку и умерла сразу после того, как мы узнали о наследстве. Что-то не так.

— Я не хочу думать, что отец — убийца. — Говорит Датч. — Он извращённый, манипулирующий, психопатический ублюдок. Но убийца — это уже другой уровень.

— Кто убийца?

Мы все подпрыгиваем от этого голоса.

Сол стоит в проеме раздвижной стеклянной двери и смотрит на Датча. Он был нашим лучшим другом с самого детства. Практически Датч по ассоциации.

— Садись. — Серьёзно говорит Датч.

Сол бросает на него настороженный взгляд.

— Нам нужно поговорить. — Добавляю я.

— О чем?

— Обо всём.

Сол воспринимает это нормально, хотя я не уверен, как должен реагировать любой здравомыслящий человек, когда узнает, что…

А: Датч женился на Каденс отчасти из-за наследства, которое оставила нам бабушка и в котором говорится, что для этого нужно быть женатым и иметь сына.

Б: Наш отец выслал Каденс из страны, чтобы оградить её от Датча, арестовал Датча и, возможно, также виновен в убийстве матери Каденс.

И В: Датч теперь будет активно и намеренно добиваться беременности Каденс.

— Ты в порядке?

Финн кладет руку на плечо Сола.

Он медленно моргает.

Кажется, на этот раз мы сломали его по-настоящему.

У Датча звонит телефон.

По тому, как он вскакивает на ноги, я понимаю, что это звонит Каденс.

— Мне пора. — Говорит он хрипловато.

Пробираясь мимо разбросанных пивных банок,