Серебряная герцогиня - Анастасия Разумовская

— Дьярви, я хочу с тобой побеседовать. Но позже. Однако, раз уж ты приехал, чтобы поступить на мою службу, то вот тебе первое задание: стой перед дверями и никого не впускай внутрь. Кто бы ни явился.

— Да, Ваше величество.

— Отлично.

Ульвар прошёл за фавориткой и закрыл дверь. Джайри уже сидела в кресле, закинув ноги на стол и взяв в руку пустой бокал, и с любопытством читала письмо из Медового царства. Король подошёл, положил руку ей на плечо, наклонился и коснулся губами волос.

Джайри вздохнула. Прикрыла глаза.

— У тебя не возникло желания за меня заступиться? — поинтересовалась она, чувствуя, как начинает волноваться от его прикосновений. — Ну… например, когда меня назвали твоей шлюхой?

— До того, как ты размазала эту несчастную по стенке, или после?

— До.

— Не сердись, Джай, — он тихо рассмеялся. — Или не делай вид, что сердишься.

— Не мешай мне читать письмо. Барнабас — очень опытный и важный человек. К тому же, именно он смог рассекретить рецепт огнедыха… Причём в его варианте, порошок оказался весьма мощен, в отличие от творения наших ремесленников… Кстати, парнишка там, за дверью. Ты его повесишь за эти дурацкие тюльпаны? Они были такие мрачные… бр-р-р…

— Теперь, возможно, и повешу, после того как ты спросила.

Джайри быстро обернулась. «Я всё хуже и хуже понимаю, о чём он думает», — с досадой отметила девушка. Она не знала, король шутит или нет.

— Он мне спас жизнь. Вчера, когда какой-то странный тип приставал ко мне, а твои хвалёные телохранители не отреагировали вовремя.

— Теперь точно повешу. Джай… мне не нравится то, что с тобой происходит. После твоего возвращения месяц прошёл. Почти. Ты лелеешь свои переживания, как наседка цыплят. Да и вино в таких количествах вредно. Ты превратишься в жалкую пьянчужку.

Джайри хмыкнула.

— И ты меня бросишь, Уль? Когда я превращусь в жалкую пьянчужку?

Ульвар отпустил её, прошёл, сдвинул её ноги и сел впереди на столешницу, так, что оказался напротив любовницы.

— Нет, Джай. Даже не надейся. Я поступлю иначе, но тебе это не понравится. Если ты продолжишь изображать страдающую падшую женщину, то я попросту заключу тебя под стражу. Джайри, ты знаешь, я очень терпелив. Но и моё терпение не безгранично.

Она смотрела в его голубой лёд, и ей становилось страшно. «Когда он начал пугать меня? Я же никогда не боялась Уля прежде».

— Возвращайся, Джай. Уже пора.

Ей стало обидно.

— Что ты вообще обо мне знаешь, Уль? — прошипела девушка, откинувшись на спинку кресла и прямо глядя в его лицо. — Тебе не нравится, что я изображаю падшую женщину? А ты знаешь, что я просыпаюсь каждую ночь от собственного крика? Подумать только! Целый месяц прошёл! Это ж так много!

Она вскочила, швырнула письмо на стул.

— Месяц! целый месяц мне невыносимо плохо, Уль. И лучше не становится. Только хуже. Когда ты касаешься меня, а я не вижу, что это ты, меня начинает колотить и хочется орать. Что ты вообще знаешь обо мне, мой король?

Джайри развернулась и отошла к окну. Прислонилась к прохладному стеклу лбом. Её била сильная дрожь. «Ты бросил меня в беде. Шэн спас и тоже бросил. Месяц! Месяц прошёл, а он так и не вернулся… Лис ехал разобраться с Тивадаром, но князь мёртв, а Шэн не вернулся… У меня никого нет. Я одна. И мне плохо. Мне никогда не было так плохо!»

Она почувствовала, как её обняли и прижали к груди.

— Джай, — шепнул Уль, — я тоже иногда кричу по ночам. И карабкаюсь наверх по горе окровавленных тел. Прошло пять лет, но это не отпускает. И не отпустит. Отпусти это сама. Вино не лечит, пойми. А для страданий нет времени.

Он снова стал целовать её мягкие волосы.

— Джай… Ты мне нужна. Сильная, умная, дерзкая и смелая. Не безумная. Не погружённая в прошлое, которого не изменить. Не ядовитая стерва, которая забыла, что даже глупая Магрит однажды может нам пригодиться. Мне нужна моя Джайри, моя Серебряная герцогиня. Возвращайся. У нас совсем нет времени. Князь Эвэйк на востоке собирает войска. Посол Иштвана в Золотом гнезде. Джарджат сзывает флот в Персиковом заливе. Султан не станет нападать первым, но, если начнётся война с Тинатином, то нам стоит ожидать его вторжения с юга.

Как всегда она плавилась в его объятьях. Корсет стал стеснять грудь, а голова закружилась. Но Джайри мужественно боролась с наваждением.

— И поэтому ты лишил Южного щита его лорда? Знаешь, как бы поступила я на твоём месте? Я бы прямо сейчас выпустила Альдо из темницы, собрала бы Советов щитов и поменяла бы в Южном щите хранителя. Герцогиня Ювина очень умна, но в военное время хранитель Юга должен носить саблю.

Уль тихо рассмеялся.

— Такая Джайри мне нравится больше.

Он вдруг отпустил её, и девушка невольно качнулась, будто пытаясь вернуть его тепло.

— Рандвальд, лорд Юга, виновен в предательстве короны, — заметил Ульвар, возвращаясь к письменному столу. — И, знаешь, лучше женщина-хранитель, чем изменник с саблей. К тому же, в помощь Ювине я выслал опытного наместника, который проконтролирует оборону щита.

Джайри обернулась и хмурясь, снова всмотрелась в него.

— Уль… Этого не может быть. Альдо не может…

— Ты помнишь его толстым добродушным мальчиком, — Ульвар взял со стола какой-то документ и принялся его читать, чуть щуря глаза. — Мы все когда-то были толстыми добродушными мальчиками. Кроме тех, кто были милыми девочками. Мы взрослеем. Мир меняется. Увы, но предательство лорда больше не вызывает сомнений. Показания его людей на удивление сходятся друг с другом.

Джайри похолодела. Альдо… Приятель детства, смешной и обидчивый. Бред какой-то…

— Ты не можешь его казнить, — заметила сухо. — У короля нет власти казнить хранителя щита без единодушного решения Совета щитов. Ты понимаешь, что единодушного решения Совет тебе не даст. Я первой буду против казни. Вернее, второй. Первой станет его мать.

Ульвар быстро взглянул на любовницу.

— Знаю. Почему ты решила, что я жажду казни?

— Потому что ты не можешь держать потомка Южных королей в темнице вечно. В конце концов, Совет щитов обратится с прошением о милости и прощении. И, если Альдо будет достаточно умён — а в тюрьме умнеют быстро — то принесёт тебе своё покаяние, и ты должен