На поводке за счастьем - Аня Дарк

Даже под неусыпным контролем заводчика, я всё равно соврешала множество ошибок. По глупости дала кость погрызть, чтобы Вита «зубки почистила». Закончилось всё непроходимостью в кишечнике и развлечением под Новый год с поездками по ветеринарным клиникам, ренгеном с контрастом и тонной моих нервов и переживаний. Слава богу обошлось без операции, осколок косточки вышел сам, а я никогда в жизни так не радовалась дефикации.

Потом я по глупости начала гулять с собачниками, которые болтали между собой, пока их собачки играют друг с другом и делают всё, что им вздумается.

— Лера, ты собаку для чего брала? — как маленькую меня отсчитывала Юля, когда я ей пожаловалась на неуправляемость Виты.

— Ну как? - не понимала я. — Для себя. Чтобы рядом со мной всегда был верный друг.

— Ну вот и будь с ней! — на выдохе сказала она. — Ей не нужны другие собаки. Ей нужна ты.

Юля снова оказалась права. Стоило мне заменить эти вечерние тусовки на уединенные прогулки с играми, и через пару недель я не узнала свою собаку. Она была ориентирована только на меня. Постоянно искала меня взглядом и смотрела так… Так… как ее мама в день нашего знакомства смотрела на Юлю. Оказалось для этого не так много нужно. Всего лишь уделить собаке должное внимание.

Но потом я всё же нашла компанию по интересам. С такими же принципами оказалась та самая женщина с доберманом. Она в основном гуляла с ней одна. Как-то случилось нам, проходя мимо, не просто поздороваться ради приличия, а прям разговориться.

И тусовка создалась уже вокруг нас. Только здесь хозяева не болтали в сторонке, пока собаки были предоставлены сами себе, а все владельцы играли с собаками в игры, учили командам и учились друг у друга чему-то новому.

Постепенно наша компания увеличилась до четырёх постоянных людей и столько же собак, но периодически к нам подключались другие. Основной костяк был неизменным: я с Витой, Ирина с доберманом Чарой, Мария с лабрадором Пончиком и Дарья с ротвейлером Одой. Утром я виделась с ними только по выходным, а вечерами каждый день. По будням я работала, поэтому наши утренние прогулки были ранними, пока все спали. Зато вечерами мы наверстывали упущенное. А по выходным вообще уходили в отрыв.

Это стало такой обыденностью для меня, что я уже и жизни не представляла себе без этих людей и собак. Мои старые раны затянулись, всё реже напоминая о себе. Лишь редкие посягательства на моё душевное равновесие могли внести смуту в мою спокойную и размеренную жизнь.

5

Валерия

Наши дни.

Утро воскресенья выдалось не самым лучшим в моей жизни. После вчерашних воспоминаний спалось не очень хорошо. Сон был беспокойным и часто прерывался, поэтому встала я разбитая. Но кто будет спрашивать у собачника, как ему спалось, когда настало время утренних процедур. Умылась, оделась потеплее, взяла в руки рулетку* и в путь. У собачников утро начинается не с кофе.

Под мерный шелест опавших листьев мы с Витой шагали в сторону парка. Я сонная, Вита счастливая. В кармане моей видавшей виды куртки пакет с лакомствами, в свободной руке пуллер. Сегодня солнышко вновь баловало нас своим визитом, рассеивая утренний туман.

Стоило увидеть вдалеке знакомые силуэты, как Вита навострила уши, замедлилась и напряглась всем телом. Движения стали осторожнее. Со стороны можно было подумать, что она испугалась. Но я-то знала, что это не так.

— Вита, шевели булками, а то всё веселье пропустишь, — деланно грозно сказала я своей собаке, а та только ухом повела в мою сторону и продолжила отыгрывать свою роль.

Первой нас, как всегда, увидела Чара. Сначала она рванула в нашу сторону со всех своих длинющих ног, но стоило приблизиться, как она значительно замедлилась и перешла сначала на шаг, а затем и вовсе практически остановилась. Вита же припала к земле всем телом и даже уши казалось расплылись по тротуарной плитке аллеи. Чара медленно, едва заметно приближалась.

Ближе. Ближе. Ближе… Резкий скачок Виты и понеслось. Танцы с бубнами и задорное поскуливание. Вчера виделись, а ощущение, будто прошла целая вечность. Тут же прибежали Понч и Ода, расширяя границы этой вечеринки. Людей здесь воскресным утром практически никогда не бывало, поэтому мы могли не переживать и дать нашим бесятам от души повеселиться. Сразу после задорных скачек обязательная проверка документов**. Без этого никак. И только потом мы смогли пойти на полянку, где нас ждали Ирина, Маша и Даша.

— Что-то вы припозднились сегодня, — с улыбкой пожурила меня Ирина.

— Вы же знаете, как Вита любит поспать, — открыто улыбнулась я в ответ.

— Ах, да, как мы могли забыть.

И все дружно рассмеялись. Только с этими людьми мне всегда было хорошо. Не важно, в каком настроении я приходила, обратно я всегда шла с улыбкой на лице, легкостью в теле и теплотой в душе.

Привычные игры были в самом разгаре. Чара гипнотизировала резиновый мяч в руках Ирины, реагируя всем телом на малейшие движения хозяйки. Острые, как пики, уши улавливали даже незаметные нам звуки. Карие бездонные глаза полностью сконцентрировались на цели. Дыхание стало поверхностным, едва заметным. А тело, словно стрела, натянутая на тетиве лука, готово в любую секунду со скоростью света лететь в заданном направлении.

Рука Ирины с мячом поднялась вверх, вызывая дрожь в теле добермана от напряжения. Одно сильное движение, и мяч улетел далеко вперед. Чара сорвалась с места и мгновенно устремилась за ним. Несколько быстрых скачков и цель, еще в полёте оказалась в крепких тисках мощной челюсти. Тело добермана по инерции немного продолжило движение вперед, уходя в занос при резком торможении и развороте. И вот уже Чара с чувством превосходства, своей элегантной походкой возвращалась к нам с мячом в зубах.

Вытащить резиновую игрушку из крокодильей хватки добермана невозможно. Только потребовать командой, чтобы она его сама отдала. У меня это получалось через раз. Ладно, через два. Вобщем, не всегда. У Ирины — неизменно с первого раза. Меня всегда восхищал их дуэт. Настолько они смотрелись красиво, цельно, завораживающе.

Наши же обормоты гоняли пуллеры по очереди. Бросили им кольцо вперед и стоим смотрим на картину маслом. Пончик, как единственный джентльмен, стремглав рванул за ним. Не так конечно быстро, как Чара, но та же Ода, двигаясь еще медленнее, явно не успевала за