По следам мафии - Eva NSY

— К чему? — грубо спросила она.

— Не задавай вопросы! — сказал он, выходя за дверь и указывая жестом следовать за ним.

Мирослава кивнула, подавляя желание нагрубить в ответ. Каждое его слово в её адрес вызывал у неё отвращение, и ей стоило огромных усилий сохранять спокойствие.

,Опять его правила, его желания…" Но она лишь сжала зубы и пошла за ним. Они сели в машину, и тишина в салоне казалась оглушающей. Тишину опять прервал его голос, грубый и холодный:

— Держи, — он протянул девушки её телефон. — Можешь позвонить родным, только без глупостей. Она повернулась, взглянув на его безэмоциональное лицо и взяла телефон. — У меня нет родных. Дамир быстро кинул взгляд на девушку.

Они подъехали к стрельбищу на окраине города. Он остановил машину и вышел, не дожидаясь её. Мира, борясь с желанием развернуться и уйти, последовала за ним. Внутри здания царила тишина и прохлада, а на столе лежал арсенал: пистолеты, патроны, мишени. Её дыхание участилось, и не от страха, а от скрытого презрения к этому человеку.

— Ты должна научиться стрелять, — сказал Дамир, его голос был таким же холодным, как и всегда. — Если хочешь выжить в этой игре, стреляй метко. Он был тираном, деспотом, который решил, что может управлять её жизнью, её телом, её судьбой.

— Ты хочешь, чтобы я убила Чарли Салливана? — спросила она, не скрывая сарказма в голосе.

Он промолчал, лишь продолжая заряжать пистолет, но его взгляд, направленный на неё, говорил сам за себя. — Он же твой брат. Он показался мне милым, — добавила она с нарочитой лёгкостью, надеясь его спровоцировать.

— Милый? — переспросил Дамир, на его лице мелькнула насмешка, но глаза пылали гневом. Он прицелился и выстрелил, пуля пробила центр мишени. — Ты не знаешь его, — холодно прошептал он. — Ну уж точно не хуже тебя… — прошептала она в ответ. Мира почувствовала, как её сердце забилось быстрее. Этот человек был опасен, но это лишь разжигало её желание убить.

— Даже не думай влюбляться в него, ангелок — добавил он, поворачиваясь к ней с пистолетом в руке. Это было не предупреждение, а приказ.

— Ты думаешь, что я способна убить человека? — Мира усмехнулась. — Если я скажу, — ответил он, — ты убьёшь.

Его слова были резкими, как лезвие ножа. Он протянул ей пистолет, заставляя взять его в руки. — Маньяк. — Тихо пробормотала она. — Держи. Целься ровно и стреляй. Она взяла пистолет. Что если я выстрелю? Один выстрел и я свободна, Но вместо этого она подняла пистолет нацелилась на мишень и, намеренно дрогнув, промахнулась.

— Не расслабляй руки! — злобно бросил Дамир, его раздражение росло с каждым её промахом. — Ты серьёзно? Ты такая слабая, что даже попасть не можешь?

Мирослава смотрела на него с откровенной ненавистью, но промолчала. Пусть он считает её слабой. Пусть он верит, что она — его марионетка. — Если к утру не будет хотя бы одной пули в мишени, ты останешься здесь на неделю. Поняла? — его голос был резок, как плеть, и она вновь сдерживала желание ударить его. Он ушёл, оставив её одну. Мира крепко сжала пистолет, чувствуя, как кровь пульсирует в висках от гнева.

— Мразь… — тихо прошептала она себе под нос, сжимая пистолет до боли в пальцах.

Когда она осталась одна, её лицо изменилось. Маска бессилия исчезла, и на её лице появилась ледяная решимость. Она подняла пистолет, медленно выровняв его с мишенью, и без колебаний нажала на курок. Пуля с громким звуком пробила центр мишени.

— Нужно заканчивать с этой игрой, Дамир Салливан, — прошептала она с ледяным презрением в голосе.

….

<< Пятнадцатилетняя девушка стояла на пустом стрельбище, поглядывая на пистолет в своих руках. Она никогда раньше не держала оружие и чувствовала себя неуверенно. Сталь холодила ладони, и каждое движение казалось неловким. Чарли Салливан, молодой парень, который казался ей таким загадочным и недосягаемым, стоял рядом с ней.

— Держи пистолет прямо, — сказал он, его голос был низким и спокойным, словно знал каждое её чувство, каждую её неуверенность. — Представь, что он — пушинка. Не дай ему управлять тобой, стань одним целым с ним.

Мирослава взглянула на него, ощущая его спокойствие, но её собственные руки слегка дрожали. Пистолет казался тяжёлым, чужим.

— Зачем мне учиться стрелять? — спросила она, сдерживая нервозность в голосе. Чарли усмехнулся, его взгляд смягчился, но ответ его был серьёзным.

— Мира, ты ещё слишком наивна для этого мира. — Чарли сделал шаг к ней, мягко касаясь её плеч, выравнивая её стойку. — В этом мире никто не подарит тебе защиты. Для всех ты будешь мишенью. Они захотят сломать тебя. Но если ты научишься быть оружием, ты сможешь ломать их мишени. Стреляй первой — и они больше не смогут подойти к тебе.

Он отпустил её плечо и сделал шаг назад, оставляя её наедине с пистолетом. Девушка, несмотря на свои опасения, поняла, что его слова правдивы. В том мире, где они жили, слабость могла стоить жизни. И если она хочет выжить, ей придётся стать сильной.

Мира глубоко вздохнула и прицелилась. Цель была простой, всего лишь круглая мишень в нескольких метрах от неё, но для неё это было нечто большее.

Она прищурилась, пытаясь сосредоточиться, и пальцы неуверенно легли на курок. Первый выстрел прозвучал оглушительно громко, разрывая тишину. Пуля промахнулась, даже не попав в мишень.

Чарли смотрел на неё с лёгкой усмешкой.

— Не расстраивайся. В первый раз никто не попадает в цель, — сказал он, подходя ближе и аккуратно исправляя её стойку. — Расслабь плечи. И перестань думать о пистолете как об угрозе. Он твой инструмент. Контролируй его, а не наоборот.

Мирослава кивнула, подавляя в себе вспыхнувшее разочарование. Она выровняла руки, на этот раз сосредоточившись не на пистолете, а на цели перед собой. Её пальцы вновь коснулись курка, и она попыталась стать "одним целым" с оружием, как говорил Чарли. Она сделала выдох и нажала на спуск.

Выстрел снова раздался, но на этот раз пуля попала в край мишени. Мира едва могла поверить своим глазам — она сделала это. Пусть и не идеально, но она всё же попала.

— Видишь? Лучше. — Чарли усмехнулся, его взгляд был довольным. — Теперь ты на верном пути. Ты не просто держишь оружие — ты управляешь им.

Мира почувствовала прилив уверенности. Пистолет больше не казался таким тяжёлым и чужим. Её руки уже не дрожали. Она вновь подняла его, целясь в мишень. На этот раз всё казалось проще. Она больше не была той наивной девочкой, которая