Король в стране чудес - Нэш Саммерс

— А, вспомнил. Сосед. Морган, верно?

Ашер кивнул.

Опять знакомая улыбка осветила лицо папы.

— И что же случилось? Вы поцеловались, ты сказал что-то гадкое, а он услышал? Со звукоизоляцией у вас там совсем плохо.

— Нет. В смысле, да. Плохо. Все просто ужасно. Он не разговаривает со мной. Не смотрит на меня. Практически сбежал из дома.

— Могу я узнать, что он такое услышал?

— Я сказал своей подруге, что он... не Прекрасный Принц.

— О-о... Что ж. Это еще не катастрофа?

Ашер всплеснул руками.

— Я не знаю. То есть я тоже так думаю. Но с Морганом все сложнее. Он сдержанный, угрюмый и флегматичный. Не делится своими чувствами. Он совсем не романтик. По-моему, он вообще терпеть не может это слово. Ненавидит мелодрамы, книжки о любви, не ходит на свидания.

— Ладно. Почему же ты тогда поцеловал его?

— Потому что это Морган!

— Ага.

— Был мой день рождения. Целый день я сидел дома и хандрил по Кристоферу. Но пришел Морган, который помнил о дате. Он отвез меня на смотровую площадку с видом на город. Достал букет из бенгальских огней, зажег их и спросил, о чем я мечтаю. А затем поцеловал меня и...

— И?

— Я не ожидал. Это было поразительно. И я растерялся, а на следующий день сказал Лисе вот то самое. Морган стоял в дверях и все слышал. В руках у него были розы.

— Ох, — выдохнул отец.

— Угу, — согласился Ашер. — Ох.

Отец повернулся к Ашеру.

— И ты хочешь сказать, что этот парень — не романтичная натура? Терпеть не может всякую любовную чепуху? Но он вел себя как распоследний романтик. Потому что знал, что ты все это обожаешь. Он старался... потому что влюблен в тебя?

К черту Аристотеля, Уильямс-старший — вот кто величайший философ всех времен и народов.

Ашер был слишком глуп, чтобы сделать такие впечатляющие выводы. Он видел лишь фрагменты, а отец так легко и непринужденно соединил их в общую картинку, что Ашер наконец-то осознал нечто фундаментальное:

— Я величайший болван во всей галактике.

Отец усмехнулся и согласно кивнул. В ответ Ашер легонько шлепнул по его руке.

— Болван, но зато мой единственный и неповторимый.

— Я просто кусок дерьма. — Ашер несколько раз моргнул, уставившись на снег за окном. — Как я не понял очевидного? Ты прав, пап. То, что я сказал, — не самое страшное. Все мое поведение — вот это сущий кошмар. Морган изо всех сил старался, а я был слишком занят собой, чтобы увидеть это.

— Что ж, вероятно.

Ашер посмотрел на отца.

— Как думаешь, все еще можно исправить?

— Зависит от тебя. Насколько сильно ты этого хочешь?

— Очень хочу.

— Даже если он и не Прекрасный Принц?

— Именно потому, что не такой.

— Должно быть, тебе очень нравится этот парень, да? — Отец запустил ладонь в миску с попкорном.

— Мне... да. Очень нравится. Каждый день без его улыбки разбивает мне сердце.

— Напиши ему сообщение.

— Он не отвечает.

— Ответ нужен тебе, а не ему. Просто напиши. Пусть он знает, что ты думаешь о нем, хотя вас разделяет целый мир.

Не задумываясь Ашер вытащил телефон и отправил Моргану сообщение.

В этот момент на другом конце света...

Мать Моргана опять была пьяна, ничего нового.

Отец битый час читал нотации о том, как добиться успеха на поле.

Сестра остекленевшим взглядом таращилась на царапину в паркете.

Внезапно телефон Моргана подал сигнал. Мать тут же проверила свой смартфон, вероятно, в надежде, что ей написал любовник-риэлтор.

Морган достал телефон и посмотрел на экран. Его сердце совершило сальто.

А: Все время думаю о тебе. Надеюсь, ты проводишь время, как тебе хотелось бы.

Морган поразмышлял над ответом, но в итоге положил телефон в карман. Никто не заметил, как он встал и покинул комнату. Кинг пробрался в заднюю часть дома, подошел к окну и приложил ладони к безупречному, холодному и жесткому стеклу.

На самом деле за всю жизнь Моргану Кингу хотелось не так уж много вещей. Новую игровую приставку, когда ему было восемь. Играть за команду, в которой состоял его отец. Любви и признания родителей.

Два желания из трех исполнились. Не так уж и плохо.

Но вот появилось четвертое.

И как Морган ни старался, избавиться от наваждения он не мог, даже сейчас.

Эти большущие глаза цвета каштанов. Эта неподдельная, чистая улыбка.

Морган вдавил костяшки в стекло, воображая, как под напором оно разлетается на миллионы осколков.

С того короткого мгновения их первой встречи Морган Кинг хотел лишь одного — Ашера Уильямса.

Поцелуй смерти (не меньше)

Ашер обзавелся миссией. Она гордо именовалась: «Ашер на пути к примирению с Морганом». Стоило признать, по части названий гуру романтики не силен, но во всяком случае данное отражало суть.

Вернувшись в кампус, Ашер принялся искать Моргана. Того, разумеется, в общежитии не обнаружилось, но волшебным образом все вещи бычары вернулись на свое законное место в комнату. О присутствии Моргана свидетельствовало, например, его полотенце, висящее на двери в ванной. Кинг дорожил этим махровым лоскутом ткани (Ашер заимствовал его всего пару раз, ну, или семнадцать), потому что он был гигантским и черным, как дыра в глубоком космосе.

Ашер решил, что отсутствие Моргана даже к лучшему: нужно время, чтобы собраться с мыслями. Всю дорогу из дома в университет Ашера потряхивало от возбуждения, потому что наконец-то он обрел цель и (даст бог романтики) план ее достижения.

Ашер швырнул сумки на свою половину комнаты и первым делом достал ноутбук. У него было всего несколько минут, а письма в ящике накапливались со скоростью света. Во время праздников у Ашера совсем не было времени ответить на все: он был занят крайне важными делами — снежной войнушкой с папой и уничтожением маминых булочек по мере появления их из духовки.

Взглянув на часы, Ашер понял, что через несколько минут должен уходить. Но он обещал Тиму, что будет стараться изо всех сил, а теперь, когда сердце вновь вошло в резонанс с мировой любовной гармонией, стало не так уж трудно отвечать на письма читателей.

На почтовый ящик пришло не меньше сорока сообщений, но лишь одно привлекло внимание Ашера.

Тема гласила: «Сказка».

Ашер