Мой пламенный мужчина - Ольга Сергеевна Шерстобитова

Небо, и когда это я присвоила ему статус «мой»? Совсем он мне за эти сутки голову заморочил!

Внезапный звонок лиара избавил меня от необходимости отвечать.

– Завтрак привезли, – пояснил он, отвечая на вызов.

Затем отпустил меня и наклонился, подхватывая полотенце. Зажмуриться и не смотреть я просто не смогла. Как вообще перестать на него пялиться, когда никакой силы воли не осталось, а здравые мысли сбежали?

Улыбнулся красноречиво, пока обматывал полотенце вокруг бедер, однозначно, заметив мой взгляд.

– Спрашивал я, кстати, не про поцелуй, а не проснулись ли у тебя ко мне чувства, Ари. Но так и быть, можешь сейчас не отвечать, вечером еще раз проверим.

И, оставляя ошарашенную меня в комнате, невозмутимо отправился открывать дверь курьеру.

Когда Риан вышел, я сползла на пол, прислонилась к кровати и закрыла глаза. Нет, это все никуда не годится! Столько неконтролируемых эмоций! Так и никакие щиты долго не выдержат. Надо себя… отвлечь хоть чем-то, что ли.

Вспомнив о вернувшейся силе, я открыла академическую программу и подала заявку на пересдачу экзамена, желательно сегодня. Затем принялась за утренние дела: душ, одежда, макияж…

Когда одетый в космический комбинезон Риан появился на пороге, напоминая о завтраке, я уже была готова и получила ответ преподавателя. Пересдача назначена через два часа, плюс следом две консультации по предстоящей практике и диплому. День предстоял напряженный.

За завтраком выяснилось, что Риантан тоже занят. Его ждало задание в «Звездном ветре».

Освободиться он должен был примерно в то же время, что и я.

Я и радовалась этой передышке, побыть относительно одной, надеясь немного успокоить эмоции и разобраться в происходящем, и в то же время не хотела с Риантаном расставаться. За завтраком, во время которого он то и дело то подкладывал мне любимый салат, то подливал апельсиновый сок, я нет-нет, да бросала на него взгляд, чувствуя себя совершенно сбитой с толку.

Казалось бы, детство давным-давно позади, мы изменились, но то нерушимое и надежное, связывающее нас, несмотря на все обстоятельства, никуда не просто не делось, но и усилилось.

– Я подброшу тебя в академию, – заявил Риантан, когда я поднялась.

– Спасибо, – улыбнулась в ответ, собирая посуду.

– Надо же, ты даже не попыталась отказаться от моей помощи, Ари, – хмыкнул он, помогая мне и оказываясь ближе некуда, так что я почувствовала его дыхание на своей шее.

Я повернулась к нему, заглянула в темно-карие, с яркими огненными искрами глаза.

– Спасибо, Риан. За твою заботу обо мне все эти непростые сутки. Я так тебя и не поблагодарила до сих пор.

– Всегда, пожалуйста, сокровище, – улыбнулся он, и коленки от этого уже предсказуемо ослабели. – Но лучше бы ты не попадала в такие неприятности. Впрочем… я об этом позабочусь.

Я фыркнула и закатила глаза, давая понять, что об этом думаю.

– И не надейся от меня избавиться. Теперь я твой навеки, бери и владей, – рассмеялся он, убирая остатки еды в холодильник и на ходу целуя меня в макушку.

Неисправимый!

Риантан Антар

– Ну, здравствуй, Ари! Я так по тебе соскучился, – сказал, ловя ее в свои объятия, едва она вышла из аудитории.

– Риан, на нас же все смотрят! – прошипела Ариадна, но меня уже было не остановить.

Я весь день только о том и мечтал, чтобы прижать ее к себе и обжечь ее сладкие губы. И отказаться от такого? Да ни за что на свете!

А она… такая нежная, трепетная, хрупкая в моих руках. Бездна, сколько я еще выдержу, прежде чем не удержусь на краю? Впрочем, кого я обманываю? Сколько потребуется. Дам Ариадне возможность самой осознать, что любит меня не меньше, чем я ее, проникнуться этим до глубины сердца, принять. И тогда счастье станет еще больше, ярче, многограннее… А я помогу ей.

– Я совсем от тебя теряю голову, – сознался, когда немного отдышался, все еще прижимая девушку к себе.

Студенты огибали нас, а парочка преподавателей и мелькнувший вдали ректор Рафаэль бросили весьма понимающие взгляды. Одно мое упрямое сокровище не желает замечать очевидного. И чего вот она так боится?

– Отпусти! – попросила Ариадна, и я послушался, но тут же поймал ее руку и повел по коридору к выходу.

Никуда не спешил, просто наслаждался этим моментом, тем, что она, наконец-то, рядом.

– Как прошел день, расскажешь? – поинтересовался, когда мы свернули за угол, где народа стало поменьше.

– Шутишь, да? – на секунду остановилась она и сверкнула своими красивущими глазами, сражая едва ли не наповал.

Я с трудом удержался от желания выпустить крылья, так меня в этот момент накрыло. Чтобы чувствовать ее вот так, мне и надо всего ничего. Ее взгляда, ее руки в моей, одуряющей близости…

– Почему?

– Риан, ты же мне четыре раза звонил и прислал с десяток сообщений, – покачала она головой. – И про мой успешно сданный экзамен знаешь, и про варианты практики взамен той, куда я уже точно не попаду, как бы не хотела, в курсе, и даже темы моего диплома мы за обедом обсуждали. Да мои родители столько обо мне не знают, сколько ты!

– Мне интересно. И я волновался, – заметил спокойно, любуясь вспыхнувшим на ее щеках румянцем.

Наверное, если я снова полезу целоваться, точно схлопочу по лицу. Но как же хочется-то…

– Перестань на меня так смотреть, – простонала Ариадна.

– Как так?

– Словно голодный волк.

Я усмехнулся. Она даже не представляет, насколько сейчас права.

– Лучше расскажи, как прошел твой день, – неожиданно смягчилась Ариадна. – Сколько можно все обо мне, да обо мне.

Какая же она порой забавная и милая, когда откидывает так не подходящую ей строгость и начинает любопытничать! Обожаю ее такую!

– Полдня переселял в Ариатском заповеднике огненных птичек, – улыбнулся я, все еще пронзенный ее близостью. – Меня приняли за конкурента в их гнездо, поэтому вышло… весело. А после вместе с Авророй и Ричардом опробовал новую программу Галахарда. Можно сказать удачно, если не считать, что мы оттуда в прямом смысле слова выползли.

Она вдруг рассмеялась, наверняка представив эту картину.

– Ты, и выполз? Ни за что на свете не поверю!

– Дядя Маркус тоже так сказал и решил сегодня испытать новую программу сам, – хмыкнул я. – Про плюющихся на седьмом уровне медуз мы ему дружно решили не сообщать.

– Попробовать, что ли, и мне ее пройти.

В голосе Ариадны послышалось столько предвкушения,