Спасение грешника - Кайли Кент

Но он все же оборачивается. Он переводит взгляд с моей руки, лежащей на его плече, на мое лицо и хмурится.

— Вытащи меня отсюда, пожалуйста, — тихо прошу я его.

На мгновение мне кажется, что он оттолкнет меня, проигнорирует. И затем, не говоря ни слова, он берет меня за руку, которую я ему протягиваю.

— Пойдем.

Он идет впереди меня и начинает вести нас сквозь толпу – все они по-прежнему пялятся на нас, будто мы самая интересная вещь в мире. Думаю, Вин Де Беллис, держащий за руку девушку, – это что-то новенькое. Я никогда не видела его с девушкой. Я видела его друзей во всех состояниях на вечеринках с девушками, но Вин обычно просто сидит с непроницаемым выражением лица.

Это не значит, что у него нет или не было девушек в школе. До меня доходили слухи: девчонки любят болтать в туалетах. Хотя, думаю, многие из них также любят придумывать всякую ерунду, так что я не знаю, правда ли то, что они говорят.

Например, действительно ли у него огромный член? Кто знает? Нравится ли ему связывать тебя? Опять же, кто, черт возьми, знает? Хочу ли я это выяснить? Думаю, да.

У меня голова идет кругом от того, что я хочу узнать об этом парне, и тут же в голове вспыхивает крошечное предупреждение. Оно говорит мне быть осторожной, остерегаться той тьмы, что скрывается внутри него.

Только когда мы выходим на улицу, я останавливаюсь.

— Подожди! Куда мы идем?

Вин оборачивается и смотрит на меня. Он наклоняет голову, а его рука сжимает мою чуть сильнее, как будто он боится, что я побегу в противоположном направлении.

— Ты просила меня вытащить тебя оттуда. Мы уезжаем. Моя машина здесь, -—говорит он.

— Ладно, если я поеду с тобой, ты же не собираешься... отвезти меня в безлюдный лес и разрезать на мелкие кусочки?

— У тебя что, какой-то странный фетиш насчет того, чтобы тебя разрезали на кусочки? — Спрашивает Вин.

— Нет. — Я качаю головой.

— Значит, от меня просто исходят флюиды серийного убийцы? — Вин вздергивает бровь, глядя на меня, а уголки его губ приподнимаются.

— Ну… вроде как да. — Я пожимаю плечами.

— И все же ты здесь, посреди темной улицы, держишь меня за руку.

— Все мы совершаем безрассудные поступки, когда молоды. Именно поэтому так много девочек-подростков оказываются в ситуации, в которой им лучше не оказываться.

— Я никогда не сделаю тебе ничего, о чем ты меня не просила, — говорит он, затем поворачивается обратно к своей машине и продолжает идти, ведя меня за собой.

Вин открывает пассажирскую дверь.

— Хорошая машина, — говорю я ему. Я знаю, что семья Вина не испытывает недостатка в деньгах. Опять же, слухи ходят самые разные, когда речь заходит о том, чем же на самом деле занимается его семья.

— Спасибо, — говорит Вин, закрывая дверь, когда я сажусь в машину.

Я понятия не имею, куда мы едем. Пальцы Вина постукивают по рулю, пока он везет нас по городу. Когда он заезжает на подземную парковку, я решаю, что мне действительно стоит знать, куда он меня привез.

— Где мы? — Спрашиваю я.

— У нас здесь квартира. Дома никого нет, — говорит Вин.

— Хорошо. — Я смотрю в лобовое стекло, уставившись на цементную стену перед собой. Я собираюсь подняться в квартиру к Вину Де Беллису. Одна.

— Я могу отвезти тебя домой, если хочешь. Тебе не обязательно подниматься, — говорит Вин, словно читая мои мысли.

— Нет, я хочу. — Я улыбаюсь ему, пытаясь показать, что действительно хочу быть здесь. С ним. Я открываю дверь машины и вылезаю из нее, прежде чем достать телефон из сумки.

— Кому ты пишешь? — Спрашивает Вин, обходя машину.

— Маме. Мне нужно сказать ей, что сегодня я останусь у Елены, — объясняю я, нажимая на кнопку "Отправить".

— У Елены, да? — Хихикает Вин, его взгляд скользит к моей руке. Я инстинктивно протягиваю ее ему. Его огромная ладонь накрывает мою руку. Его прикосновение теплое, и от этого ощущения по моей руке пробегают мурашки.

— Ну, если я скажу ей, что собираюсь зайти в квартиру с парнем, у которого родителей нет дома, воспримет она это не очень хорошо, — говорю я.

— Твои родители строгие? — Спрашивает Вин.

— Не очень, но они все еще думают, что я девственница. — Смеюсь я.

Рука Вина замирает в воздухе, нависая над кнопкой лифта. Затем он смотрит на меня.

— Ты не девственница?

Я качаю головой.

— А ты?

— С кем? — Спрашивает он.

— С кем, что?

— С кем ты спала?

— А ты с кем спал? — Огрызаюсь я в ответ.

— Я напишу тебе список имен, если ты действительно этого хочешь. — Он пожимает плечами.

— Меня это не интересует. — Я протягиваю руку и сама нажимаю кнопку. — Мы будем стоять здесь и говорить о нашем прошлом всю ночь или поднимаемся наверх?

Двери открываются, и Вин затаскивает меня в лифт. Я прижимаюсь спиной к стене, и рот Вина оказывается совсем рядом с моим.

— Попроси меня, — говорит он.

— О чем мне нужно тебя попросить?

— Попроси меня поцеловать тебя, потому что сейчас я очень сильно хочу поцеловать тебя. Мне нужно, чтобы ты попросила меня об этом.

— Вин, поцелуй меня.

Его губы прижимаются к моим, как только слова слетают с моих губ. Мои руки ложатся ему на грудь, и он на мгновение напрягается, после чего приподнимает мое лицо и углубляет поцелуй. Этот поцелуй не похож на те, что я испытывала раньше. Он медленный. Прикосновения языка Вина к моему нежны. Он словно изучает каждый дюйм моего рта, запоминая его.

Лифт начинает подниматься. Я не помню, чтобы кто-то из нас нажимал кнопку какого-либо этажа, но Вин, должно быть, нажал, потому что он прерывает наш поцелуй и выводит меня через открытые двери в фойе.

— Знаешь, я отвезу тебя домой или к Елене, если вдруг ты захочешь уйти, — говорит он мне.

— Ты хочешь, чтобы я ушла? — Спрашиваю я его.

Вин качает головой.

— Ни капельки, — говорит он, прикусывая