Фальшивый рыцарь - Милена Янг

Но он все равно писал. Каким-то образом сумел найти ее новый номер. Хаул не знал о ней всей правды, но своими шутками умел ее рассмешить, отвлекал от мрачных мыслей. Он никогда не требовал от нее большего, не заставлял рассказывать о том, о чем она не хотела, чем не могла делиться, и Мелани это очень ценила.

Дело было не в том, что она не доверяла Хаулу. Нет. Просто каждый человек переживает горе по-своему. В ее случае разговоры о прошлом только бередили раны. Мелани даже с папой не говорила о смерти матери. И ей совсем не хотелось вываливать подобный груз на Хаула, которому хватало собственных травм и проблем.

Тыковка: «Я думаю о том, что сегодня моя жизнь изменится».

Он ответил спустя всего секунду.

Хаул: «Ты счастлива?»

Тыковка: «Если честно, я боюсь, что меня сейчас стошнит от волнения».

Хаул: «Дыши. Все будет хорошо».

Тыковка: «Знаю. Но все равно… Я не умею играть роли».

Хаул: «Думаешь, он умеет?»

Тыковка: «Ты не знаешь, о ком пишешь. Мой будущий муж – это человек, который живет так, словно постоянно участвует в маскараде. Уверена, он будет совершенно невозмутим даже на собственной свадьбе».

Хаул: «Как сказал Шекспир: весь мир – театр, а люди в нем – актеры?»

Тыковка: «Весь мир, кроме тебя».

Хаул: «Ты меня романтизируешь, Тыковка».

Тыковка: «Разве ты тоже меняешь маски?»

Хаул: «Чаще, чем кто-либо».

Тыковка: «Ты меня не поздравил».

Хаул: «Может быть, я ревную. Не думала об этом?»

Мелани усмехнулась. Она знала, что Хаул всего лишь дурачится. К сожалению, он давно дал ей понять, что его сердце занято. И она перестала надеяться на взаимность. Если бы у нее был хоть какой-то, даже самый крошечный, шанс… Она бы никогда не согласилась на свадьбу. Но его не было.

Тыковка: «С чего бы тебе ревновать?»

Хаул: «Я собственник. Ненавижу делиться друзьями».

Тыковка: «Ты все равно останешься моим лучшим другом».

Хаул: «А вдруг этот твой муж тебя очарует и заберет у меня?»

Тыковка: «Это не разрушит нашу дружбу».

Хаул: «Ты говорила, что он богат, успешен и неплох собой. У меня есть все основания беспокоиться. Разве нет?»

Тыковка: «Мне на это плевать. Ты же знаешь».

Хаул: «Мне пора. Спишемся позже, Тыковка».

Девушка с тоской посмотрела на погасший экран айфона. Черт.

Слишком быстро.

Она так жаждала снова услышать голос Хаула.

Но они говорили по телефону всего один раз.

Мелани не могла не задаваться вопросами о том, чем он занимается прямо сейчас, где он живет, какая у него улыбка…

Повезло же его друзьям. Они могут беспрепятственно видеться с ним, постоянно слышать его голос, смех, шутки, разговаривать с ним, обнимать его…

Однажды Мелани очень робко намекнула ему, что хотела бы узнать его настоящее имя, но Хаул наотрез отказался. Он ясно дал ей понять, что никогда не откроется ей. И Мелани приняла это решение, но продолжала мечтать о том, что однажды встретится с Хаулом в реальной жизни…

* * *

Естественно, место для грандиозной свадьбы выбрали необычное. Наверняка репортеры будут в восторге. Он уже представлял себе, как снимки разлетятся по Сети.

Рэт неторопливо обвел взглядом местность. Было так ошеломляюще красиво, что дух захватывало. За его спиной высилась величественная скала, с нее мощным потоком низвергался водопад. Шум воды заглушал пение птиц. А перед ним петляла узкая, украшенная цветами тропинка. По обеим сторонам от тропинки стояли скамейки, на которых расположились гости.

И вот словно по волшебству заиграла торжественная музыка, и все взоры обратились к тропинке, где показалась невеста под руку с отцом. Рэт поднял голову. Белоснежное платье с длинным шлейфом подчеркивало каждый изгиб ее изящной фигуры. Прозрачная фата ниспадала с головы, скользила по открытым плечам и по спине. Длинные светлые волосы мягкими локонами обрамляли точеное лицо. Издали она казалась каким-то неземным существом.

Рэта охватило странное чувство. Он словно сам стал мощным потоком воды, оглушающим водопадом, что уносит за собой скользкие камни и сметает все на своем пути. Рэт шагнул им навстречу. Уважительно кивнул Дэймону и обменялся с ним парой вежливых слов. Он не мог побороть нетерпение. Предвкушение. Радость. Он чувствовал себя ребенком, который рождественской ночью прошмыгнул в гостиную и обнаружил под елкой долгожданный подарок.

Сердце Мелани колотилось как сумасшедшее. Она выходит замуж – точно так, как хотела мама. Она в белом платье идет под руку с красавцем женихом, одетым в темно-синий костюм, а все вокруг хлопают им и осыпают их лепестками роз. Она украдкой взглянула на Рэта. Он выглядел так, словно женится каждый день. Невозмутимый и довольный. Священник начал церемонию, но от волнения она его даже не слушала.

– Прекрасно выглядишь, фея Драже[4], – шепнул ей Рэт и улыбнулся.

Если до этого он выглядел чертовски привлекательным, то теперь… Улыбка – искренняя, не фальшивая – преобразила его прекрасное лицо целиком, вплоть до крошечных морщинок в уголках глаз. Оно. Такое. Невозможно. Красивое. Золото его медовых глаз завораживало. Сердце девушки забилось предательски часто. Мелани растерянно моргнула, щеки у нее вспыхнули.

– Фея Драже? – смущенно повторила девушка и приподняла голову, чтобы заглянуть ему в глаза. Рэт был ростом около шести с половиной футов[5], настоящий баскетболист. Мелани даже на каблуках едва доставала ему до плеча.

– Та, что у Чайковского в «Щелкунчике», знаешь?

– Я-то знаю. Но откуда…

– Это было твое первое выступление, которое я посетил. И не спрашивай когда, – прибавил он, заметив ее ошеломленный взгляд. – Все равно не отвечу.

– Хитрюга, – сварливо проворчала Мелани, и Рэт тихо рассмеялся.

Настоящая Мелани нравилась ему все больше. Особенно оттого, что Рэт знал: она и есть та самая Тыковка.

– Однажды я расскажу, обещаю, – примирительно прошептал он.

– Пусть лучше это останется тайной. – И она закатила глаза. – Сосредоточься на клятвах, муж.

Она приняла равнодушный вид, но внутри вся кипела от любопытства.

«Я никогда не танцевала в этом балете…»

Но времени на размышления не было. Они обменялись клятвами, повторяя их за священником. Голос Рэта звучал уверенно, без единой нотки сомнения. Его спокойствие передалось Мелани, и она перестала дрожать. К ним подошли две девочки с кольцами.

– Это мои младшие сестры, – тихо шепнул ей Рэт.

Мелани улыбнулась. Девочки были одеты в одинаковые нежно-фиолетовые платья. Одной было на вид лет десять, другой – не больше трех. Сиенна, темноволосая, с поразительно яркими зелеными глазами, ободряюще подтолкнула вперед маленькую Мию. Малышка не смотрела на Мелани.