Нашей жизни танец - Мира Айрон

Мальчик охотно согласился, а женщины устроились на небольшом кожаном диване.

— Сколько лет Глебу? Занимался ли он танцами прежде? — уточнила Лилия.

— Сыну пять, и до сих пор он нигде не занимался.

— А как я могу к вам обращаться?

— Меня зовут Дарья. Дарья Михайловна Гордеева.

Лилия сначала будто не услышала сказанное; потом сигнал дошёл, однако мозг работал слишком медленно. Так случается, когда происходит нечто настолько неожиданное, что психика включает самозащиту.

«Глаза, — Лилия поняла, что так насторожило её в незнакомке. — У нас с ней одинаковые глаза».

— Вижу, ты и сама всё поняла, — кивнула собеседница. — Сообразительная. К танцам наш визит не имеет никакого отношения. Я пришла посмотреть в твои глаза, поскольку теперь у меня есть, что тебе предложить взамен.

— Взамен... чего? — в горле у Лилии резко пересохло. — Что предложить?

— Взамен того, что совершила когда-то твоя мать. Совершила, а теперь живёт припеваючи. А моей матери нет... Вот уже одиннадцать лет. Она так и не смогла выбраться из депрессии после измены отца, настолько любила его... А мы не досмотрели, не уберегли, и... Мама сделала собственный выбор.

— Мне очень жаль...

— Вот этого не надо, — Дарья выставила вперёд ладонь и недобро усмехнулась. Голос её зазвучал резко. — Твоя жалость нужна мне меньше всего. Тем более, я сделала всё, что хотела. Ты как, желаешь ещё раз познакомиться с Глебом, твоим племянником? Хотя о чём я, мне вовсе не интересно, что ты желаешь, а что нет.

Дарья обернулась к сыну.

— Глебушка, иди сюда.

Мальчик послушно выбрался из-за стола и подошёл к матери. Лиля внимательно посмотрела на него, и в голове всё встало на свои места.

— Ну что, каково тебе сейчас? Непередаваемые ощущения, правда? — Дарья заглянула в лицо Лилии.

— Я не собираюсь обсуждать это при ребёнке, — спокойно и твёрдо ответила Лиля.

— Глебушка, вернись за стол, ты не дорисовал картинку, — распорядилась Дарья и быстро поцеловала сына в ясный лоб.

Лилия проводила мальчика глазами, а потом открыто и прямо взглянула на новоявленную родственницу.

— Я не психиатр и не психолог, чтобы копаться в истоках и причинах чужих поступков, — тихо заговорила она, — но всё же... Почему вы решили отомстить именно мне? Очевидно же, что я перед вами ни в чём не виновата. Я появилась на свет не по своей воле, и вы прекрасно знаете об этом.

— Можешь обращаться ко мне на ты, — высокомерно позволила Дарья. — Всё же физиологически мы не чужие люди.

— Нет, — покачала головой Лилия.

— Как знаешь, — пожала плечами незваная гостья. — А почему решила посчитаться именно с тобой... Я тебя с детства ненавижу, именно тебя, всей душой! С тех пор, как ты зачем-то появилась на свет. Да, мы переехали в другой город, и жизнь как будто наладилась... Но бабка наша с братом, мать нашего отца, тогда тебя вдруг возлюбила. Вообразила, будто именно ты её самая родная кровиночка. Всё своё время посвящала тебе, к нам почти не приезжала и нас к себе не особо звала. То есть, ты роднулечка, а мы с братом так, погулять вышли?! Характер у бабки был всегда не сахар, но мама столько лет терпела, подстраивалась, уживалась со свекровью... А в награду за это получила нож в спину?! Её свекровь не только полностью встала на сторону сына, не осудила его, но ещё и признала прижитого на стороне ребёнка!

У Лилии стучало в голове. «Прижитый на стороне ребёнок» — это она. Это она никому не нужна по жизни... Единственным человеком, которому она хоть как-то была интересна, по-прежнему оставалась баба Таня. Если бы ещё бабушка была жива, рядом, — так, как раньше, в детстве Лилии!

А ведь за прошедшие годы женщина уверовала в то, что жизнь наконец-то проявила к ней доброту, начала улыбаться. Рядом был Влад, близкий и родной, самый красивый, умный и понимающий. Казалось, они смотрели в одну сторону, шли рука об руку в одном направлении.

Муж с пониманием относился к её стремлению совершенствоваться в профессии, не жаловался на то, что жена уйму времени посвящает собственной студии. Помогать не помогал, да Лилия этого и не ждала, справлялась с бытовыми трудностями своими силами. Но уж точно не мешал и не страдал комплексами.

Лилия понимала, что Влад тоже очень загружен на работе, у него собственная карьера, свои устремления. К решению вопроса о детях они планировали обратиться после того, как Лиле исполнится тридцать. Точнее, Лилия предложила такой вариант, а муж с готовностью согласился.

В общем и целом Седовы были одной из тысяч современных семей, в которых оба супруга сосредоточены на карьере, амбициозные и целеустремлённые. Они уважали идеалы, границы и стремления друг друга, не пытались давить и распоряжаться не своим временем. Прогрессивная и адекватная семья, в жизни которой не было места ревности, а недопонимание непременно и своевременно разрешалось цивилизованным диалогом. Отдыхали Лилия и Владислав всегда вместе, и это было одной из немногочисленных традиций их семьи.

Лиля поняла, что думает о своей семейной жизни в прошедшем времени. Сейчас ей невыносимо захотелось остаться одной. Она размышляла о том, что нужно как-то собраться с силами и провести последнее на сегодня занятие, когда резкий голос Дарьи вторгся в её мысли.

— Рассказать тебе, как всё произошло? Как мне удалось оказаться в постели с твоим мужем? Надо заметить, это было не так уж сложно. Ты весьма кстати оказалась одной из тех дамочек, которые держат мужа если не на голодном пайке, то на пресной сухомятке...

— Вон!

Лилия сказала это тихо, но Дарья, увидев её взгляд, вздрогнула и смолкла, а наглая ухмылка слетела с её лица.

— Наши с мужем дела я буду обсуждать только с ним, — спокойно продолжала Лиля. — Это личные проблемы двоих, и никого они не касаются. А вы потрудитесь покинуть студию, иначе мне придётся вызвать полицию. И больше здесь не появляйтесь. Если ещё раз увижу вас поблизости от себя, обращусь в суд.

— Страшно, очень страшно, — усмехнулась Дарья, вставая. — Кто станет слушать твой бред в полиции и в суде? У них других дел нет? Более важных? А мне... Думаешь, очень хочется смотреть на тебя и вести с тобой разговоры? Я свои планы осуществила, а тебе теперь с этим жить. Поверь, никогда не отпустит! И ещё... Почему ты не спросишь, зачем я ждала шесть лет? Нелюбопытная амёба! Ладно уж, сама отвечу. Всё думала, что вы с Седовым вот-вот обзаведётесь потомством, тут-то я и появлюсь, для