Увядшая орхидея - Локсли Сэвидж

В третьей главе

Валентина

Марко Капелли все это то, что я когда-либо мечтала иметь в бойфренде. Конечно, он еще не мой парень, но я надеюсь, что мой одинокий статус скоро изменится. Мы познакомились несколько месяцев назад на семейной свадьбе, и с тех пор я не могу перестать думать о нем.

У него идеально уложенные темно-русые волосы, которые длиннее на макушке, и пронзительные голубые глаза, от которых мое сердце подпрыгивает, а живот трепещет. Но меня заводит его улыбка. У него ровные белые зубы за пухлыми губами, губы, которые хочется целовать.

Он совершенство.

Во время свадьбы, к моему удивлению, папа разрешил ему потанцевать со мной. Мои братья выглядели потрясенными этим, и особенно Люциан был почти возмущен, но не папа. Он едва взглянул на нас двоих, пока мы шли прочь, папа вел глубокую беседу с отцом Марко, Альфонсо.

Моя рука дрожала в его, когда он вел меня на танцпол. Казалось, что все взгляды были устремлены на нас, когда он мягко прижал ладонь к моей пояснице и притянул меня ближе к своему телу. Я помню, как смотрела ему в глаза, очарованная тем, что кто-то вроде него когда-нибудь захочет кого-то вроде меня.

— Ты прекрасно выглядишь, — промурлыкал он, направляя меня в медленном танце. Я была так благодарна за темное освещение, уверена, что мои щеки пылали. От него у меня кружилась голова, и я забывала, как говорить, когда была рядом с ним. Он развернул меня, и я засмеялась первым настоящим смехом за долгое время. Это был момент, когда я чувствовала себя беззаботной, место, где мне не нужно было притворяться Валеской.

На свадьбе я была Валентиной Росси и не могла не гордиться этим.

Марко обнял меня после того, как песня закончилась, мое лицо сильно прижалось к его груди. Я до сих пор помню, как хорошо он пах — запах мужчины, а не дурацких мальчишек, с которыми я ходила в старшую школу. Марко даже выглядел старше их, да и вел себя старше. В то время как мальчики в моей школе постоянно отпускали глупые шутки о тупой ерунде, Марко был уравновешенным и правильным.

Джентельмен.

Вернувшись к столу, Марко пододвинул для меня стул и поблагодарил за танец, прежде чем снова сесть рядом с отцом. Когда невеста, моя двоюродная сестра, бросила свой букет в толпу незамужних женщин, я его поймала.

Мне!

Я не могла поверить своему счастью. В тот момент все казалось правильным, от запаха цветов до того, как он заставил меня чувствовать себя.

Видимый.

Хотел.

Я села с улыбкой на лице, а Марко улыбался мне через стол. Альфонсо, покрасневший от слишком большого количества вина, хлопнул в ладоши и схватил моего отца за плечо.

— Похоже, у нас может быть еще одна свадьба в будущем, а? Твоя Валентина и мой Марко были бы красивой парой.

Папа не поднимал глаз от своего напитка, и я почувствовала, как часть моего счастья улетучилась. — Пойдем, Альфонсо, давай обсудим будущее за виски и сигарами.

Улыбаясь, Альфонсо последовал за моим отцом в курительную комнату, сделав обеденный стол неудобным, поскольку остались только Марко, мои братья и я.

Раф бросил на Марко самый злобный взгляд, а Люциан, мой старший брат, вытащил пистолет и положил его на стол перед собой.

— Расскажи мне о своих намерениях относительно моей сестры, — потребовал Раф.

Я хотела умереть.

Прямо там.

Но Марко даже не вздрогнул. — Такой умный человек, как ты, наверняка уже понял это. Марко перевел взгляд на меня и облизал губы, сложив руки на столе перед собой. — Я хочу ухаживать за ней.

Мое сердце колотилось, и я почувствовала, как мои губы приоткрылись от потрясения от его вопиющего признания, что он действительно хочет преследовать меня. Я взглянула на своих братьев, напуганная их реакцией.

Гейб причмокнул губами, его взгляд сосредоточился на стакане, в то время как Раф неловко поерзал в кресле, его глаза встретились с моими, что казалось извиняющимся блеском.

Люциан, однако, демонстративно отодвинул затвор своего 9-миллиметрового «Рюгера», проверяя, заряжена ли пуля в патроннике.

— Похоже, у вас двоих будет идеальная семья, не так ли, Гейб?

Глаза Гейба расширились, и он что-то прошептал Люциану, от чего его губы скривились в усмешке.

Люциан отмахнулся от Гейба легким движением руки.

— О, ты слишком много беспокоишься, маленький брат. Пусть две влюбленные птицы немного повеселятся.

Улыбка Марко стала шире. — Что скажешь, Валентина? Могу я официально ухаживать за вами?

Мои щеки вспыхнули жаром, когда я слишком быстро кивнула головой. — Да.

За этим последовал еще один неловкий момент в течение ночи, когда их было много. Марко вздохнул, чтобы снова заговорить, когда из курительной комнаты выскочил его отец Альфонсо. С недовольным видом Альфонсо поднял Марко со своего места.

— Мы уходим, — прорычал он, не взглянув ни на моих братьев, ни на меня.

Марко не стал спорить. Вместо этого он встал и подошел ко мне, схватив мою руку. — Я скоро свяжусь, — прошептал он, целуя мои костяшки пальцев. В тот момент, когда его губы коснулись моей кожи, у меня перехватило дыхание, но когда он отпустил меня, я почувствовала, как лист бумаги прижался к моей ладони.

А потом он ушел.

Я не видела его с тех пор.

Я быстро спрятала бумажку в сумочку, делая вид, что ищу свой блеск для губ. Когда папа вернулся к столу, я спросила его, не случилось ли что-то, но, как и положено, папа не посмотрел на меня и не ответил на мой вопрос. Вместо этого он швырнул на стол пятьсот долларов и сказал, чтобы я купила себе что-нибудь хорошее.

Вот так папа решает все свои проблемы, деньгами. Вот только деньги не решают всего. Иногда это только усугубляет ситуацию. Посмотрите на мою жизнь, например. Из-за огромных сумм денег, которые перебрасывались в руки Коза Ностры, мне приходилось скрываться, жить отдельно от папы и братьев, и мне приходилось медленно наблюдать