Навязчивый мотив. Клуб 27 - Вероника Артт

– Ты взял пиво? – удивилась я.

– Сама же сказала, что будешь, – удивился в ответ Мик. – Ты на таком нервяке была, вот и предложил…

Я пожала плечами, признавая, что правда, то правда, и хрустнула крышечкой одной из банок, усаживаясь на свободный стул у окна.

– Что будем готовить?

– Хотел предложить пиццу. – Коллега помахал замороженной основой для нее. – Можно еще и пасту – продукты как раз подойдут.

Я улыбнулась.

– Ого, это что, итальянский ужин?

– Ага, пародия на него, – фыркнул парень и достал противень из духовки. – Можешь пока порезать помидоры – вон, доска и приборы. А я отварю спагетти.

Поставив духовку на разогрев, Мик начал сосредоточенно натирать сыр, в то время как я орудовала ножом.

– Что делаем завтра?

– Я работаю. Собирался и ночью этим заняться, вот и вернулся за флэшкой, а там ты. Но не бросать же друга. Поэтому утром встану пораньше, чтоб все успеть, а на работе буду играть роль восьмирукого Шивы. У тебя выходной.

– Я могу и помочь…

– Нет, – отрезал Мик. – Тебе надо отдохнуть. Иначе сойдешь с ума, а еще пока рановато, не осень.

– Почему у нас нет еще одного сменного сотрудника? Так было бы намного разумнее: один продавец отдыхает, а другой работает. И график два на два бы подошел. Тогда б никто не страдал, и ты спокойно занимался своими обязанностями.

– Ребекка, я не директор, а звукарь, – беззлобно проворчал Мик. – Хоть и давно работаю в этом месте, но не в силах дать ответы на все вопросы. А очень бы хотел…

– Неужели тебя это устр…

– Бекс, – прервал меня Мик, открывая банку с томатной пастой. – Давай не о работе, прошу…

Спустя пару минут, когда я нарезала овощи и другие ингредиенты, а Мик нашинковал куриную грудку, мы принялись создавать «шедевр».

Заготовив первую пиццу, обильно смазав ее томатной пастой, а также плотно уложив ингредиенты – кругляшки салями, маринованные огурчики, шампиньоны и помидоры – и щедро посыпав тертым сыром, мы приступили к приготовлению второй.

Тут-то Мик и откупорил банку с консервированными ананасами и стал укладывать их на слой сыра и курицы.

Закончив, он заметил мой пораженный взгляд и усмехнулся.

– Да, знаю, я извращенец.

– Видимо, и мне придется им побыть, – ответила я, глядя на пиццу так, будто она сама уложила на себя колечки ананаса, чем, бесспорно, разочаровала меня.

– Ви тоже не любит «Гавайскую», – бросил Мик, посыпая колечки сыром. – А вот мы с Крисом обожаем. Бедняжка каждый раз морщится и плюется, когда мы едим ее…

Я встрепенулась.

Компания коллеги да процесс готовки подействовали успокаивающе, и мой боевой настрой, как феникс, потихоньку возрождался из пепла страданий.

Сегодня, прежде чем уйти, Ви обронила пару очень странных фраз, и у меня закрались подозрения, что их с Крисом могло связывать что-то большее, нежели чем просто приятельски-профессиональные отношения.

– Слушай, Мик, – между делом бросила я, когда мы грузили пиццу в духовку. – А Ви с Крисом случайно не… встречались?

Тот странно глянул на меня через плечо.

– Даже не знаю, что тебе на это ответить, – сказал парень, закрывая дверцу и заточая пиццы в маленьком крематории. – Может, в самом начале что-то и было… Только сейчас эти двое друг друга неважно переносят. Но если надо сплотиться ради какой-то общей цели, то да, команда выходит еще та.

– То есть наверняка ты не знаешь?

– Ребекка, я не слежу за чужими отношениями, мне бы со своей жизнью разобраться… А что? – Он с подозрением глянул на меня. – С чего это вдруг интересуешься?

Я отмахнулась.

– Обывательское любопытство. Просто… хочу побольше узнать о своем новом окружении.

Но Мик продолжал сверлить меня недоверчивым взглядом, пробудив желание ретироваться. Незачем ему знать подробности.

– Отойду в туалет, ладно? – Не дожидаясь ответа, я вышла из кухни.

Уже стоя в аккуратной ванной и грея руки под теплой водой, я заглянула в зеркало. Синяки под глазами пролегли готичными тенями, а лицо было совсем бледным, почти как у Криса. Правда, в его случае это был скорее естественный оттенок кожи, а в моем – последствие стресса и переживаний.

«Крис, Крис, Крис!»

Лицо заболело от холодной воды, когда я, умываясь, пыталась освежиться и отогнать въевшийся в сознание образ.

Уютный аромат готовящихся блюд расползался по квартире. С кухни, помимо шипения еды на сковородке, доносился голос коллеги:

– Да, без проблем. Нет, завтра не могу, много работы… Да, я знаю…

Мик, плечом придерживая телефон у уха, одной рукой держал сковороду, а другой лопатку, помешивая блюдо.

Снова усевшись на свой стул, я принялась крутить пивную банку, старясь не мешать телефонному разговору.

– Нет, сегодня тоже занят. К тому же на дворе вообще-то ночь, – отвечал Мик, с энтузиазмом перемешивая спагетти с курицей и томатной пастой. – Чем занят? Привожу в порядок одну знакомую… М? Ребекку. Готовим пиццу.

Он помолчал, слушая собеседника, а потом повернулся ко мне и с улыбкой сказал:

– Тебе большой привет от Ви.

Тело застыло ледяной скульптурой. Почувствовав, что во рту пересохло, я сделала пару больших и оттого болезненных глотков из банки.

– Да, напиши, когда тебе будет удобно, а я посмотрю по времени… – говорил Мик, посыпая специями практически готовый ужин. – Ага, давай. До связи.

Он сбросил звонок, положил телефон и сразу переключился на готовку.

– Почти все! – радостно доложил парень, бросив в сковороду ранее натертый сыр. – Не по заветам итальянской кухни, но уверен – вкусно!

– Чудесно… – протянула я.

– Бери тарелки. Левый шкафчик.

С усилием поднявшись за тарелками, я звякнула ими о стол.

– Хорошо получилось! – приговаривал коллега, накладывая пасту.

«Плохо вышло. Очень плохо. Я сказала Ви, что неважно себя чувствую, потому и отказалась от прогулки. И теперь со стороны казалось, будто я обманула ее и просто смылась, чтобы провести время с другим человеком, да еще и с ее другом. Не представляю, как теперь объясняться при следующей встрече. Вдаваться в подробности своей истории не хотелось, поэтому только оставалось надеяться, что девушка не обидится. Хотя я в этом очень сомневаюсь».

Мик выдернул меня из размышлений:

– Хватай пиво и пошли. Пицца пусть еще немного потусуется в духовке.

– Куда пошли?..

– В комнату. К телевизору. Лучшее средство против хандры…

– Старый паршивый ужастик? – наугад бросила я и блекло улыбнулась.

– Читаешь мысли.

У одной стены комнаты, окрашенной в светлый больничный оттенок, раскинулся длинный диван изумрудного цвета, напротив которого висел плоский телевизор.

Окно с закрытыми жалюзи, большой шкаф-купе сбоку от двери и все. Похоже, большую часть времени Мик проводил в соседнем помещении.