Порочная тайна - Кейт Хьюит

Грейс Тернер. Хэлис рассматривал маленькую белую визитку, которую она дала ему. На ней были указаны лишь ее квалификация, название компании, в которой она работала, и номер ее телефона. Он покачал визитку на костяшках пальцев, схватил ее, когда она стала падать, и затем неосознанно приложил к губам, как будто мог уловить запах Грейс на этой маленькой бумажке.

Грейс Тернер заинтриговала его по разным причинам. Конечно же в первую очередь его поразила ее внешность – она была женщиной необычайной красоты. Возможно, даже немного необычной – медовая блондинка с карими, шоколадного цвета глазами – интересное и притягательное сочетание. Густые темные ресницы, которые опускались слишком часто, чтобы спрятать эмоции, которые, как он думал, отражались в ее глазах.

А ее фигура… плавные изгибы и длинные ноги, и все это скрыто под деловой одеждой, которая явно была предназначена для создания профессионального эффекта, но на деле выглядела не менее привлекательно. Хэлис никогда не видел, чтобы белая шелковая блузка и юбка-карандаш в мелкую клетку выглядели так сексуально. Но в то же время, несмотря на высоченные каблуки, ему казалось, что выглядеть сексуально не было ее целью. Она была такой же колючей, как морской еж, и слова «не трогать» как будто были написаны на ее лбу.

Грейс определенно была женщиной-загадкой. Он чувствовал ее напряжение – как будто сжали спираль – и даже ее страх. Что-то связанное с этим островом – связанное с ним самим – тревожило ее. В принципе, он не мог ее винить. Со стороны остров Алаха выглядел как тюрьма. И он был для нее незнакомцем, сыном человека, чьи безжалостные деяния были известны всем. Но даже если так, он не думал, что ее страх был связан только с ним, здесь было нечто другое, нечто более важное. Хэлис подозревал, что она находится в плену этого «нечто» уже долгое время.

Или же он просто проецировал свои собственные эмоции на эту загадочную и пленительную женщину? Потому что он узнал свой собственный страх. Он ненавидел возвращаться на Алаху, ненавидел воспоминания, которые всплывали на поверхность ума, как тина на поверхность пруда.

– Привыкай к этому, Хэлис. Вот так это и делается.

– Не оставляй меня здесь, Хэлис.

– Я вернусь… я обещаю.

Он резко встал со стула и принялся нервно бродить по кабинету. В течение пятнадцати лет он решительно гнал от себя эти голоса, и вот сейчас они вернулись, насмехаясь над ним и мучая его с того самого момента, как он ступил на берег этого несчастного острова. Несмотря на тактичное замечание Эрика о том, что Хэлису следует разобраться с делами отца в каждом городе, где были его офисы, он отказался.

Однажды он уже сбежал. И не собирался делать это вновь.

По крайней мере, загадочная и привлекательная Грейс Тернер помогла ему отвлечься от агонии его собственных мыслей.

– Хэлис?

Он поднял глаза и увидел Эрика, стоящего в дверном проеме.

– Ужин подан.

– Спасибо. – Хэлис опустил визитку Грейс во внутренний карман темно-серого спортивного пиджака.

Он почувствовал приятный трепет ожидания при мысли о том, что увидит очаровательную госпожу Тернер снова, и уверенно прогнал темные мысли раз и навсегда. Он уже давно решил, что нет смысла оглядываться в прошлое. Он дал указание, чтобы ужин накрыли во внутреннем дворике, и тесное, интимное пространство осветилось фонариком, с которым Хэлис подошел к столу. Грейс еще не пришла, и он взял на себя смелость наполнить оба бокала. Как только он сделал это, послышался стук ее каблучков, и он почувствовал легкое волнение при ее приближении. Улыбаясь, он повернулся:

– Госпожа Тернер.

– Если вы настаиваете, чтобы я называла вас Хэлис, тогда вы должны называть меня Грейс.

– Спасибо… Грейс.

Она ступила во внутренний дворик, попав в мерцающий свет фонарика и отбрасывая призрачную тень. Грейс выглядела великолепно. Она переоделась в простое платье-футляр из темно-коричневого шелка. На другой женщине такое платье смотрелось бы как бумажный мешок, но на теле Грейс оно обтягивало все изгибы и мерцало при движении. Хэлис подумал, что она сделала такой выбор из-за предполагаемой сдержанности наряда, и то, что она и не предполагала, как сногсшибательно в нем смотрится, только добавляло ей очарования. Он осознал, что пялится на нее, и протянул руку к одному из бокалов на столе:

– Вина?

Сомневаясь, она напряглась на долю секунды, прежде чем вытянуть свою тонкую руку.

– Спасибо.

В ночной тишине они потягивали вино. Хэлис слышал шум волн вдали, пальмы над их головами шелестели на ветру.

– Я бы предложил тост, но случай не кажется подходящим.

– Не кажется. – Грейс опустила бокал, ее тонкие пальцы плотно сжали хрупкую ножку. – Вы должны понимать, мистер Тэннос…

– Хэлис.

Она тихо засмеялась:

– Все время забываю.

– Я думаю, вы специально забываете.

Она не отрицала этого.

– Я вам уже говорила, я предпочитаю сохранять профессиональный стиль общения.

– Грейс, на дворе двадцать первый век. И называть кого-то по имени не подразумевает нарушения приличий.

Даже если такая перспектива очень его привлекала.

Она подняла на него широко раскрытые глаза, взгляд был абсолютно чистым и трезвым.

– В большинстве случаев, – согласилась она, заинтересовывая его еще больше. – Вы же осознаете, что большинство картин, находящихся в подвале, были украдены из разных музеев по всему миру.

– Да, осознаю, – ответил он. – Поэтому я и хотел, чтобы их оценили и подтвердили, что это не подделки.

– А потом?

Он глотнул вина, с улыбкой глядя на нее поверх края бокала:

– А потом я конечно же продам их на черном рынке. И без шума избавлюсь от вас.

Ее глаза сузились, губы сжались.

– Если это шутка, то очень плохая.

– Если? – Он пристально посмотрел на нее, заметив, что ее стройное тело почти вибрирует в напряжении. – Господи, неужели вы думаете, что это и в самом деле возможно? Какого же вы обо мне мнения?

Легкий румянец появился на ее бледных щеках.

– Я не знаю вас, мистер Тэннос. Я знаю лишь кое-что о вашем отце…

– Я совсем не такой, как мой отец. Верьте мне, такого просто не может случиться ни при каких обстоятельствах.

– Я знаю, что не может, – резко ответила она. – Но, возможно, это как раз то, что делал ваш отец.

– Мой отец не был убийцей, – сказал он спокойно. – Насколько я знаю.

– Но он был вором, – тихо произнесла Грейс. – Вором со стажем.

– И он мертв. Он не может ответить за свои преступления, увы, но я могу изменить дела к лучшему.

– И вы делаете это с предприятием Тэнносов?