Обещание счастья - Белва Плейн

– Он очень одинок, – неоднократно говорила Маргарет. – Ему обязательно надо снова жениться.

Адам всегда шутливо отвечал на это:

– Фред ждет тебя.

А Маргарет тоже шутливо парировала:

– Почему? Разве ты собираешься развестись со мной или покончить жизнь самоубийством?

И вот теперь она сказала Фреду:

– Хорошо, щенок твой. Его зовут Джимми, если только ты не дашь ему другое имя.

– Пусть будет Джимми. – Фред печально и задумчиво посмотрел на Маргарет.

– Надо узнать у Адама, как он маринует мясо, – вмешалась в разговор Луиза, меняя тему. – Я видела твою полку со специями. Там есть такие, о которых я даже не слышала.

Маргарет улыбнулась.

– Путешествуя, мы всегда заглядываем на рынки. В прошлом году мы обошли почти все китайские магазины в Сан-Франциско. Адам знает такие овощи и фрукты, о существовании которых я и не подозревала. У него в жизни две любви – компьютер и экзотические рецепты.

– Почему это только две? У меня три любви, – возразил Адам, появившийся вместе с командой игроков в крокет.

– Меган, Дэнни и я. Особенно я! – воскликнула Джулия.

Ей исполнилось десять, и, как и старшая сестра, она была почти точной копией Адама.

– Наша команда выиграла, – сообщил Дэнни. – Мы с Найной их разгромили, правда, Найна?

– Да, и еще раз разгромим. – Найна потрепала Дэнни по рыжим волосам, чего мальчик терпеть не мог.

Дети обожали Найну, наделенную таким обаянием, против которого никто не мог устоять. Своевольная девочка превратилась в уверенную в себе молодую женщину, полную энтузиазма. Маргарет считала, что в этом есть и ее заслуга, поскольку она убеждала Адама предоставить Найне свободу выбора и позволить идти своим путем.

– Я слышала, ты добилась больших успехов в Нью-Йорке, – обратилась Луиза к Найне.

– Больших успехов? Нет, но если мне немного повезет, то, возможно, добьюсь. В прошлом месяце я окончила колледж и получила степень бакалавра гуманитарных наук, то есть теперь я немного разбираюсь в английской литературе.

– Что это ты так прибедняешься? – усмехнулся Адам. – По-твоему, хороший колледж и степень бакалавра – это так себе, пустяк?

– Наверное, по мнению многих людей, так оно и есть. А потом, ты же знаешь, я не была образцовой студенткой. Надеюсь, ты не сравниваешь меня с Маргарет. – Найна взглянула на Маргарет. – Иногда мне кажется, что я не оправдала твоих надежд. С каким упорством ты по вечерам вколачивала в меня химию и математику! Вон там. – Найна показала на окно. – Мой стол стоял у окна. И ты никогда не теряла терпения, никогда не упрекала меня.

– Да тебя не в чем было упрекнуть. Ни тогда, ни сейчас. Ты была сама собой и, к счастью, занималась тем, чем хотела.

С какой-то особой нежностью, отличной от той, какую она испытывала к собственным детям, Маргарет посмотрела на Найну. В желтом коротком платье она выглядела необычайно юной.

– Жаль только, что Нью-Йорк так далеко. – Эти слова вырвались у Маргарет сами собой.

– Верно. Но это чудесный город! Каждый день можно выбрать из сотни вариантов, что посмотреть или послушать. Думаю, я не смогла бы жить в маленьком городке, – заявила Найна, но тут же торопливо добавила: – Разумеется, Элмсфорд совсем не маленький городок.

– Расскажи нам, как у тебя дела, – попросила Луиза.

– Я окончила еще курсы дизайнеров и начала искать работу…

– Расскажи, что произошло раньше, еще в школе, – уточнила Маргарет.

– А в школе у нас проводили конкурс: предлагали составить план комнаты. Мне досталось задание – комната для мальчика восьми лет, поэтому я подумала о тебе, Дэнни, а поскольку знала, что тебе нравится, у меня была отправная точка для работы. И я выиграла этот конкурс, – скромно закончила Найна.

– Не стесняйся, – подбодрил ее Гилберт. – Здесь все свои. Продолжай.

– Кто-то написал статью о победителях конкурса, я показывала ее, когда искала работу. С третьей попытки меня приняли. Вот и все.

– Ты очень удачно начала, – заметила Маргарет. – «Кроузьер и Декстер» – известная фирма. Когда я просматриваю в парикмахерской журналы по дизайну и искусству, в них часто упоминают о ней.

– Да, фирма действительно солидная, – согласилась Найна. – Мне повезло. Меня обучают как молодого специалиста, я многое уже усвоила. Мы работали над оформлением самого крупного в городе выставочного зала. Было очень интересно.

– Кроузьер и Декстер – мужчины или женщины? – поинтересовалась Луиза.

– Мужчины, Уилли и Эрни.

– Ага, а который из них положил на тебя глаз? – съязвил Гилберт.

Найна рассмеялась.

– Они оба женаты, так что тут и говорить не о чем. Я найду себе друга и без них.

– Не сомневаюсь, – подал голос Фред, все еще держа на коленях щенка. Его лицо выразило такое притворное сожаление, что все засмеялись. – Ох, будь я помоложе, мисс Найна! Но я помню тебя еще в детской коляске.

Начало темнеть. На западе в небе забрезжила узкая розовая полоска. Затем поднялся легкий ветерок и замолкли птицы.

Адам встал.

– Пойдемте в дом. Кто хочет попкорна?

«Он всегда знает, чего хотят дети», – подумала Маргарет. Как бы подтверждая эту мысль, Луиза проговорила:

– Счастливые дети, Адам занимался с ними почти весь день.

– Да, и они это ценят.

Поев на кухне попкорна, дети и мужчины в сопровождении собак пошли в кабинет Адама посмотреть новый компьютер. Женщины перешли в гостиную.

Найна оглядела знакомую комнату: часы в виде банджо, старые фотографии, круглый стол с книгами по биологии и химии.

– Кажется, прошли века с тех пор, как я жила здесь. Вы собираетесь когда-нибудь переехать из этого дома?

Маргарет покачала головой.

– Зачем? Это наш дом.

– А он вам не надоел?

– Его построил твой прадед.

– Это все сантименты.

– Возможно, и так, но меня это не волнует. – Маргарет улыбнулась.

Найна всегда откровенно высказывалась. Но это и хорошо. Важно знать, о чем люди думают на самом деле.

– Тогда позволь мне поработать над ним. Здесь много пространства, высокие окна и потолки. Я использую это.

– И что ты сделаешь?

– Для начала избавлюсь ото всей этой громоздкой мебели.

– Зачем? Она в прекрасном состоянии, мы следим за ней, полируем. Это старинная мебель.

– Старинная, да не та. Если бы она была восемнадцатого века или в стиле французского императора, тогда другое дело.