Мой темный принц - Джулия Росс

– И всю жизнь ходить беззубыми, лишь бы завладеть вашей благосклонностью?

Ее дерзость переросла в неприкрытое издевательство.

– Я чуть не поцеловал вас. Мне очень этого хотелось. Но королевская благосклонность не вечна.

Самоуверенности у нее явно поубавилось. В его пренебрежительных высказываниях звучала откровенная бессердечность.

– Я бы предпочла извинения вашему пустому остроумию.

Непроницаемые черные глаза уставились прямо на нее.

– Вам и вправду не понравилось?

– Что именно? Ваше остроумие или ваша высокородная сдержанность? – Она поднялась. – Я бы сказала, что одно стоит другого. Мне пора домой, ваше высочество.

– Но вы пережили такое потрясение. Посчитали меня безумцем.

– Я и сейчас так думаю.

Латунные планеты завибрировали под его пальцами – сильными, с выступающими суставами и идеально ухоженными ногтями. Пенни спрятала было руки в складках платья, но тут же снова выставила их напоказ. Какая, собственно говоря, разница, заметит он или нет, что они не слишком чистые и не слишком ухоженные?

Он перевел взгляд на картину над камином.

– Первый граф. Мой прадед по отцовской линии. В его семье не было сумасшедших. Да и он сам – образец английской добропорядочности. Внешность, конечно, бывает обманчива. Он был известным пьяницей, но, напиваясь, становился милым и добрым. Вы останетесь на бренди. Напиток успокоит ваши нервы. Ему всегда помогало.

У нее чуть истерика не началась. Слышать, как он спокойно рассуждает о своем прадеде! Невообразимая непоследовательность, если принять во внимание насильственное похищение. Окончательно ее вывело из себя то, что набегающие на глаза слезы вызвали острое желание чихнуть, а она сильно опасалась, что это чихание может перерасти в безудержный смех. Постыдный, унизительный хохот. Ниже достоинства мисс Пенелопы Линдси из Раскалл-Сент-Мэри, которая, в конце концов, является уважаемым членом их маленького сообщества.

Она снова извлекла на свет носовой платок.

– Бренди вы не найдете, его тут нет. В доме уже много лет никто не живет, за исключением немногочисленной прислуги. Однако у миссис Баттеридж, экономки, наверняка есть чай.

Он направился к колокольчику, оставив металлическую Луну вращаться вокруг Земли.

– Тогда закажем чай.

Дверь за его спиной со стуком распахнулась. Николас повернулся с такой невероятной прытью, что Пенни на мгновение показалось, что у него в руке блеснул кинжал. Но если он и был, то тут же исчез. В комнату ворвалась пышная женщина в переднике, множество оборок колыхалось на ее платье. За ней по пятам несся явно встревоженный военный, тот самый лысеющий человек со шрамом, который совсем недавно зажигал в гостиной свечи.

Миссис Баттеридж являла собой образец истинного английского благоразумия, колыхающийся островок разума в море безумия.

– Мисс Линдси! – возопила она. – О Господи, помилуй меня! Наш дом захватили военные. Ни вам здрасьте, ни спасибо. Они уже в кухню прорвались, забрали цыплят, которых мистер Баттеридж и я собирались откушать на ужин, роются в кладовой, хлеб ищут. Говорят, гуся забьют. Выгнали своих коней на верхний луг и заставили Лизи приготовить постель в лучшей спальне. И все как один иностранцы, мисс, ни единого христианского словечка не знают, за исключением вот этого… – Она ткнула пухлым пальцем в военного, который безучастно уставился в потолок, только шрам на щеке подрагивал. – И еще одного.

– Миссис Баттеридж? Простите нас за столь внезапное вторжение, – невозмутимо проговорил Николас. – Мы думали, что дом пуст, не знали, что тут кто-то есть. Никто не собирался вас пугать.

– Да кто вы такой, сэр, – развернулась она к нему, – чтобы вламываться в английский дом и воровать моих цыплят? – Она перевела взгляд на Пенни, ее круглое личико сморщилось. – Что вы сделали с мисс Линдси? Звери! Варвары! Цыгане неотесанные! – Она подняла кулак и двинулась на принца. Похоже, кинжал все же Пенни привиделся – игра света и тени, только и всего. Николас даже не шелохнулся, чтобы защитить себя, но военный успел перехватить руку миссис Баттеридж. Экономка бросила грозный взгляд на своего захватчика. – И манеры у вас варварские! Вы только гляньте на свое лицо! Шрам во всю щеку!

Пенни чихнула в королевский платочек, давясь смехом и икотой.

– Шрам майора барона фон Герхарда – почетный знак, полученный на дуэли, – сказал Николас.

Его платок распался в руках Пенни на две половинки. Ей казалось, что она вот-вот задохнется. Девушка прижала одну половинку шелкового квадратика ко рту. Плечи сотрясались от припадка истерического, едва сдерживаемого хохота. Она изо всех сил старалась совладать с собой, но привести дыхание в норму было не так-то просто.

– А вы… предпочитаете синяки… вместо шрамов…

Он улыбнулся ей и поклонился:

– Конечно, будучи кронпринцем, я никогда не рискую своей жизнью на дуэлях.

Глаза экономки полезли из орбит, подбородок затрясся.

– Все в порядке, миссис Баттеридж. – Пенни вытерла слезы остатками дорогущего платочка. – Вопреки нашим ожиданиям лорд Эвенлоуд вернулся домой.

Майор отпустил экономку и поклонился:

– Мадам, вы имеете честь говорить с его королевским высочеством эрцгерцогом Николасом Александром Глариенским, который также является английским графом Эвенлоудом, виконтом Сакслингхэмом и хозяином этого дома. Персона эрцгерцога священна. Любое физическое насилие означает немедленную смерть.

– Смерть! – побледнела миссис Баттеридж.

– Через повешение, – осклабился офицер. – Ваша жизнь в руках его высочества, так же, как и все остальное в этом доме. Цыплята принадлежат ему по праву, мадам.

Она съежилась, словно проколотый шарик.

– Эрцгерцог! Эвенлоуд! О Господи! Я не знала, будьте уверены. Ваше королевское высочество! Но эти люди весь дом вверх дном перевернули, бренди искали. А откуда я им бренди возьму? Здесь только я, мистер Баттеридж да еще одна девчонка, Лизи. И алкоголя мы не держим, заявляю вам.

– Тогда принесите чаю, – велел принц. – Чай-то у вас имеется? – Миссис Баттеридж удрученно кивнула и присела, ухватившись за передник. Принц подбодрил ее улыбкой. – Вы умеете готовить?

– Только простые английские блюда, ваше королевское высочество.

– В таком случае приготовьте что-нибудь, и мы забудем об этом небольшом недоразумении. – Его голос обещал подарить окружающим мир заботы и поддержки. – Простые английские блюда – это как раз то, что нам нужно.

Экономка попятилась к двери, сопровождая каждый шаг странным приседанием, изображавшим реверансы, и выскочила из комнаты.

Офицер остался.

– Мисс Линдси, это майор барон Фридрих фон Герхард, – кивнул в его сторону Николас. – Капитан моей личной охраны. Для друзей просто Фриц. Майор, это мисс Пенелопа Линдси, проживающая со своей матерью в деревне. – Покончив с формальностями, принц обратился к майору по-глариенски: – Не надо заострять внимание на необычной внешности дамы. Позаботьтесь о том, чтобы сохранить это в секрете. Она останется здесь. Позаботьтесь о мелочах.