Однажды в Амстердаме - Эллен Сандерс

Фрэнсис неспешно потянулась. Часы показывали половину восьмого утра. Давненько она не просыпалась раньше звонка будильника. Да и в таком хорошем настроении, как сегодня.

За окном раздавался шум автомобилей и резкие выкрики мальчишек, продававших газеты. То, что каждое утро раздражало Фрэнсис, неожиданно показалось ей прекраснее пения соловьев.

Жизнь продолжается. Мир прекрасен. И сегодня наверняка случится что-нибудь хорошее.

Фрэнсис спустила с кровати ноги и, не нащупав домашние туфли, отправилась в ванную комнату босиком. Мягкий ворс ковролина приятно щекотал пятки, и Фрэнсис снова ощутила прилив необъяснимого счастья.

Бодрящий контрастный душ и чашка крепкого кофе сотворили еще большее чудо. Фрэнсис почувствовала себя обновленной, словно заново родившейся.

Телефонный звонок вывел ее из состояния блаженного счастья, наполнившего все ее существо.

– Алло. – Наконец-то ей не нужно изображать радость. Фрэнсис и в самом деле обрадовалась раннему звонку.

– Алло, могу я поговорить с мисс Симпсон?

Незнакомый мужской голос поначалу насторожил Фрэнсис, но через мгновение она отогнала подозрения и мрачные мысли и бодро ответила:

– Это я. Чем могу помочь?

– Доброе утро. Надеюсь, я не слишком рано звоню?

– Все в порядке.

– Меня зовут Артур Гинсберри.

Фрэнсис едва не лишилась чувств, услышав имя генерального директора Эн-би-си. Микки как-то представил их друг другу, но общение не вышло за границы «здравствуйте – до свидания». Интересно, что ему понадобилось?

– Я представляю телеканал…

– Да-да, я знаю, – перебила его Фрэнсис. – Правда, я не понимаю, почему вы звоните мне. Если вы хотите снять передачу с участием «Санни доллс», то я ушла из группы.

– Именно поэтому я и звоню. Хочу воспользоваться ситуацией и заполучить вас в свои сети. – Артур хохотнул над собственной, только ему понятной шуткой.

Молчание Фрэнсис вынудило его продолжить:

– Мисс Симпсон, я хочу видеть вас на нашем телеканале.

– В качестве кого?

Фрэнсис закатила глаза, живо представив, что сейчас последует ряд предложений сняться в рекламе какого-нибудь стирального порошка. Полгода назад Фрэнсис и слушать бы не стала. Теперь же все изменилось. Фрэнсис осознала, что деньги не только никогда не бывают лишними, но их может и не хватать на самые необходимые вещи.

Успех «Санни доллс» разбаловал Фрэнсис настолько, что она разучилась считать деньги, разбрасывая их направо и налево. Шкафы ломились от тряпок, косметика не помещалась на нескольких полках в ванной, а автомобили Фрэнсис меняла, не успев к ним толком приноровиться.

– Для начала вопрос, – интригующим тоном начал Артур. – Вам о чем-нибудь говорит имя Марка Денвера?

– Разумеется! – с чувством выдохнула Фрэнсис.

Марк Денвер был самым узнаваемым и высокооплачиваемым шоуменом Америки. Каждый сезон он открывал новым проектом. И каждый из них тут же занимал верхнюю строчку в рейтинге голосования. Кроме того, Марк был и самым знаменитым плейбоем. На каждой светской тусовке он появлялся с новой пассией. Что притягивало к нему женщин? Внешняя привлекательность? Мало вероятно. Марк Денвер был мужчиной за сорок, высокого роста, с невыразительными чертами лица, серыми глазами и такими же серыми, кажущимися безжизненными волосами. Однако женщин всех возрастов словно магнитом притягивало к Денверу. Возможно, секрет его обаяния заключался в открытой улыбке. Или в искренней убежденности Марка в том, что все женщины по-своему прекрасны. «Некрасивых женщин не бывает, – безустанно повторял он вновь и вновь, – улыбаясь в объективы фотокамер. – Есть лишь слепые мужчины».

Фрэнсис и сама грезила о Марке Денвере. Со дня их знакомства прошло несколько лет, а она до сих пор не потеряла надежды завоевать его любовь.

– Так вот… – продолжил Артур Гинсберри.

Фрэнсис так размечталась, что забыла о телефонном разговоре. Напомнивший о себе Гинсберри вызвал досаду и раздражение. Впрочем, любопытство взяло вверх, и Фрэнсис заставила себя сосредоточиться на беседе.

– …Марк собирается делать цикл передач о разнице менталитетов разных народов. Начать он решил с Голландии. Не откладывая в долгий ящик, скажу сразу: ему нужна напарница.

– Напарница? – тупо переспросила Фрэнсис. Она едва сдержалась, чтобы не спросить, при чем здесь, собственно, она.

– Да. Именно женщина. Молодая и красивая. Как вы, мисс Симпсон.

– Я?

– Понимаю ваше удивление. – Артур снова хохотнул. – Я бы тоже удивился. Не каждый день получаешь предложение отправиться в долгое путешествие с самым желанным мужчиной телеэфира.

– Долгое? – почему-то именно это слово зацепило сознание Фрэнсис, которая уже с трудом сдерживала лавину вопросов.

– Пока сложно точно сказать, о каком сроке идет речь. Однако вряд ли поездка займет меньше месяца. Оптимальный срок, чтобы понять и даже, вероятно, полюбить другую страну. Ее культуру и людей. Насколько я понял, мисс Симпсон, вы сейчас свободны для экспериментов, не так ли?

– Вообще-то я подумывала о переезде в Англию, – солгала Фрэнсис.

Что она несет? Вот идиотка! Нужно хвататься за неожиданно выпавший шанс! Вряд ли ей еще раз позвонит гендиректор национального телеканала и предложит поработать с мужчиной ее мечты! Да что там ее мечты! Марк Денвер не давал покою миллионам американских женщин!

– Голландия – отличная альтернатива чопорной Англии, вы не находите? – не сдавался Гинсберри.

– А в чем будет заключаться моя роль как напарницы Денвера? Насколько я помню, Марк всегда работал один.

– Новый проект… э-э-э… несколько необычен. Я бы даже сказал, провокационен.

– Он что, собирается снимать репортаж из района красных фонарей?

– А почему нет? Красные фонари – одна из визитных карточек Амстердама, – заметил Гинсберри таким тоном, словно Фрэнсис нанесла ему личное оскорбление.

– Извините, я вовсе не это имела в виду, – смутилась она.