Жертвоприношение - Ноэль Бейтс

Эту тему Линн продолжать не хотелось. Она видела, куда собеседник клонит: вот так, обходными путями, Норман вытягивает из заказчиков нужные сведения.

— Платили мало, — ответила она, не слишком-то погрешив против истины. — А работа грозила затянуться на десятилетия. В итоге я просто не могла там больше оставаться.

И в этом Линн тоже не солгала.

— То-то он, должно быть, огорчился!

— Он?

— Он или она. Словом, автор этой загадочной книги. Вы, верно, научились понимать друг друга с полуслова, привыкли друг к другу… сотрудничая столь тесно.

Линн пожала плечами.

— Наверное, он и впрямь не обрадовался. Хотя я подала уведомление об уходе за шесть месяцев.

— Ага! Это все-таки мужчина!

— Ну да.

Линн чувствовала: ее испытывают, исподволь добиваются откровенности. Видимо, прошлое, таящееся за отутюженными блузками и строгими костюмами, представляло неодолимый соблазн для детектива любителя! Глупо она себя повела, ничего не скажешь: незачем было так нервничать. Следовало тихо-смирно согласиться на участие в проекте, а затем в последнюю минуту отказаться от поездки под благовидным предлогом. Вместо нее отправилась бы одна из стенографисток — без особой охоты, наверное, зато и без особых проблем. И, что не менее важно, Норман не стал бы проявлять ненужного любопытства. А ведь стоит ему заинтересоваться — и он ни перед чем не отступит.

— Так что за бестселлер сочинял тот тип? — небрежно осведомился шеф, и Линн вдруг поняла, куда клонит собеседник.

Норман Дейл решил, что юная секретарша крутила роман со своим работодателем, хотя и не догадывался, что речь идет о бывшем владельце Корт-хауса.

— Нечто вроде автобиографической повести, — отозвалась она, надеясь, что не слишком себя выдала.

— Сбор материала, должно быть, отнимал массу времени?

Линн разложила на коленях карту местности, безошибочно ориентируясь в хитросплетении дорог. Норман внимательно проследил за направлением ее пальца. Последние несколько дней погода стояла ясная, поля и рощи тронула золотом осень. Лазурная синева небес слепила глаза, мир казался ярким и четким, точно цветное кино.

— Изрядно.

— Что-то не очень ты склонна распространяться об этом парне, — лениво заметил Норман. — Верно, скучная оказалась работенка? И долго ты выдержала при этом графомане?

— Три года.

— Три года! Боже милостивый, убить три года на одну рукопись!

— О, мой работодатель отличался методичностью. — Линн и здесь не солгала: Реймонд и впрямь по несколько раз перерабатывал каждую главу. — И конечно, писал он не все время.

Если Норман вбил себе в голову, что секретарша не осталась равнодушна к таинственному сочинителю, — это его проблемы. Нечего лезть не в свое дело! И Линн демонстративно раскрыла папку.

— Не возражаешь, если я прогляжу материалы?

— Отличная идея, — улыбнулся Норман. — Потом скажешь мне, что думаешь по поводу усадьбы. Мы ведь так и не поговорили толком.

— Не поговорили, — подтвердила она.

Судя по всему, Корт-хаус содержался в идеальном порядке. А вот и фотография нынешнего владельца на фоне особняка. Линн непроизвольно поморщилась: ее давний воздыхатель почти не изменился. Слегка располнел, но по- прежнему был хорош собой. Интересно, женат ли он? Из слов Нормана этого не следовало: шеф ни разу не упомянул о миссис Монкфорд…

Линн захлопнула папку и снова положила ее на заднее сиденье.

— Ну? Что скажешь?

— Усадьба просто грандиозна! И каковы же планы владельца касательно особняка?

— Часть дома отводится под жилые апартаменты. Все остальное — законная добыча туристов. Особняк просторный, места всем хватит!

— Неудивительно, что наш титулованный собственник оказался на мели, — отозвалась Линн, искусно имитируя профессиональный интерес. — Чтобы содержать такую махину, последнюю рубашку продашь! Одни земельные угодья чего стоят! Тут не обойтись без целого штата садовников!

— Ну, я так понимаю, что владелец мало-помалу землю распродал. Остались только английский парк с розарием, лабиринт из стриженых кипарисов и небольшой яблоневый сад.

Сад Линн помнила превосходно. Вечерами, закончив работу, она, бывало, прогуливалась там в одиночестве. По весне деревья одевались в белопенные уборы из благоухающих цветов, а осенью землю устилал темно-бордовый ковер палой листвы. Три года, проведенные в усадьбе, казались зыбким, неуловимым с ном, что с годами обретал все более пугающую отчетливость…

Линн закусила губу, от души надеясь, что Реймонд при виде нее проявит разумную сдержанность. Если повезет, возможно, ей даже удастся переговорить с хозяином Корт-хауса наедине. И она попросит Реймонда держать язык за зубами: дескать, о прошлом она забыла и в напоминаниях не нуждается.

Следовало признать, что Монкфорд-младший на откровенную подлость не был способен. Их роман оборвался на горькой ноте, но, оглядываясь назад, Линн видела: виновата она сама. Питала напрасные надежды. Не поняла, что богатство и знатность диктуют свои законы.

Даже сейчас Линн испытывала унижение, вспоминая, как на лице возлюбленного отразились удивление и ужас, стоило ей упомянуть о законном браке и нерушимости семейных уз. Молодой человек принялся смущенно оправдываться. Увы, к долгосрочным обязательствам он еще не готов. О да, Линн ему очень нравится, но… Он так и не сказал вслух того, что читалось в его взгляде: на роль хозяйки усадьбы безвестная мисс Бекиншоу просто-напросто не подходит…

Несчастная любовь изменила ее отношение к противоположному полу. Линн схоронила чувства в глубине души, за семью печатями, и там бы им и оставаться, если бы не вмешалась судьба. Ох, и зачем Норман Дейл проявил настойчивость!

— Да что с тобой стряслось? — возмутился шеф, и молодая женщина, вздрогнув, очнулась от раздумий. — Ради Бога, Линн! Куда нам сворачивать?

— Прости.

Линн уставилась в карту, лежащую у нее на коленях, понятия не имея, где именно они находятся, и наконец не придумала ничего лучше, как спросить у шефа. Тот, сдерживая раздражение, с демонстративной услужливостью указал нужное место.

На работе Линн никогда не позволяла себе отвлечься. Стоило Норману упомянуть о чем- либо, и она ловила мысль на лету, проявляя завидные расторопность и исполнительность. С другой стороны, никогда еще в мыслях у нее не царил такой хаос…

— Послушай, — проговорил Норман, с горем пополам выяснив маршрут. — Не знаю, что за драма произошла в этих краях, но ведь с тех пор много воды утекло. Давно пора выбросить из головы весь этот вздор!

— Я в полном порядке, — поспешно возразила Лини. — Просто разволновалась немного при виде знакомых мест.

— Горько тебе, видать, пришлось, раз за столько лет дома ни разу не побывала!