Спуститься с небес - Мэгги Чарльз

Два года они провели в разлуке. Два года — большой срок, через который не так-то просто перешагнуть. Впрочем, теперь, напомнил себе Джош, это не имеет значения. Ведь весной Марта выходит замуж за Тони Эшфорда.

Джош никак не ожидал, что сама мысль о замужестве Марты причинит ему такую боль. И вдруг, забыв о всех своих благих намерениях, о твердых решениях, о клятвах, которые давал самому себе, Джош спросил:

— Скажи-ка, прежде, чем ты осядешь в Англии, не сможешь сделать один материал для «Стиля жизни»?

Мысленно Джош перебирал темы будущего выпуска. Хоть бы там нашлось что-нибудь такое, против чего Марта не сможет устоять!

Марта онемела от изумления. Если бы кто-нибудь спросил ее: «Чего не может случиться с тобой никогда и ни при каких обстоятельствах?», она, не раздумывая, ответила бы: «Я никогда не получу заказ от Джоша Смита».

— Ну… — пробормотала она, немного придя в себя, — ты… что ты конкретно имеешь в виду?

Джош ответил первое, что пришло ему в голову:

— Я хотел бы сделать острую статью на тему «Личность в политике», — объявил он. — Однажды, слушая речь кандидата в мэры, я задумался: а зачем, собственно, он в это ввязался? Реальная власть мэра невелика — на самом деле всем в городе заправляет совет из семи членов. Зарплата, как я выяснил, тоже небольшая. Тогда зачем?.. Может быть, он мечтает стать президентом, а пост мэра для него — лишь первая ступенька на пути к вершине? Или просто тешит свое тщеславие? — размышлял вслух Джош.

— Звучит интересно, — осторожно заметила Марта. — Но зачем тебе фотограф?

Джош нахмурился:

— Чтобы делать снимки, зачем же еще?

— Фотопортреты разных политиков?

— Нет, это было бы слишком примитивно, — ответил Джош, мысленно ругая себя за необдуманное предложение.

Хотя последняя работа Марты и была связана с женщинами в политике, вообще говоря, политика — не ее стихия. На рабочем столе Джоша в редакции лежали все материалы, отснятые Мартой за последние два года. Среди них — уникальные фоторепортажи, где каждый снимок буквально искрился ее талантом. Марта своеобразно видела мир и умела донести свое видение до зрителя.

Мысль Джоша отчаянно работала.

— Я хотел бы, — начал он, — чтобы в поле зрения попали четыре различных политика из разных районов страны. Скажем, так: мистер Северо-Восток, мистер Юг, мистер Средний Запад и мистер Западное Побережье. Нам нужны достаточно крупные шишки — чином не ниже губернатора. С другой стороны, они должны быть новичками в большой политике. Я хочу узнать и показать читателям, что это за люди, чем они живут и дышат. — Идея Джоша, спонтанно возникшая в голове, неожиданно заинтересовала его самого. Он продолжал со все возрастающим воодушевлением: — Так что, как видишь, о каждом нужно будет снять целый фоторепортаж. Получив пост главного редактора, — продолжал он, — я решил не бросать прежнюю работу. Руководитель должен быть в курсе дел своих подчиненных и не отставать от жизни. Так что этим материалом я займусь сам, — небрежно произнес он фразу, ради которой и затеял весь этот разговор.

— Придется очень много ездить, — заметила Марта.

— Да, немало.

Джош не позволял себе думать о поездках вместе с Мартой. Хотя Марта сделала немало материалов для «Стиля архитектуры» и «Стиля жизни», они ни разу еще никуда не ездили вместе. Тот единственный заказ, над которым они работали вдвоем, был связан с Уотч-Хиллом: Марта поехала туда, а Джош остался в Нью-Йорке и, когда было нужно, звонил. В то время ему не грозила опасность проводить вдвоем с Мартой целые дни. Долгие дни в незнакомых местах…

И снова Джош напомнил себе, что Марта скоро выйдет замуж. И переселится в Англию.

— Не знаю, Джош. Не знаю, хватит ли мне времени… — нерешительно заметила Марта.

К собственному удивлению, Джош немедленно ответил:

— В следующем месяце займемся Югом. Затем отправимся на Юго-запад… скажем, в Калифорнию. После этого возвращаемся на Восток, по пути задержавшись на Среднем Западе.

— Если уж на то пошло, Джош, в Штатах есть и другие значительные регионы. Даже на Северо-Востоке, например, Мэн и Коннектикут — это почти что две разных страны!

— Ну, детали я еще не проработал, — уклончиво ответил Джош.

Они стояли в холле у дверей в гостевую комнату. Вдруг из-за двери раздался детский плач.

— Ой! — воскликнула Марта. — Похоже, малыши проснулись. Пойдука позову Дженнифер!

Дженнифер уже накрыла на стол, и они собирались сесть, но тут раздался детский крик. Услышав, что малыши проснулись, она схватила две бутылочки с молоком и побежала в детскую, пригласив Марту помочь. Марта хотела было отказаться, она боялась, что, взяв ребенка на руки, тут же уронит его и разрыдается. Однако отказаться значило обидеть подругу.

Пока Дженнифер занималась Каролиной, Марта держала на руках маленького Джоша. Он, пыхтя, сосал молоко из бутылочки, а Марта думала: «Неужели его тезка в шесть месяцев, был таким же?».

— Я кормила их грудью до четырех месяцев, — рассказывала Дженнифер. — Пока педиатр не сказал, что их пора переводить на искусственное вскармливание. Ты посмотри, как сосет! — воскликнула она, с нежностью глядя на круглую головенку Каролины. — Еще немного — и бутылочку проглотит!

— Они просто прелесть, — дрожащим голосом подтвердила Марта.

Дженнифер внимательно взглянула на подругу, затем заговорила совсем другим тоном:

— Я знаю, что лезу не в свое дело, но… я, конечно, рада, что ты помолвлена, но, знаешь, я всегда надеялась, что Джош наконец придет в чувство, и ты станешь моей невесткой.

— Я знаю, — тихо ответила Марта, стараясь не расплакаться. — Знаю. Но, пожалуйста, — взмолилась она, — не начинай все сначала!

— Марта, мне трудно об этом не думать. Я ведь люблю и тебя, и Джоша. Мне больно видеть, что вы оба несчастны.

Марта горько рассмеялась:

— Неужели это так заметно?

— Ты очень старательно это скрываешь, но иногда чувства прорываются наружу. И с моим упрямым братцем та же история. Но…

Поколебавшись, Дженнифер продолжала:

— Может быть, я и ошибаюсь, но, мне кажется, Джош вернулся из Калифорнии на день раньше, потому что узнал, что здесь будешь ты. Я сказала об этом, когда говорила с ним по телефону. Он ничего не ответил, а сегодня утром без всякого предупреждения появился на пороге. Марта…

Марта не отвечала. Она напряженно обдумывала слова Дженнифер. Возможно ли, чтобы Джош вернулся в Нью-Йорк ради нее? Нет, Дженнифер заблуждается, и не стоит тешить себя напрасными надеждами.

Поколебавшись, Дженнифер добавила:

— Может быть, я не должна этого говорить, особенно теперь, когда ты выбрала другого… но, Марта, мой брат любит тебя. И я не могу не верить, что и ты его любишь. Любовь — не игрушка: ее нельзя просто сломать и выбросить.