Пламенный вихрь - Бренда Джойс

— Одурачил всех юных леди, — поддразнил Грант. — Построил это чудовище на Фолсом-стрит только для себя… Бретт свирепо посмотрел на него:

— Это «чудовище» — образец хорошего вкуса и изысканности.

Грант рассмеялся; Барт — камердинер, дворецкий и мажордом Пола — пригласил их войти.

Пол встретил их в столовой. За длинным столом могло уместиться пятьдесят человек, но трое мужчин устроились с одного конца и за кофе, омлетом и картофельными оладьями обсуждали, заключить ли им несколько новых контрактов при том состоянии пароходства, каким оно было в этот момент, или для этого следует расширить дело. Бретт был за расширение, и вскоре они пришли к согласию. Эти трое не сумели бы составить свои состояния, не умей они рисковать. Однако Бретт понимал, что опасно разбрасываться, и он ощущал нехватку наличных. «Чудовище», как назвал его Грант, был немыслимо дорогой прихотью, с которой, возможно, следовало подождать.

Бретт отодвинул тарелку, откинулся на спинку стула и небрежно спросил:

— А где ваши гости?

Пол взял из рук горничной еще чашку кофе:

— Поехали кататься верхом. Сторм захотела посмотреть на океан, и отец решил отвезти ее. Он завтра уезжает.

— Вы говорили, что он ранчер?

— Да. А до этого был техасским рейнджером.

Бретт удивился: всем приходилось слышать россказни об этом неустрашимом племени. Но он был разочарован: ему хотелось еще раз взглянуть на Сторм.

— Марси заедет сегодня днем, Пол, — вмешался в разговор Грант. — Я собирался сказать вам.

— Хорошо. Может быть, она сразу отвезет Сторм к портнихе? Ей совсем нечего надеть. Такая досада.

В знак согласия Грант молча приподнял свою чашку. Именно в этот момент послышались голоса и раздался глубокий, звонкий смех Сторм. Оживившись, Бретт взглянул в сторону двери и был вознагражден появлением Дерека Брэга. Следом за ним вошла его дочь.

Бретт совсем забыл, как потрясающе она выглядит

— Как прогулка? — спросил Пол, когда мужчины встали.

— Просто удивительно, — воскликнула Сторм. — Мы были у океана. Я никогда не видела столько воды. И такие красивые пляжи! Не хотелось бы это признавать, но они гораздо лучше, чем наше побережье.

Дерек засмеялся:

— Что это? Моя маленькая техаска неверна?

Она ухмыльнулась и села рядом с Грантом на предложенный им стул. Дерек уселся по другую ее руку, и прямо перед собой она вдруг увидела темные завораживающие глаза Бретта д'Арченда. Мгновение он смотрел ей в глаза, не позволяя отвести взгляд. И в это мгновение, как будто длившееся вечность, Сторм забыла обо всем и обо всех в комнате. Казалось, что-то вынуждает ее смотреть в глаза этому незнакомому мужчине и она не в силах оторваться. Сердце ее забилось быстрее.

Грант что-то говорил.

Чувствуя, как пылает ее лицо, Сторм с трудом отвела взгляд от Бретта.

— Простите?

Грант засмеялся.

— Я знаю, что он красивее меня, но я жестоко уязвлен, — поддразнил он.

Лицо Сторм горело. К счастью, их прервала горничная с вопросом, не желает ли она позавтракать.

— Да, пожалуйста, — воскликнула Сторм. Ее сердце бешено колотилось. Боже, она ведет себя как последняя дурочка! Как она могла так пялиться на него?

— Моя жена, Марси, собирается заглянуть к вам сегодня днем, — продолжал Грант, Сторм удивилась:

— Зачем?

— Чтобы поздравить вас с приездом в город.

— Она тебе понравится, Сторм, — добавил Пол, — Она всего на несколько лет старше тебя. Надеюсь, вы подружитесь. Сторм с некоторым усилием улыбнулась.

— К тому же она хочет отвезти тебя сегодня к портнихе, — сказал Пол, надеясь доставить ей удовольствие. Сторм выглядела как громом пораженная.

— Сегодня?

— Тебе необходима одежда.

Сторм уставилась в свою тарелку. Вот, начинается,

— Папа завтра уезжает, — решительно заявила она, — и я бы предпочла подождать с этим до его отъезда.

— Это ничего, — сказал Дерек, похлопывая ее по руке, — поскольку сегодняшний день тебе уже спланировали, я уеду сегодня.

Она была ошеломлена.

— Вы уверены, что не хотите остаться? — спросил Пол. — Хотя бы на несколько дней?

— Мне не только нужно управлять ранчо, — ответил Дерек, — но меня к тому же ждет самая красивая и любящая женщина в мире. — Он улыбнулся: — Наверное, я зачарованный дурак, но мне чертовски ее не хватает.

— Папа, пожалуйста, не уезжай сегодня, — страстно прошептала Сторм, обращая к нему полные страха синие глаза.

— Мне действительно нужно вернуться, милая, — успокаивающе произнес он. — Выше голову, Сторм. Через несколько недель тебе будет так весело, даже не захочется возвращаться домой. — И, словно продолжая мысль, добавил: — Но ты вернешься.

Сторм уже не хотелось есть. Папа уедет сегодня! Будь проклята эта Марси Фарлейн с ее дружбой, и будь прокляты они все за то, что вынуждают его уехать! Она уставилась в свою тарелку, не замечая содержимого. Она была в ужасе — она, участвовавшая в схватках с команчами, ходившая на гризли в одиночку и даже как-то отразившая нападение бандитов. Тогда она не боялась, но теперь ей было страшно. Всю свою жизнь она чувствовала себя уверенно, окруженная любовью и заботой своей семьи. Хотя Дерек иногда надолго покидал их, уезжая по делам, с ней всегда были мать и братья. Она никогда еще не расставалась со своей семьей.

Сидевшему напротив нее Бретту стало жаль девушку. На самом деле она просто ребенок. Совершенно очевидно, что она не хочет оставаться в Сан-Франциско и не хочет, чтобы отец уезжал. Дикое, прелестное дитя. Почти женщина.

Пол прервал молчание:

— Милая, у меня для тебя отличная новость. Сторм с трудом оторвала взгляд от тарелки, пытаясь скрыть свое отчаяние.

— В пятницу Фарлейны устраивают маленький прием в твою честь.

— Что? — словно выдохнула она.

— Чтобы познакомить тебя с молодежью нашего города и несколькими холостяками.

Она не верила своим ушам. В пятницу… через пять дней. Боже милостивый! Ей придется быть в обществе элегантных мужчин и женщин… нет, она этого не вынесет!

— Bы и ваша жена очень любезны, — поблагодарил Дерек Гранта, бросая на дочь суровый, непреклонный взгляд.

— Это доставит нам удовольствие, — ответил Грант.

— Да, спасибо, — едва сумела выдавить Сторм, вставая. — Простите меня, пожалуйста. — Она повернулась и поспешно вышла из комнаты.

Четверо мужчин смотрели ей вслед. Пол и Грант — с удивлением, Бретт — со смесью удивления и восхищения от вида ее фигуры сзади, а Дерек — с угрюмым пониманием. Он повернулся к Гранту: