Ночь с красавицей - Лора Райт

Он еще готов допустить, что обязан предоставить этой женщине заботу, покровительство. Но его личная жизнь ее не касается. И никого не касается.

— Сегодня устроитесь на моей кровати. Не допущу, чтобы вам было здесь неудобно.

И опять быстрый укус вожделения. Эти ее вопросы, эти ее аристократические манеры… сводят его с ума. Он повернулся.

— Мы можем с вами разделить кровать.

На долю секунды их взгляды встретились, и она тут же опустила глаза к тарелке.

— Нет… Нет… — Щеки порозовели. — Нет, я не о том… Вы очень любезно предложили мне вашу кровать…

Дэн вздохнул.

— Завтра поедем в город. К врачу.

— Хорошо.

И она принялась жевать спагетти.

Вот доктор и освободит его от этой женщины навсегда. А потом все вернется на круги своя. Рыбалка. Проклятия. Забвение прошлого. Он будет ужинать в покое и не станет думать о красавице с фиалковыми глазами и о том, кому пригодилось его мыло.

В эту минуту красавица с фиалковыми глазами поднялась из-за стола и стала собирать посуду.

— Знаете, Дэн, а вы очень здорово готовите. Они с тимьяном или с томатным соусом?

Он пожал плечами. Может, она из дипломатических кругов?

— Спросите у шеф-повара.

— У вас есть шеф-повар?

Дэн растерялся и почти тут же издал легкий смешок — видит Бог, совершенно искренний. Опершись на раковину, он тряхнул головой.

— Да, пожалуй, у вас вправду отшибло память. Это же макароны из банки.

— Значит, повар в банке?

Он кивнул.

Она расплылась в широкой улыбке. Он тоже.

Дэн забрал тарелки и поставил их в раковину. На этот раз они даже не звякнули. Она обезоруживает его своей улыбкой и простодушием. Поразительно.

Но и тревожно. Если она заставила его улыбнуться (и засмеяться!) раз десять за один-единственный день, значит, в ней кроется такая серьезная опасность, о существовании которой он не мог и думать.

— Вам бы лучше лечь, — предложил он. — Мой конь тоже пострадал, так что я должен взглянуть на него.

Она кивнула.

— Может, я все-таки могу вам чем-нибудь помочь?

— Нет, ничем.

— Ну что ж, еще раз спасибо за ужин.

— Не за что.

— Как же я надеюсь, что утром ко мне вернется память.

— Я тоже надеюсь.

Самые правдивые слова за всю историю человечества.

— Да-да. Доброй ночи.

Очередная улыбка, противостоять которой невозможно.

— Спокойной ночи, Ангел.

Дэн достал из холодильника бутылку пива и прошел к дивану, на котором ему предстояло провести ночь. Последние языки пламени все еще трещали в камине, разбрасывали искры, боролись за жизнь.

Четыре года он ползает на брюхе, не желая встать и распрямиться. До сих пор он не думал, что ему достанет мужества для этого.

До него донесся звук расстилаемого в спальне ватного одеяла, затем — легкий скрип кровати.

А вот ее присутствие придает ему кураж, ему хочется расправить плечи.

Допив пиво, он пошел к выходу.

Рядом с ней он чувствует новый голод — грозный и неотвратимый.