Этот дождь решает всё - Валерия Савельева

– Значит, идешь? – хитро уточнил Никита.

– Только если джентльмен встретит даму у ее до-ома…

– Боишься несексуальных маньяков?

– На самом деле темноты, но и твой вариант неплох. – Я показала трубке язык. Знала, что Никита не видит, но почему-то жутко захотелось.

– Окей, жди. Буду рядом с твоим домом – позвоню. – И он отключился.

Я кинулась в ванную, чтобы привести себя хотя бы в относительный порядок, ибо по выходным совершенно не следила за внешним видом. Болталась по квартире со спутанными волосами, одетая в мужскую майку огромного размера, и просто наслаждалась спокойствием. Но разве с Зиминым жизнь может быть спокойной? Нет, определённо.

* * *

Погода действительно слишком уж разгулялась и подарила людям сильный снегопад, но сегодня он почему-то даже радовал. Колючие снежинки залезали за шиворот и царапали щеки, а мы бродили по городу, обсуждая всякие глупости. Правда, когда снегопад стал совсем уж беспощадным, мы все же спрятались под козырьком ближайшего подъезда и теперь пытались сквозь белую пелену разобрать, что именно и где находится в неизвестном дворе. Выходило забавно, смахивало на игру.

– Смотри-смотри! – Зимин указал на виднеющийся за плотной стеной снега силуэт. – Вот там точно должен быть монстр. Злющий такой, с кучей зубов!

– Болван, это мусорки, – рассмеялась я в ответ.

– Да ну тебя, не бывает зубастых мусорок! – возразил Ник.

– Где ты зубы увидел?

– Во-он, белые…

Примерно так мы и глупили, пока Ник не заговорил о Барабине. Случилось это как-то внезапно: вроде бы секунду назад мы носились по двору, даже в такую метелищу умудряясь играть в снежки – идея Зимина, я тут ни при чем, – и тут Никита, оказываясь рядом, заявил:

– А ведь Колька тот еще садист.

Я удивленно захлопала глазами, пропустив последний снежок, который Ник просто-напросто «размазал» мне по шапке. Я не поняла, к чему это было сказано, но настроение тут же поползло вниз. Стало холодно, неприятно стоять на ветру… и я, не отвечая, поплелась прятаться под козырьком подъезда.

– Ну, возможно, – согласилась я уже там.

– Он тебя унижает, подчиняет и – я уверен – даже в постели хочет жестокости.

Услышав это, я покраснела, но вовремя успела спрятать лицо за шарфом. Обязательно было добавлять последнее? Да, Коля был несколько… Черт, ну не с Никитой же это обсуждать!

– Возможно, – выдавила я кое-как.

– Софи-и-и… – Ник возвел глаза к небу, – я тут план продумываю, а она ломается. Ау, малыш, не предлагаю попробовать со мной и сравнить, просто хочу удостовериться. Садист?

– Садист, – подтвердила я со вздохом.

Нет, не то чтобы Барабин любил извращения, если бы так, я бы от него давно сбежала, но… он правда всегда был несколько жесток и, похоже, получал от этого удовольствие, не думая, каково мне. Будто ему вечно требовались доказательства собственной силы и власти. Раньше я почему-то мирилась с этим, а сейчас… такое поведение вдруг показалось мне особенно противным.

– Так это великолепно! – заявил Ник.

Я перевела на него задумчивый взгляд. Великолепно? С чего бы это?

– Просто я, кажется, знаю, как действовать. Надо сыграть на его же пристрастиях, – с энтузиазмом продолжил он развивать свою мысль.

– Желаешь податься в садисты? Гоняться за мной по вузу с хлыстом?

Представив Никиту в коже, сидящего на преподавательском столе с плеткой в руках, я не смогла удержаться от смеха. Да, Зимин, тебе это не пойдет, не мечтай. Брутала из тебя не выйдет, по крайней мере, для меня. После заявления о зубастых мусорках-то…

– Да ну тебя, Разина, все-то переиначиваешь, – недовольно отозвался Ник, будто угадав, что я себе вообразила. – Я просто хотел сказать, что можно ударить по больному – по доминантной позиции.

– Ну да, ему просто необходимо чувствовать себя сильней, – согласилась я. – Но что это знание дает? Как мы «ударим»?

Никита открыл рот, набирая побольше воздуха, будто собирался что-то объяснять, да так и выдохнул, качая головой.

– Не знаю. Но хоть зацепка есть.

Такой забавный. Казалось, действительно волнуется, хочет помочь… проникся желанием доказать, что я сильней Коли и достойна лучшего. Смешной такой, встрепанный…

Я шагнула ближе, протянула руку и провела пальцами по лбу Ника, заправляя под шапку выбившуюся прядь. Склонила голову, утыкаясь носом в холодную ткань его куртки.

– Никит, осталось всего три дня. Мы не придумаем ничего, надо признать.

Да, пора уже было поглядеть правде в глаза. Мы проиграли.

* * *

Но разве Зимин может хотя бы денек позволить мне похандрить и оставить без очередной «прекрасной» идеи? О нет, тогда это будет не он!

Уже на следующий день Ник после первой пары словно материализовался из ниоткуда и подскочил ко мне, с энтузиазмом вещая о какой-то непонятной вечеринке. Сообразить, о чем же речь, я смогла, только когда кое-как заставила его повторить все заново и помедленней.

– Софи, я же сказал, это идея! Мы покажем Кольке, где раки зимуют! – утверждал Зимин. – В общем, Оксанка Демидова устраивает новогоднюю тусовку на даче. Вход по приглашениям, собираются самые «классные» ребята вуза, в том числе Барабин.

– И что? – угнаться за его мыслями все никак не получалось.

Что общего между нами и «крутой вечеринкой»? Демидова – дочка богатеньких родителей, фифа на год старше нас. Учится на специалиста по международным отношениям, знает несколько языков, обожает дорогие шмотки и крутые тачки, а проще говоря, с жиру уже бесится. И да, о моем существовании она даже не подозревает, хотя мы пересекались разок – Коля с ней в хороших отношениях, у них родители, кажется, знакомы.

– У тебя же никаких планов на Новый год?

– Никаких, – осторожно ответила я, одаряя Ника очередным подозрительным взглядом. – С родителями собиралась проводить.

– Великолепно! – Никита засиял.

– А при чем тут это?

– Там мы сможем ударить Колю по больному…

Я буквально подавилась, не сдержав смеха. Там? Он что, с дуба рухнул? Да кто пустит нас на крутую вечеринку для богатеньких? Такое только во сне бывает! Нет, не отрицаю, что Зимин, может, как-нибудь и получит приглашение, например, от одной из козочек, живущих такими тусовками, – все же парень видный, популярный, красивый. Скажет, что бывшую лохушку уже бросил, и получит заветный пропуск. Но вот ту самую «бывшую», а точнее меня, никто там не ждет.

– Ник, не дури! Мы туда даже не попадем. Ни за что, – выдавила я, отсмеявшись. – Так что не строй никаких планов.

– Даже выслушать не хочешь?

Но я наотрез отказывалась знакомиться с заведомо провальной затеей. Проникать тайно на скрытую за высоким бетонным забором – уверена, что так оно и есть, – дачу Демидовой как-то не хотелось. А исполнить идею Ника можно только таким образом.