Безжалостный обольститель - Джулия Лэндон

Он только хотел знать, где Софи.

Когда они вернулись домой, Джулиан бросил на нее испепеляющий взгляд. Выходя из кареты, он подал ей руку, и Клодия вцепилась в нее, не желая отпускать. Он с силой вырвал руку, едва не оттолкнув Клодию. Не обращая внимания на оцепеневших лакеев и кучера, он ворвался в дом и начал стремительно подниматься по лестнице. Клодия последовала за ним.

Войдя в свою гостиную, он резко обернулся к ней, судорожно хватая ртом воздух и срывая галстук.

– Где она?

– Прошу, выслушай меня...

– Где она? – взревел он. Клодия в страхе попятилась.

– Клянусь тебе, Джулиан, она в безопасности...

– Как ты смеешь мне клясться! Ты хотя бы понимаешь, что совершила преступление? Где она?

– Я... я не скажу тебе, пока ты в таком состоянии.

Ярость ослепила его. Он резко отвернулся от нее, обхватив голову руками, пытаясь заглушить пульсирующую в висках боль.

– Не играй со мной, Клодия! – выдохнул он. – Ради всего святого, что ты сделала с ней?

– Он... бил ее, Джулиан! – закричала она. – Я видела синяки, и я испугалась за ее жизнь!

Остатки спокойствия покинули его. Он словно окаменел и с трудом заставил себя повернуться и посмотреть на нее. Краска отлила от ее лица, в глазах блестели слезы. Черт возьми, это правда. Страшный кошмар стал реальностью.

– Синяки, – хрипло прошептал он.

Она горячо закивала, вытирая ладонями слезы:

– Все тело у нее в синяках. Она сказала… сказала, что он бил ее там, где не будет заметно.

Господи, почему земля не разверзнется и не поглотит его? Почему он должен терпеть эти невыносимые муки?

– Почему ты мне не сказала? – хрипло спросил он, и когда Клодия не ответила, ярость вновь вспыхнула в нем.

– Потому что боялась, – проговорила она. – Боялась, что ты заставишь Софи вернуться к нему, а этого я бы не вынесла! И мы так торопились...

– Как же, должно быть, ты презираешь меня, Клодия! Неужели я настолько бессердечен, что оставил бы сестру в руках этого чудовища?

– Я только хотела помочь Софи...

– Ты хотела унизить меня! – рявкнул он. – Если, бы у тебя была хоть толика разума, ты бы сказала мне! Я бы помог ей. Господи, она же моя сестра! Но нет, ты предпочла показать всему миру мое бессилие!

Клодия смотрела на него разинув рот.

– Я тебя правильно поняла? Ты зол, потому что задета твоя мужская гордость? – с недоумением спросила она.

– Благодаря вам, мадам, у меня не осталось гордости. Вы лишили меня даже этого. Ты выиграла, Клодия. Ты взяла меня измором, физически и морально!

– Я взяла тебя измором? Нужно ли напомнить вам, сэр, что это вы соблазнили меня? Ваша похоть! Только поэтому мы сейчас и оказались здесь.

– Да вы, собственно, не особенно сопротивлялись, леди, – ответил он, отмахиваясь от правды в ее словах.

Она возмущенно ахнула:

– Да, да, я сама этого хотела! Я выпила слишком много шампанского, а ты... О, пожалуйста, только не напоминай мне, как я всю жизнь заблуждалась в том, что касалось тебя!

Гнев яростно клокотал в его груди, отдаваясь в горле, в висках, и Джулиан с угрожающим видом шагнул к ней:

– Только не говори мне о заблуждениях! Мне следовало прислушаться к голосу разума и оставить тебя в покое с твоим высокомерием! Но твой отец умолял спасти твою репутацию! Знай я, что из-за тебя жизнь моя будет загублена, я не внял бы его мольбам!

– Если бы ты хоть раз выслушал Софи вместо того, чтобы упиваться своей правотой и непогрешимостью, этого бы никогда не случилось!

Ах, значит, это он во всем виноват?

– Да если бы я прислушивался к разуму, а не к своей чертовой плоти, не было нашего с тобой брака, уверяю тебя.

Это больно задело Клодию. Она даже отшатнулась, словно ее ударили.

– Ты неисправим, да? Главное для тебя – желание, и тебе все равно, с кем ты его удовлетворяешь, лишь бы тело было теплое. – Истерический смех заклокотал в ее горле. – Господи, я же поверила, когда ты сказал, что любишь меня! Но это была всего лишь еще одна ложь, да? Еще одна ложь, чтобы заманить меня в постель. Ты мне омерзителен!

– Эта ложь была не страшнее твоей, Клодия. Я тоже хотел поверить тебе, но, похоже, мы были обречены с самого начала. Что же, можешь больше не тревожиться – я скорее предпочту отправиться в долговую тюрьму, чем пожелаю тебя в моей постели. Единственное, что мне от тебя нужно, – это узнать, где моя сестра.

Клодия зло прищурилась:

– Нет.

– Ты что, думаешь, это игра? – раздраженно рявкнул он. – Еще одна из твоих фантазий насчет женщин, правящих миром?

– Я сказала: она в полной безопасности. Но где, ты не узнаешь, пока не успокоишься. Ты не можешь ехать за ней в таком состоянии.

Он бросился к ней, но Клодия успела отскочить.

– Ты не заставишь меня сказать! – крикнула она и, резко повернувшись, выбежала из комнаты.

Внезапно возникший в памяти образ непокорной маленькой девочки потряс его. Он устало опустился на одно колено и закрыл глаза рукой. Она все-таки сумела окончательно добить его. Не забавно ли, что все это время он боялся испортить ей жизнь.

У них нет выбора: надо покончить с этим браком, превратившимся в фарс.