Продавец крови - Мария Устинова

Из разбитого носа натекло на воротник и грудь, влажные волосы облепили лоб, но ни одного огнестрельного ранения. Пустое лицо застыло, взгляд отрешенный, словно он смотрел дальше меня, стены за моей спиной, и дальше горизонта, черт возьми. От этого нечеловеческого взгляда пробрало до мурашек.

— Ну-ка иди сюда! — прорычал Эмиль сорванным голосом, обнажая зубы.

— Неудобняк, — пробормотал Андрей над ухом. — Он отбился.

Глава 52

— Эмиль? — голос был таким слабым, что я едва выговорила его имя.

Ноги подкосились, и я повисла на перилах. Не знаю, кому он это и не хочу выяснять. Эти дикие глаза вызвали почти потусторонний ужас.

— Иди сюда, я сказал! — два быстрых шага и он поднял оружие. — Отошел от нее!

На талии крепко сжалась ладонь, и Андрей рванул меня за собой по лестнице.

Эмиль не стал стрелять, и это давало нам шанс: в две секунды мы сбежали вниз, Андрей толкнул дверь и мы, разгоряченные и испуганные, вывалились на улицу и побежали к воротам.

Нас не стали задерживать — охранники сами были в растерянности, неуверенные, кто все-таки выиграл. Я пролезла между прутьями и остановилась за воротами, обернувшись.

Эмиль стоял на крыльце, что-то орал, но я не разбирала слов. Андрей перелез ограду и через несколько секунд я была в «мерседесе» и пыталась повернуть ключ трясущими руками.

Андрей упал рядом, пристегнулся — лицо его было удивленным, словно он узнал новость, которая его ошарашила. Наверное, я выглядела так же, но переживать некогда: переключив передачу, я с визгом резины выехала на дорогу и выжала газ, да так, что машина пошла юзом.

— Давно я так быстро не бегал, — Андрей невесело рассмеялся. — Я думал, ему конец!

— Как считаешь, что он от нас хотел? — я пялилась в зеркало заднего вида, проверяя, никто ли за нами не гонится. Пока дорога пустая, но сильно я на это не надеялась.

— Сейчас не хочу выяснять и так нехорошо. Меня так точно прибить хотел. Я на его разборки пришел и при всех от него отказался.

Далеко я не уехала, у меня тряслись руки, а нога дергалась на педали. Несколько улиц — лишь бы убраться подальше, и я загнала машину в один из дворов, чтобы ее не увидели с дороги.

Бросив руль, я закрыла лицо руками, пытаясь прийти в себя. Меня так захлестнули эмоции, что я не чувствовала собственного тела.

— Ты нормально? — на спину легла ладонь.

Я кивнула, не вдаваясь в подробности. Нормально ли я? Я его мысленно похоронила, а потом он напугал меня до смерти.

Андрей осторожно убрал мои руки от лица и развернул к себе.

— Перенервничала?

— Не то слово…

Андрей со вздохом откинулся в кресле, глядя в темноту. Лицо стало серьезным, а с ним такое редко бывает. Здоровая сторона лица была ко мне, и выглядел он совсем, как раньше. Я даже подумала, что сейчас он опять рассмеется и ляпнет что-нибудь утешающее, но он молчал.

— Думаешь, Эмиль его убил? — я имела в виду Вацлава, но побоялась сказать имя вслух. Другие вампиры меня так сильно не пугали.

— Кишка у него тонка, — буркнул Андрей. — Впечатляет, конечно… Но у него был только пистолет, а так его не завалишь. Я бы не стал даже пытаться.

— Ты серьезно? — напряглась я.

— Из того, что я про него слышал — да. И на вид сильный. Не по зубам он твоему говнюку, Кармен. Тебе лучше, можешь ехать?

— Куда? — не поняла я.

— У меня опять начинается… — он взглянул на меня своими огромными зрачками. — Кровь нужна. Не хочу рисковать, с такими травмами нельзя тянуть.

Я включила верхний свет и наклонилась, рассматривая его. Глаза, понятно, но я искала другие признаки, словно это могло помочь. Выглядит спокойным, хотя губы приоткрыты, на висках выступил пот. Может, терпит голод, чтобы меня не пугать.

Он кривовато улыбнулся. Из-за раздробленной челюсти это выглядело жутко.

— У тебя есть где-то запас? — спросила я. — Ты же предлагал уехать вместе, как ты планировал это сделать без крови?

— Дома есть, но теперь лучше туда не соваться.

— Из-за Вацлава?

— Из-за Эмиля. Надо поискать, кто продаст.

Я кивнула, чувствуя злость. Раньше можно было купить у охотников, но теперь, когда Феликс подгреб бизнес под себя непросто кого-то найти. Даже Алена неизвестно где. Тем более, ему нужно много.

Можно съездить к Феликсу и его ограбить, главное — доехать. Но отсюда далековато, а Андрей уже дышит часто и азартно.

— Плохо получилось, — извиняясь, улыбнулся он.

— Как всегда… Я сейчас, — сказала я и кивнула на вывеску магазинчика рядом. — Воды себе куплю, потерпишь?

— Давай быстрее, — буркнул Андрей. — Не вовремя тебе попить захотелось.

Я выбралась из машины и пошла к магазину. Интересовал меня не он, а аптека рядом. Я встала в конец короткой очереди. Красноносый парень с явными симптомами гриппа хмыкнул, оглядывая меня с ног до головы. Мне было все равно. Согласна, странно выгляжу.

Наконец, подошла моя очередь. Одежда, потерянный вид — сейчас все черт знает что подумают. На всякий случай я дружелюбно улыбнулась и сказала:

— Шприц и бутылку воды.

Получив желаемое, я вышла на улицу и прищурилась в сторону машины — вроде Андрей внутри, только откинулся назад. Я прошла через двор, нашла гаражи и забралась между ними. Опустилась на корточки и вскрыла упаковку — нужна только игла.

Воду я вылила на землю, закатала рукав и нашла вену на запястье. Правую пожадничаю, а локоть и так пострадал. Никуда мы не доедем, а я не хочу, чтобы он начал кидаться на людей.

С этим однозначно нужно что-то делать, но что — я не знала. Я не обязана за ним присматривать, но чувствовала себя виноватой в том, что произошло. Он подсел из-за меня и пока все не закончится, у него не будет возможности слезть.

Игла вошла в вену болезненным движением, и я опустила руку, подставив горлышко бутылки под струйку. Вторая кровопотеря за день даром не пройдет, знаю. Но какой у меня выбор?

Запястье ныло, а кровь текла очень медленно. В бутылке пятьсот миллилитров, нужно заполнить хотя бы треть. Между гаражами было холодно, сидеть на корточках неудобно. Я привалилась спиной к металлической стенке. Куртка слишком короткая, футболка грела мало, так что спину обожгло холодом. Оружие сильно вдавилось в живот. Я бы села иначе, но у меня уже не было сил.

У меня кружилась голова. Главное, не закрывать глаза, иначе потеряю равновесие. Не хочу разлить то, что