Лимб. Анафемные души - Елена Филон

– Потому что такой проводник по пути подвернулся. Я тоже не в восторге.

– Она поглотила душу этого проводника?

– А что ещё ей оставалось? – протягивает с невозмутимым видом. – Надо ж ей было как-то меня найти.

Свихнуться можно…

– Значит… она просто вернулась в Лимб в виде сгустка энергии, нашла вот этого бедолагу и воспользовалась его телом?

– Вроде того.

– Она убила его!

Рэйвен равнодушно пожимает плечами:

– Во всём есть свои издержки.

– И что потом? – качаю головой. – Снова сделаешь её волчицей?

– Ну да.

– Почему именно волчицей?

– Потому что это выбранная мною форма, – прожигает взглядом. – Лори не нужно пожирать души других заблудших для существования, ей вполне подходит сущность фантома материализованная в любую из выбранных мною оболочек. Слушай…

– Почему волк?

Всплескивает руками:

– Просто… мне так захотелось. Не знаю. Слушай…

– Всё это время Лори была в теле фантома? – вновь перебиваю.

Взгляд Рэйвена тяжелеет ещё больше:

– Фактически – да. И можешь поверить, её это вполне устраивало. Задача такого Осколка – всегда находиться рядом с палачом и безоговорочно выполнять его команды. Только его… с чем вышел небольшой казус. Да, Лори?

Как же жутко слышать, как мужики скулят. Неправильно и дико до абсурда. И на меня ещё смотрит.

– П-привет… Лори, – скупо отзываюсь.

– Я сказал: убери свой слюнявый язык! – гаркает на неё Рэйвен. – Фу.

– И что… у других палачей тоже были такие Осколки? – говорю заторможено.

– Понятное дело.

– И кем были Они?

Щурится:

– Ты сейчас Меня об этом спрашиваешь?..

Ну да, откуда ему знать.

– Постой, – ну вот и новая мысль проснулась в голове, – если Лори – твой Осколок, получается… Где же она была? Где оказалась в мире живых?

Кажется, и Рэйвена эта мысль крайне озадачила. Потому что если Лори – часть его, то попасть волчица могла только в одно место… В место, к которому сам палач был привязан при жизни.

– Мы позже с ней об этом поговорим, – прячет заинтересованность.

– Тебе ведь интересно!

– Нет.

– Да.

– Нет.

– Да, Рэйвен!

– Замяли, – поворачивается ко мне задом и шумно вздыхает.

– И как много ты в Неё спрятал? – всё ещё прибывая в смятении, смотрю на Лори.

Как много в Рэйвене было хорошего? Какие из его лучших чувств сохранила в себе волчица?

И здравствуй новая безумная мысль вспыхнувшая в голове.

– Почему она меня слушала? – буквально задыхаюсь от понимания того, что всё это могло значить. – Рэйвен, – сверлю взглядом его затылок, – ты говорил, что у тебя нет сердца. Это потому что Лори отвечает за тёплые чувства, которое оно может испытывать? Поэтому она ко мне…

– Трижды подумай над тем, что собираешься сказать, – обрывает меня угрожающим голосом, а я в ответ горько усмехаюсь:

– Ещё не сказала… а ты уже подтвердил.

Круто разворачивается ко мне, а я даже не вздрагиваю. Не боюсь его. Никогда не боялась. Лори – подтверждение тому, что у Рэйвена есть светлая сторона, и пусть отрицает очевидное сколько угодно. Лимб сделал его таким, а не родители.

– Эй, Лори, – обращаюсь к Осколку, но смотрю на озлобленного палача, – я ведь нравлюсь тебе?

Довольное тяфканье мужчины тому подтверждение.

Улыбаюсь остро и широко, горько и холодно:

– А тебе Рэйвен?

Озлобленность гаснет на его лице,, и вот он – этот взгляд. Тот, который ждала, который искала: приземлённый, настоящий, человечный. Сомневающийся.

Резко хватает меня за руку и тащит за собой.

– Пора, – объявляет мрачно. – Окно открыто. Готова сказать привет чистому сектору?

Толкает в спину, и я лечу вниз, в пустоту, в петлю затягивающуюся на шее руками палача.

Глава 24

Чистый сектор. Девственная чистота. Лимб в его первозданном виде. Спящая материя, не активная, не подвластная материализации, мирная.

В Подземном городе мне лишь единожды свезло услышать об этом секторе. Они – не редкость; большинство из секторов Лимба рано или поздно очищаются, перестраиваются и материализуются заново, однако попасть в чистый сектор настолько сложно, что это и возвышает его над остальными. А также делает опасным, смертельно опасным для любого, кому не повезёт получить здесь серьёзное ранение. Заблудшие в этом секторе – практически обычные люди без способностей ускоренной регенерации, спящая материя подобна клетке для души, дверца которой никогда не откроется. Души здесь просто погибают, заканчивают существование, ставят жирную точку в своей истории.

Вот куда привёл меня Рэйвен. В место, поражающее своей чистотой и ужасающее возможностями. Словно море из ртути под толстым стеклом, океан жидкой спящей материи, из которой всё состоит в Лимбе. Из которой даже тела заблудших состоят. Она везде – материя. И это все, что меня окружает.

Сектор, которому конца и края не видно. Под ногами – твёрдая поверхность, но стоит сделать шаг, и круги ряби расползаются под тяжестью ботинок. Словно ступаешь по воде, но не проваливаешься. Над головой – слой толстого непроглядного тумана. Никаких облаков, никакого неба и солнца, а если они там и есть, то их невозможно увидеть.

Сектор, который отдыхает, накапливает силы. Сектор, который станет моей могилой.

Здесь тепло. Настолько тепло, что тело быстро начинает отогреваться. Одежда оттаивает, оставляя под ногами лужи, а внутри наступает такое спокойствие, которого и желать не смела, представить себе не могла. Вот оно как – стоило оказаться здесь и принятие неизбежности больше не давит на плечи непосильным грузом, не разрывает голову криком о помощи, не душит сердце ложной надеждой.

Я просто здесь.

Я и мой палач.

Смотрю в его широкую спину и жду, когда приступит к работе. Набросится на меня, повалит на лопатки, вопьётся пальцами в шею. Задушит, уничтожит.

Жду этого так сильно, что готова кричать, лишь бы быстрее приступал к делу! Пока готова! Пока ничего не чувствую! Пока в голове пусто, а сердце не прострелило очередной ложной надеждой.

«Я не хотела умирать», – понимание этого дрожью проносится по телу.

Не хотела, там – в реальной жизни. Чувствую это, понимаю так ясно, что готова разрыдаться от простого осознания этого факта. Словно кто-то знающий наверняка, только что вложил эту мысль в мою голову и заставил её там вращаться, чтобы окончательно убедить – я не хотела умирать!

Но умерла.

Сама видела.

Никто не душил меня под водой, никто не толкал на дно – всё я. Мои действия, мои шаги, моё решение.

Не понимаю… Не понимаю, что это за странное чувство саднит в груди, будто… будто всё было не так.

Поднимаю голову на звуки приближающихся шагов.

Время пришло?

Маска жестокого убийцы успешно прикрывает сомнение Рэйвена, которое я видела