Фэйк - Елена Шарни

Дэвид кивнул.

– Привет, все. А почему ты не представила еще вот эту красивую девушку. Здравствуйте, меня зовут Дэвид, а вы…

И тут наступил момент узнавания.

– …Марджери – буквально выдохнул он.

– А у меня новая стрижка – та небрежно пожала плечами, оставляя мужа сидеть с открытым ртом.

Ну, хоть одна затея удалась – подумала я и сделала глоток «Забористого» прямо из бутылки.

– Да, Мардж преобразилась благодаря мне. Иногда хороший стилист – это все, что тебе нужно – заметила Элл и хихикнула, хотя Рауль всего лишь попросил ее передать тарелку с орешками дальше по столу.

– Кстати, а я не вижу подарка Рауля среди прочих – Элизабет подмигнула – Наверное, он хочет вручить его наедине…а возможно, это что-то очень романтичное, как серенада или стихотворение.

– Да нет, я… – Рауль вдруг замялся.

Я поняла, что его подарка среди других нет по одной простой причине – он его не купил. Ну да, с какой же стати – он ведь пришел «разбор полетов» устраивать. Да не нужен мне его подарок – еще подложит в отместку какую-нибудь петарду в коробку.

Но Элизабет, видимо, приняла замешательство Рауля за скромность:

– Значит, я была права, это действительно песня? – она захлопала в ладоши, довольная скорее не тем, что Рауль собирался петь, а тем, что угадала.

– Эээ… – кажется, у Рауля вдруг резко закончились все английские слова.

– Ах, как жаль – даже Мардж и Дэвид на секунду оторвались от созерцания друг друга – Значит, мы не услышим серенаду.

И тогда я (хотя, скорее всего это уже «Забористый» стал действовать) после очередного глотка возьми, да и ляпни:

– Рауль, не смущайся, когда мы встречались, у тебя рот не затыкался постоянно и особенно для песен. Все эти «аморе», «ти амо» и «те кьеро». Спой, светик, не стыдись.

Кажется, я все-таки получу свой лучший подарок на день рождение – поржу, когда он будет стоять с микрофоном в руке и блеять что-то.

Рауль вдруг коварно улыбнулся:

– Вообще-то, это был дуэт. Мы с Вирджинией хотели спеть дуэтом.

О, БОЖЕЧКИ!

– Как здорово! Я и не знал, что ты поешь – искренне удивился Патрик.

– Песня! Песня! Песня! – тут же раздался хор голосов за столом, даже Карл постукивал в ритм стаканом по столу.

Я жалобно посмотрела на Тину и Чарли.

– Эй, если Вирджиния не хочет, то не надо заставлять, это же ее вечеринка – попробовала разрядить ситуацию Тина – Давайте лучше резать торт.

– Песня! Песня! Песня!

Чарли вздохнул и поднялся:

– Слушайте, аматорское пение – это мука для ушей профессионального музыканта, так что пощадите.

Наглый испанец лишь пожал плечами:

– Ну, раз она испугалась, то ничего не поделаешь – кишка тонка. Так ведь говорят?

Я отхлебнула из бутылки и упрямо заявила:

– Ничего и не тонка, не бери меня «на слабо».

– Значит, споешь?

– Та запросто.

И вот тогда я действительно испугалась.

Ладно, пришло время рассказать мою страшную тайну, про эпизод из прошлого, который я всеми силами стараюсь похоронить в памяти. Седьмой класс. Конкурс талантов. Я уже не помню, какую песню мы с Чарли должны были исполнять, но я знала ее даже задом наперед, репетировала круглые сутки и особо гордилась похвалой отца, который утверждал, что мой чудный тембр и абсолютный музыкальный слух поразят аудиторию. Что сказать, я действительно тогда поразила…но несколько другим.

Мы с братом вышли на сцену, занавес раздвинулся, я увидела битком набитый зал, учителей, отца с мамой, в первых рядах директора, завучей. Зазвучала музыка, Чарли поправил гитару (которая тогда больше была для солидности), я открыла рот и…меня стошнило. Не просто стошнило…а СТОШНИЛО! Меня рвало и рвало фонтаном, прямо на сцене, словно в какой-то дурацкой комедии, хотя, скорее как в фильме «Экзорцист». В конце-концов, кто-то из учителей сжалился и увел меня, после чего я еще часа четыре проревела в школьном туалете. Надо ли говорить, что на следующий день я превратилась в главный объект дразнилок и получила кучу прозвищ. Поэтому, когда спустя год мама получила новую работу и мы переехали в Сан-Франциско, то я готова была расцеловать всю нашу дорогу из Огайо.

И если вы думаете, что это просто детская травма и все давно прошло – то нет. В студенческие годы я с компанией однажды зашла в ресторан с живой музыкой и решила вновь испытать себя. Но вместо звука у меня из горла вырывался лишь сдавленный хрип. Слава Богу, хоть не стошнило. В тот раз…

– Эй, мне ведь здесь еще работать. Пайк, тащи ведро и швабру и будь наготове – услышала я как Чарли отдает команды, и матерясь на себя и браваду, вызванную алкоголем непонятного происхождения, поднялась на сцену.

Рауль пролистывал список предлагаемых песен.

– Сразу предупреждаю – я не знаю никаких испанских романсов.

Возможно, все еще обойдется. Нужно только подобрать подходящую песню, вроде дуэта Сонни и Шер – I got you babe, где практически повторяется одна фраза. Какие еще композиции есть, где женская партия минимальная?

– Вот. Споем эту – Рауль ткнул пальцем и, не давая мне опомниться, кивнул Чарли, чтобы тот запускал музыку.

– Не думала, что вы знаете эту песню, это же начало 80-х The Human League – Don't You Want Me…может, лучше что-то из Шакиры или…

– Она веселая – Рауль ухмыльнулся – Тем более припев более чем красноречив – Ты же хочешь меня, детка?

И хоть то было лишь название песни, мне легче не стало. Вы только посмотрите на этого самодовольного нахала!

Пение и хороший голос у испанцев должно быть передаются генетически. Хорошо, что первый куплет Рауль исполнил в одиночестве.

Ты работала официанткой в коктейль-баре,

Когда я встретил тебя…

Я выделил тебя среди других,

Встряхнул и изменил к лучшему,

Я превратил тебя в какого-то нового.

Спустя пять лет весь мир у твоих ног.

Тебе было очень легко добиться успеха,

Но не забывай, что это благодаря мне,

И я могу также все это забрать.

Вслушиваясь в слова, я понимала, что во мне все больше и больше закипает ярость. Происходящее превращалось в какой-то фарс. Я уже развернулась и хотела уйти, когда Рауль взял меня за руку и запел припев:

Разве, разве ты не хочешь меня?

Знаешь,