Первая невеста - Дарья Верескова

Герцог сразу же согласился:

— Конечно, пройдём в мой кабинет. — Однако, заметив мой взгляд на Франсис, он быстро исправился. — Давайте лучше пройдём на веранду в западном крыле. Мисс Вэллс сможет следить за нами из дома. Если вы не против, я хотел бы поговорить с вами первой.

Перед тем как уйти, я строго посмотрела на мать, словно говоря ей взглядом: "Не пасуй перед герцогиней! Мы ничем не хуже".

Мы с герцогом устроились на веранде, Франсис наблюдала за нами из-за открытых дверей. Фредди Тенбрайк и Доротея ожидали своего приглашения.

— Могу я узнать, по какой причине вы желаете поговорить со мной отдельно, Ваша Светлость? — спросила я.

— Фредди отрицает свое отцовство. Но перед тем, как разговаривать с ними двумя и выяснять обстоятельства, я хотел предложить вам вариант, который устроит всех. Фредди женится на миледи Доротее, если вы выйдете замуж за Оливера.

Я усмехнулась, уж я то думала, эта история давно закончилась. Мы уже даже не обручены.

— Вопрос моего замужества решает Его Величество, — ответила я, стремясь избежать дискуссии о том, почему я не желаю выходить замуж за Оливера.

— Я уверен, что Его Величество учтёт ваше мнение, если вы его попросите. Я даже могу добавить в контракт пункт, что после рождения двух детей и в случае вашего развода с Оливером титул останется с вами. Кроме того, на случай развода, вы будете заниматься воспитанием детей поровну с отцом.

Голос герцога звучал холодно, будто он проводил обычную деловую сделку. При этом я заметила, что мужчина выглядел очень уставшим.

— Это предложение мне не интересно, Ваша Светлость. Я не настолько сильно отчаялась выдать замуж свою сестру, — честно ответила я. Немного грубовато, но Эдмун Тенбрайк и так знал, что я не видела в Оливере потенциала. — Я надеюсь построить семью со своим будущим мужем, хотя бы попытаться, а не входить в брак только ради детей-хранителей.

— И что же, вы примете в род незаконнорожденного ребенка? Вы хоть понимаете, какой это позор?

— Понимаю. Но вы и сами знаете, что слухи со временем улягутся.

Герцог выглядел задумчивым, но кивнул, принимая мои аргументы.

— Думаю, стоит пригласить Фредди и вашу сестру. Я бы хотел включить сына в этот разговор и провести его по возможности открыто, дать ему самому шанс принимать решения.

Теперь мы стояли вчетвером на веранде, и я уловила вопросительный взгляд Фредди на своего отца — ранее герцог всегда принимал решения самостоятельно. А сейчас почему-то решил дать сыну шанс объясниться и решить самому.

— Начнём, пожалуй, — сказал герцог Тенбрайк, и я кивнула, следя за нервно переглядывающимися Доротеей и Фредди.

— Да. Ваша Светлость, моя сестра утверждает, что носит дитя от вашего младшего сына. Фредерик Тенбрайк не является хранителем. Согласно протоколу, мы сейчас должны обсуждать детали их будущего брака.

— Это не так! — неожиданно вмешался Фредди, и я с удивлением посмотрела на него. Моё внимание явно смутило его, и он тут же замолк.

Что за детский сад? Обменялась взглядами с Доротеей.

— Вы отрицаете, что у вас была связь с моей сестрой, милорд?

Младший Тенбрайк заметно смутился под моим взглядом, но вскоре взял себя в руки, выпрямился и начал говорить более уверенно.

— Прошу прощения, Ваша Милость.. Я не отрицаю связи с миледи Доротеей. Но это не мой ребенок.

— Давайте присядем и обсудим это спокойно, — предложила я, и герцог кивнул. Честно говоря, Эдмун Тенбрайк выглядел не лучшим образом — с его возвращения из тюрьмы прошло всего несколько дней, и видимо, он почти не спал, разбираясь с делами, накопившимися за время его отсутствия. — Ваша Светлость, вы уверены, что готовы продолжить разговор?

Эдмун Тенбрайк устало кивнул и попросил принести ему укрепляющий чай.

— Объясните, пожалуйста, почему вы считаете, что ребенок, которого носит Доротея, не ваш?

— Я не могу такое обсуждать при вас, Ваша Милость! Вы благородная юная девушка, и я не допущу, чтобы такие разговоры проходили в вашем присутствии.

То есть при мне он обсуждать подобное не готов, а при Доротее мог? Почему-то это рассердило меня.

— Прежде всего, я глава семьи Торнхар. Пожалуйста, объясните, что вы имеете в виду, иначе я вновь подниму вопрос о вашем браке с моей сестрой.

Фредерик Тенбрайк отчаянно покраснел и выдавил из себя:

— Миледи Доротея и я были близки всего дважды. И оба раза я… очень внимательно следил, чтобы никаких последствий не было.

Я прекрасно понимала, что он имел в виду. Доротея сидела рядом со мной, красная как свекла, и избегала взглядов всех присутствующих, особенно Эдмуна Тенбрайка.

— Ваша Светлость, если вы позволите. Доротея утверждает обратное. Мы ведь можем выяснить правду, отправиться к маг-медикам и установить, совпадают ли биологические ритмы вашего сына с ребенком, — предложила я компромисс.

Эдмун Тенбрайк реагировал с удивительным равнодушием, словно его не волновал исход проверки.

— Фредди? — герцог обратился к сыну, давая ему выбор.

— Я женюсь на миледи Доротее, только если подтвердится, что это мой ребенок, — решительно ответил Фредерик.

— Извините, мне нужно отлучиться, — тихо попросила я, и, дождавшись кивка, увела Доротею в сторону.

— Это то, чего ты хочешь? Я повторяю, мы можем принять этого ребенка в семью и не связываться с Тенбрайками, раз они не хотят иметь с нами дела.

Доротея долго молчала, но затем на её лицо вернулось упрямое воинственное выражение, и она твёрдо кивнула:

— Да, это то, чего я хочу.

Решение было принято. Тем же днём мы отправились в лучшую частную маг-клинику Брайморалла. Сопровождать нас вызвался Оливер, и сейчас он сидел рядом со мной в широкой коляске. Прохожие бросали на нас любопытные взгляды, некоторые улыбались, вероятно, думая, что мы с Оливером "миримся". Оливер, казалось, был совсем не против этого и, наоборот, всячески старался