Распутник - Л. Дж. Шэн

– Я обещала, что всегда тебя выручу, – сказала она. – Как я рада, что успела вовремя.

Мы обнялись на полу. Я припал к ней, будучи намного тяжелее ее, но все же она безропотно выдержала мой вес. С лестницы донесся глухой стук, и в темном коридоре замаячила большая, зловещая, внушительная тень моего отца.

– Что ты наделала, глупая девчонка? – прорычал он со злостью. – Он должен был умереть.

Мечта плакала.

В кои-то веки даже не пыталась это скрыть.

Слезы катились по ее щекам, то попадая в рот, то стекая по шее.

– Не могу поверить, что этот ублюдок заставил тебя такое пережить. Неудивительно, что ты сбежал и отказывался ему подчиняться. Господи. Мне так жаль. Ужасно жаль.

Она сотрясалась всем телом, раскачиваясь из стороны в сторону.

– Ты смотрел смерти в глаза, Дэвон.

– Не моргая. – Я поднес костяшки ее пальцев к губам, наслаждаясь привилегией прикасаться к ней. – Ты рассказала мне, отчего возникла дыра в твоем сердце, и вот почему она возникла в моем. Вот почему я так и не женился. Почему не завел семью. Во мне жило какое-то понимание, что обрести все то, чего я лишил Лу, было бы просто… неправильно. Я обязан ей жизнью.

– Она сделала то, что сделал бы любой порядочный человек.

– Разве? – бездумно переспросил я. – Возможно, я встречал не так уж много порядочных людей в своей жизни.

– Нежелание быть одному – не грех.

– Тогда почему ты обрекла себя на такую же судьбу? – пробормотал я, уткнувшись в ее ладонь.

Белль отстранилась, раскинув руки и ноги в стороны. Надув губы и изо всех сил стараясь не всхлипывать, она стала одновременно похожа и на девочку, и на женщину.

Беременное видение, застрявшее между двумя мирами.

Мудрая не по годам, но слишком напуганная, чтобы влюбиться.

– Смотри, что ты наделал. Я теперь даже не могу ее по-настоящему ненавидеть, – вздохнула Белль. – В конце концов, она тебя спасла. – Она заговорила с фальшивым преувеличенным британским акцентом, к которому прибегала, чтобы скрыть свои чувства, когда страдала.

Я рассмеялся и, накрыв ее своим телом, осыпал поцелуями лицо, слизывая соленые слезы. Развел коленом ее ноги и провел большим пальцем по соску.

Как это похоже на меня – влюбиться в самую чокнутую женщину на свете.

Двадцать пятая

Белль

Четырнадцать лет

Тренер Локен возвращается в школу через четыре дня после рождения сына, Стивена Локена-младшего. Его грудь выглядит шире, улыбка лучезарнее, и не знаю почему, но, клянусь, он кажется более взрослым. Его внезапно появившаяся зрелость вызывает у меня отвращение.

Я прихожу на тренировку. Незачем отказываться от прекрасной стипендии только потому, что этот парень – первоклассный подлец. Но если он думает, что я снова позволю меня ласкать, его ждет неприятный сюрприз, – а, может быть, еще и удар по яйцам.

Тренировка проходит гладко, учитывая, что мне хочется упасть и блевануть каждый раз, когда я чувствую, как он смотрит на мои ноги. Несколько раз замечаю, как Локен пытается поймать мой взгляд, но упорно избегаю зрительного контакта.

Когда тренировка заканчивается, он отпускает всех и хлопает меня по плечу, как дружелюбный дядюшка.

– Пенроуз, зайди ко мне в кабинет.

– У меня математика через пять минут, тренер. Мы можем поговорить здесь? – спрашиваю я нарочито громко и выпрямляю спину, чтобы предстать в полный рост.

Все останавливаются и глазеют. Росс приподнимает бровь. Я осознаю, что, пока пребывала в тумане подростковой влюбленности, все в команде догадались, что между мной и тренером что-то происходит. Лицо начинает гореть.

Впервые вижу, чтобы тренер выглядел таким потерянным и ошарашенным. Он быстро приходит в себя:

– Да. Конечно. Давай присядем на скамейку.

Мы присаживаемся. Держимся на приличном расстоянии друг от друга, но мне все равно дурно. Хочется ударить его по лицу. Ненавижу чувствовать себя глупой, а мне кажется, что он мной воспользовался. Тереблю пальцами край шортов.

– Поздравляю с рождением Стивена-младшего, – выпаливаю я. – И с покупкой «Киа Рио».

У меня не получается скрыть злость в голосе, и знаете что? Плевать. Мне это и не нужно. Он обманул меня.

– А, так вот в чем дело. – Тренер чешет щетину костяшками пальцев с таким видом, будто не спал всю неделю. – Ты знала, что я стану отцом, Эммабелль.

– Я не знала, что ты до сих пор с ней. – Странно даже говорить об этом. Чувствую себя взрослой участницей из телешоу. Регулярные месячные начались у меня всего три месяца назад, так что это как-то даже нелепо.

– Я с ней и не был, – спешит возразить Стив, и по тому, как подрагивают его руки, я понимаю, что он хочет заключить меня в объятия и потребовать моего внимания, но не делает этого. – Не был целых три месяца. Мы всегда планировали, что Бренда будет рожать в Бостоне. А на той неделе, когда она вернулась незадолго до родов… ну, одно за другое, и мы решили попробовать снова. Ради Стивена.

– Ты спал с ней? – спрашиваю я. Не знаю, какое право имею задавать ему такой вопрос.

Он отводит взгляд, напрягая челюсть.

Я издаю невеселый смешок:

– Ну конечно, спал.

– А что мне было делать? – спрашивает он сквозь сжатые зубы. – Моя девушка ведь на секс не соглашается.

Его девушка. Так вот кто я теперь такая. И хотя я думала, что мне будет приятно это услышать, ощущаю одно только сожаление. Как я могла быть такой глупой? Начать все это с ним?

– Я не твоя девушка. Не уверена даже, что я твоя бегунья. Я точно знаю одно: я ухожу. – Я встаю.

– Пенроуз, – шепотом рявкает он. – А ну сядь обратно. Мы еще не закончили.

Я послушно сажусь, но на этот раз – что самое неожиданное – не потому, что хочу услышать его неубедительные оправдания, а потому, что должна. Он мой тренер. И теперь я начинаю замечать сходства между Локеном и тем жутким учителем географии.

– Послушай, то, что происходит между мной и Брендой… долго не продлится. Я хочу тебя. Я ясно дал это понять.

– А я не хочу разлучать тебя с матерью твоего ребенка.

Сказав это, я осознаю, что дело не только в том, что я чувствую себя редкостной