Опасный соблазн - Эмма Уайлдс

— Согласен.

Эйдан надеялся на то, что этого не случится, но он понимал, что война все равно начнется, если не сейчас, то в течение нескольких лет точно. Борьба за независимость Шотландии будет продолжаться и дальше, как она уже длилась несколько веков.

— Но пока можно не беспокоиться на этот счет. — Маккрей поднялся с многозначительной усмешкой на губах. — Уже поздно. Я знаю, чем бы я занимался, если бы был женат на такой красавице, которая ждала бы меня в постели.

— Тут нет никакого секрета, — сухо заметил Эйдан. — Всем нам известна твоя репутация.

Робби вдруг стал серьезным, что для него было нехарактерно.

— Отправляйся к ней. Она переживала за тебя сегодня, едва сдерживая слезы.

— Отличная идея.

Маккрей вздохнул:

— А мне этой холодной дождливой ночью придется спать рядом со своими ребятами под конское ржание. Лежа в ее объятиях, вспомни про меня и восприми это как наказание мне.

— Никакого наказания не требуется, — тихо ответил Эйдан.

Конечно, не требовалось, раз у него была своя любовь.

Лежа в огромной постели, Джиллиан размышляла над тем, не будет ли полным бесстыдством ждать мужа под покрывалом полностью обнаженной.

Наверное, будет. Только это в общем-то все равно.

Эйдан сказал, что хочет ее, и она тоже хотела его.

Она просто избавляла его от лишних хлопот, когда он станет стягивать с нее ночную рубашку.

Щеколда приподнялась, и от негромкого щелчка у нее заколотилось сердце. Огромная темная мужская фигура шагнула в комнату. Это был Эйдан. Увидев ее обнаженные плечи над покрывалом, он послал ей жаркий взгляд, полный чисто мужского одобрения. Его руки забегали, расшнуровывая сорочку на себе.

— Вижу, ты читаешь мои мысли.

В полумраке комнаты сверкнула его улыбка.

— Совсем нет, — возразила она. — Ты ясно дал понять, чего хочешь. Так что не потребовалось прибегать ни к чему сверхъестественному.

— Итак, значит, ты покорна? — Он стянул сорочку. — Я слышал, англичанки строптивы. Вероятно, ты опровергаешь это распространенное мнение.

Он так шутил, и ей нравилась эта тихая, мягкая улыбка.

Она любила его.

Что ж, можно продолжить игру. Очень медленно она сдвинула вниз простыню и сначала продемонстрировала грудь, уже налившуюся от желания, с напряженно торчавшими сосками. Потом слегка выгнулась, чтобы муж как следует разглядел ее. Он тихо застонал, и отброшенная сорочка спланировала в дальний конец комнаты.

Простыня спустилась еще ниже, обнажив живот, а потом еще ниже, и перед его глазами оказался треугольник волос на лобке. Джиллиан хихикнула и, отбросив простыню, наконец предстала пред его восхищенным взором полностью обнаженной.

Муж стал нетерпеливо стягивать с себя сапоги, видно было, как его переполняет желание.

Джиллиан чуть-чуть раздвинула ноги, чтобы он увидел ее самый интимный уголок. Она уже была влажной и готовой.

— Отлично, — пробормотал он. — Раздвинь ноги пошире.

Это была какая-то упадническая просьба, но Джиллиан в эту минуту и чувствовала себя такой — упаднически счастливой.

Поэтому развела ноги широко, насколько смогла.

— Я сейчас.

Кто бы сомневался! Эйдан уже был так же возбужден, как и она, если не больше. Он спустил бриджи, и член вырвался на свободу во всей красе, обещая наслаждение и удовлетворение. Когда голый красивый, с каким-то диким выражением лица Эйдан лег к ней в постель, он сразу устроился у нее между бедер.

Потом резко вошел в нее, и она приняла его целиком. Именно такого ощущения внутренней полноты ей не хватало. Прекрасно совпадая во всем, они словно растворялись друг в друге. Им владела первобытная страсть, о которой он предупреждал ее. Джиллиан дважды достигла своего пика, опередив его. И вот наконец она почувствовала, как он вздрогнул, застонал и мощными толчками начал выплескиваться в нее.

Волна наслаждения уносила их куда-то. Они лежали в обнимку, тесно прижимаясь друг к другу. Ей было легко и радостно: жизнь сделала такой неожиданный поворот.

Муж поднял голову и ласково погладил ее по щеке.

— По-моему, это было чересчур резко с моей стороны. Я не сделал тебе больно?

— Ты никогда не сделаешь мне больно.

— Ты так веришь в меня?

Она посмотрела на него из-под полуопущенных ресниц:

— Не в этом дело. Ты хороший человек. Я поняла это в первую же минуту, как увидела тебя. Кроме того, твои мысли очень легко читаются.

— Правда? — Муж уткнулся ей в шею, и она вздрогнула в предвкушении. — Скажи, о чем я сейчас думаю?

«Я люблю тебя…»

Она надеется услышать от него эти слова? Он был ранен некоторое время назад в самое сердце, а все шрамы, даже если человек выздоровел, остаются все равно.

— Ты думаешь о том, что англичанка, которую ты спас на пустынной дороге, оказалась удачным приобретением.

— Ах, ты слишком преувеличиваешь свою интуицию. — Эйдан нежно поцеловал ее и заглянул в глаза. — Попытайся еще раз, девочка моя.

Джиллиан ответила голосом тихим, полным радости:

— Может быть, о чем-то очень важном?

— Например?

— Эйдан, — наконец сказала она с укором, — если хочешь сказать что-то, скажи сам.

— Это трудно, — признался он после короткой паузы, поглаживая ее по спине. — Последний раз, когда я испытывал такое к женщине, я потерял ее.

— Я никуда не исчезну. Будь уверен. — Джиллиан дотронулась до его щеки и шутливо добавила: — Ну конечно, если ты не устанешь от меня и не захочешь…

— Никогда! — решительно оборвал он ее. — Я люблю тебя, и ты моя, моя жена.

«„Никогда!“ — это звучит прекрасно», — удовлетворенно подумала Джиллиан, когда он заключил ее в объятия.