Грешники. Внебрачная дочь - Елена Николаева

— Любимый, — её голос начинает дрожать. — Как только я увидела тебя на фото, сразу же потеряла голову. Многие не верят в любовь с первого взгляда, а у меня она случилась на всю оставшуюся жизнь. Сильная и мучительная из-за расстояния в четыре тысячи километров. По воздуху, — выдыхая рвано, Эн касается ладонью моего лица. Снова плачет, но при этом улыбается мне. — И чтобы быть с тобой рядом, я прилетела в твою страну. К тёте. С первой секунды нашей встречи ты стал для меня героем. Моим защитником. И моим нелёгким испытанием. В итоге мы справились. С нашей настойчивостью и самоотверженностью нет ничего невозможного. Ты мне это доказал. Вместе мы свернём горы. Обещаю, что пока я живу, я буду чтить и уважать тебя, буду верной тебе душой и телом. Обещаю быть твоею навек, потому что ты делаешь меня самой счастливой женщиной на свете. Просыпаясь каждое утро, я благодарю Бога за то, что он дал мне тебя — моего идеального мужчину. С этим кольцом, я, Анна Карпович, беру тебя, Итан Сантуш, в свои законные мужья, отныне и до конца времён.

У Энни на пике эмоций трясутся руки, но всё же моя девочка справляется. Надевает мне на палец обручальное кольцо, тем самым лишая меня статуса холостяка. С шумом выдыхаю и радостно ей подмигиваю. А затем отпускаю Нику играть со своими сверстниками. Дети запускают шарики в воздух. Носятся за ними наперегонки. Спустя секунду мы с Анной скрепляем подписями наш долгожданный союз.

— Дорогие молодожёны! — регистратор завершает церемонию заключительной речью. — Властью, данной мне вами и всеми присутствующими, объявляю вас мужем и женой!

Воздух сотрясают громкие аплодисменты родных и друзей. Рыжий ударяет по клавишам рояля, извлекая из инструмента новые зажигательные аккорды. Анна только сейчас замечает британца за игрой. Узнает в нём настоящую звезду. Шокировано округляет глаза. Не медля ни секунды, притягиваю супругу к груди, целую.

— Это подарок друзей на нашу свадьбу… — прошептав, снова набрасываюсь на её сладкий рот. Где-то на задворках реальности раздаётся хлопок открываемого шампанского. Звучат поздравления, радостный смех, детские счастливые визги. Вся честная компания по очереди тискает нас, желая удачи и давая наставления.

— Будь счастлив, сынок! — говорит Жорж, обнимая и хлопая ладонями по спине, пока Царевну заключают в объятия Кэтрин и тёща. — Какие бы виражи не задавала тебе жизнь, помни одно, мы с мамой всегда поддержим. Береги её. Энни у тебя от Бога.

— Спасибо, отец! — улыбнувшись, наконец отпускаю обиды. Мама счастлива. Видно по её глазам, а мне больше ничего не нужно. Она об этом молилась долгих десять лет, за что и была вознаграждена.

Не верится, что сегодня мы все здесь собрались. Семьи Артёма, Алекса и Марко. Девочки у парней одна краше другой. Похоже, умыкнули у меня супругу надолго. Обнявшись вчетвером, рыдают и о чем-то шепчутся, а затем звонко смеются. Волк носится с дочкой, вытирая ей нос. Марк поправляет на отпрыске бабочку. Артём завязывает сыну на кроссах шнурки.

«Жизнь прекрасна, и она продолжается!» — подумав об этом, улавливаю крики Алисы.

— Аня? Аня, боже мой, Аня! Что с тобой?

Страх обрушивается на меня ледяной волной. Бросаюсь к ним. В груди всё сжимается в тугой болезненный узел. Ломит и безбожно жжет под ребрами.

— Эн! Господи, ЭН! Доктора! Отец! Вызывай врача! — растолкав девчонок, подхватываю её на руки. Жена без сознания. Прижимаю к груди недвижимое тело, чувствуя, как земля уходит из под ног. Никогда в жизни у меня не тряслись так поджилки как сейчас. Уложив Царевну на крышку рояля, прощупываю сонную артерию. В ней бьётся пульс.

— Эн! — произвожу лёгкий хлопок по щеке и следом по второй. — Девочка моя, очнись. Энни, очнись!

Кто-то протягивает мне бутылку с водой. Сбрызнув ею лицо и шею, замечаю, как она заторможенно распахивает веки и фокусирует на мне взгляд.

— Итан… — едва слышно шелестят её губы. — Ты здесь?

— Здесь, милая. Здесь, — судорожно втягивая разгоряченный воздух, целую её ладонь. — Я рядом, маленькая. Сейчас покажу тебя доктору.

Следующие полчаса проходят как в тумане.

Я нервничаю, потому что женский коллектив общими усилиями вытолкал меня за дверь.

Меня! Её законного мужа!

— Произвол какой-то, — рычу, закидываясь второй порцией алкоголя.

— Потерпи, Итан, — говорит отец, — скорее всего Энни переволновалась. Такое бывает. Слишком много эмоций для одной хрупкой девочки.

— Или беременна, — расставляет акценты Гаур, чем ввергает меня в очередной шок.

— Как беременна? — глядя в одну точку, задаю себе вопрос.

— Святой, вашей дочери три года, — хохочет Марк. — Ты не знаешь, каким образом беременеют женщины?

— У неё был выкидыш два месяца назад, — нервно растираю лицо ладонями. — Ей нельзя. Да и мы старались предохраняться.

— Парни, чего зря гадать? Давайте-ка ещё по одному. Как только Анне станет лучше, отправимся на яхту ужинать. Держись, старик, всё будет хорошо, — заверяет Алекс, сжимая моё плечо в знак поддержки.

— Сынок, — на террасе раздаётся голос мамы. Подрываясь с места, ищу её глазами. Внезапный прилив тревоги наполняет грудь до отказа. Голова мгновенно становится горячей.

— Мам? — застываю на ней вопросительным взглядом.

— С ней всё нормально. Не волнуйся ты так. Можешь к ней зайти.

Поставив пустой стакан на столик, быстрым шагом пересекаю гостиную. Врываюсь в нашу спальню. Эн, лёжа на горе из подушек, замечает меня и сразу же растягивает робкую улыбку.

— Пожалуй, мы вас ненадолго оставим одних, — говорит тёща, вставая с кресла.

Девчонки, хитро улыбаясь, поднимаются и молча уходят вслед за ней. Катя, подмигнув моей супруге, тоже покидает комнату. Смотрю на дочку. Ника гладит мамин живот и что-то ему нашептывает.

— Врач где? — интересуюсь, присаживаясь рядом с Царевной на матрас.

— Только что ушёл.

— Что с тобой? Почему ты упала в обморок? От эмоционального перенапряжения? Эн, прости, я хотел как лучше, — подняв её руку, прижимаю ладонью к своей щеке. Затем целую и снова прижимаю.

— Все в порядке, родной, — смотрит мне в глаза и чего-то не договаривает.

Сопоставив некоторые факты, прикидываю, что Артём, возможно, прав.

— Ты бледная. Не может быть «всё в порядке», — говорю ей, заправляя выбившиеся из причёски пряди за ухо. Анна прислоняется щекой к моей ладони. Трётся об неё, как сытая кошечка.

— У нас будет малыш, — выдыхает урчащим голосом, посылая миллионы иголочек мне в кожу. — Я беременна, Итан. Только ничего не говори. Срок ещё совсем маленький. И я верю, что всё у нас будет отлично. Я хочу подарить тебе сына… Наследника